Уходили из дома. Дневник хиппи - Геннадий Авраменко

Рано утром меня растолкал Доброволец, поинтересовался, который час, и предложил наведаться к хохлам в Чебурашку, поживиться чем-нибудь, пока те спят. Осторожно поднялись мы наверх, но, как оказалось, напрасно. Спали туристы рядом с рюкзаками, и слава богу, я только на это и надеялся. Уж больно не хотелось заниматься каким-то банальным воровством. Впрочем, там лежал ножик, я его и забрал. Не очень прикольный нож, но пригодится.

Раз уж встали, решили пройтись дальше. На Археологической поляне обнаружили огромную банду туристов, о которой нам рассказывали накануне. Эти добрые люди уже уходили и с радостью подогрели нас продуктами: дали консервов, хлеба, баранок и даже сала! Из костра мы выудили несколько печеных картофелин и яйцо. Добровольцу это яйцо сразу не понравилось, и он, от греха, отошел немножко в сторону, а я принялся расковыривать его ножом. Тут яйцо как рванет! На меня брызги почти не попали, а вот нож пришлось долго оттирать от тухлятины.

Зашли к археологам. Они намереваются во вторник съезжать с Мангупа, сезон заканчивается. Отдали нам два кило перловки!

Завтрак на траве, с хлебом, салом и картошкой, был великолепен. Кто рано встает, тому бог подает.

Сегодня почти все уезжают в Севастополь. Совсем сваливают Ольга Комиссар и маленький Бэйс. Доброволец, Пуля и Наталья вернутся. В общем, остались только мы с Костиком да люди из Мустанговой — Ромка, Шинель и Вика. Они, впрочем, тоже ненадолго. Андрей с другом своим из Сева тоже скипают вроде бы. А те, кто остается, они гонят, вредны для здоровья и поэтому не считаются.

К вечеру сходили с Костиком посмотреть ништяки после туристов. Нашли целую вскрытую банку тушенки, сахар, остатки варенья, хлеба, сметаны и кучу бутылок.

Вечером зачифирили в Мустанговой. Там и сидели допоздна. Мечтали о доме, о винтовой лестнице, о долгих зимних вечерах у камина и, с подачи Скрипы, о счастье длиной в бесконечность...