Я буду тебе вместо папы. История одного обмана - Марианна Марш

Я знала, что Боб слышал о пристрастии моего отца к выпивке и его неспособности контролировать свой гнев, но меня почему-то больше волновало, что мой будущий муж подумает о доме моих родителей.

Я пришла к матери в первый раз с того самого дня, когда меня вышвырнули на улицу; время я выбрала так, чтобы ни в коем случае не столкнуться с отцом. Оказывается, до нее уже дошли слухи, что я встречаюсь с хорошим человеком, и она очень за меня рада. Не знаю, откуда ей стало это известно, но, скорее всего, от отца. В пабах, где он напивался, запросто можно было встретить рабочих с фабрики.

Я рассказала матери, что Боб знает о Кэти, но все равно сделал мне предложение, и объяснила, что теперь он очень хочет встретиться с моими родителями.

— A другая девочка? — спросила мама. — Ему известно про твоего первого ребенка?

Я покачала головой.

— Мама, пожалуйста, не заставляй меня рассказывать ему о ней, — взмолилась я, глядя ей в глаза. — Если я признаюсь, что у меня был еще ребенок, он обязательно захочет выяснить, кто отец. Боб знает меня слишком хорошо, чтобы поверить, будто в тринадцать лет у меня было столько парней, что я не могу вспомнить, от кого забеременела. К тому же мне было всего лишь тринадцать, я была несовершеннолетней — он точно этого так не оставит.

Мама опустила глаза, вздохнула и предложила привести Боба в субботу.

— Постарайтесь приехать до того, как твой отец уйдет в паб, — посоветовала она.

Я очень хотела рассказать Бобу о первой дочери. Я мечтала о том, чтобы между нами не было тайн, тем более таких, и мне, конечно, хотелось, чтобы мы были честны друг с другом накануне свадьбы. Но его слова об «одной ошибке» по-прежнему звучали у меня в голове. А потом случилось кое-что, лишившее меня возможности выбора.

На пороге дома Бев появился отец двух моих дочерей.

В тот день подруга и ее муж ушли на работу рано утром, а я еще только собиралась.

Открыв дверь, я не сразу поняла, кто передо мной. Я увидела мужчину среднего роста, скорее худого, чем стройного; его одежда явно знавала лучшие времена: пиджак лоснился на рукавах, на потрепанном галстуке были видны застарелые пятна от соуса или чего-то еще, брюки вытянулись на коленях. Темные с проседью волосы зачесаны назад и тщательно прилизаны, и без того не слишком приятную картину завершал настороженный, мечущийся туда-сюда взгляд. Этот человек явно пытался высмотреть, есть ли в доме кто-нибудь, кроме меня. А потом я учуяла запах: бензин, масло для волос и сигареты. Сомнений не было: передо мной стоял мужчина из дома по соседству.

— Ну здравствуй, маленькая леди, — сказал он. — Разве ты не предложишь мне войти?

Я хотела захлопнуть дверь перед его носом. Хотела, чтобы он навсегда исчез из моей жизни.

Судя по всему, мои желания ясно отразились на моем лице, поэтому он поспешно переступил через порог и фыркнул:

— Да ладно тебе, Марианна, мы же не хотим, чтобы соседи начали болтать всякий вздор? Не теперь, когда ты стала респектабельной молодой дамой. Так что лучше тебе меня впустить.

Мысль о том, чтобы выставить его, все еще казалась мне на редкость соблазнительной, но я придумала кое-что еще. Возможно, у меня получится навсегда отбить у него желание вмешиваться в мою жизнь. Я глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться, и впустила его в дом.

— Что тебе нужно? — спросила я, едва закрылась дверь, хотя и так знала ответ. Зачем еще ему искать меня? Только чтобы получить то, чего он всегда хотел.

Но я уже больше не маленькая перепуганная девочка, не так ли?

— Слышал, ты замуж выходишь, Марианна. Очень рад за тебя. Подумал, надо заглянуть и лично поздравить мою маленькую леди.

Он развел руки в стороны, пытаясь обнять меня, но я быстро увернулась.

— В чем дело? Неужели ты не хочешь поцеловать своего доброго старого друга? Только не говори, что забыла обо мне.

Я вздрогнула и сказала, что ему лучше поскорее убираться отсюда: Бев вернется с минуты на минуту.

— Марианна, хватит говорить глупости, ты никогда не умела врать, — с наглой усмешкой ответил он. — Я знаю, что она работает в утреннюю смену и не вернется до полудня. — С этими словами он решительно направился в гостиную, где без стеснения развалился на диване. — Я всего лишь хочу немного поболтать с тобой, — сказал он.

Я начинала нервничать. Он внимательно осматривал комнату, подмечая все детали:

— Неплохо устроилась, как я погляжу. Мебель хорошая, дорогая, наверное…

Я не ответила, надеясь, что он наконец скажет, зачем пришел.

— Так, значит, твоей подруге обо всем известно? Я имею в виду детей, которых ты отдала на усыновление, — произнес он голосом близкого друга детства. Именно таким тоном он уверял меня, что будет защищать и никому не даст в обиду.

— Конечно, она знает о Кэти, — отрезала я. — Я жила здесь перед родами.

— Интересно, что же ты ей рассказала? Вряд ли правду, — снова фыркнул он. — Кстати, забыл сказать: твоя младшая сестра подросла и стала очаровательной маленькой девочкой.

Меня передернуло от отвращения, а потом я почувствовала, как где-то в глубине закипает ярость.

— Могу поспорить, что здоровяк, решивший на тебя жениться, не знает и половины о твоем прошлом, — продолжал издеваться сосед. — Как он удивится, когда выяснится, что ты даже вспомнить не можешь, в каком возрасте лишилась девственности. — Он по-прежнему знал мои слабые места и бил прицельно. — Вот что я тебе скажу, Марианна: если будешь хорошо себя вести, я буду молчать о твоем первом ребенке и о том, сколько лет тебе было, когда ты его родила.

Он плотоядно усмехнулся и потянулся к ширинке. В этот момент ярость поглотила детский страх, таившийся во мне все это время.

— А вот тут ты ошибаешься! — Я старалась, чтобы мой голос звучал как можно увереннее. — Я во всем призналась Бобу. И знаешь, что он сказал? Что я ни в чем не виновата, что я была всего лишь ребенком. Ты прав только в одном: мне действительно пришлось ему кое в чем соврать. Например, что отцом первой девочки был старшеклассник из школы, а вторым — парень, с которым я встречалась. И знаешь, что сказал Боб, когда услышал об этом?

Потрепанный жизнью мужчина, сидевший на диване, ничего не ответил. Судя по всему, он просто не мог подобрать нужные слова, и я, предчувствуя победу, сама ответила на свой вопрос: