Тоскана для начинающих - Имоджен Эдвардс-Джонс

– Да ну, – говорит Хоуард, уткнувшись взглядом в свой блокнот с сырным рисунком. – Я только высказал свое предложение.

– Могу ли я попросить, чтобы ты как человек, который чудовищно мало знает о кухне, держал свои предложения при себе? – выпаливает Белинда. – Нет, правда… Так на чем мы остановились?

– На улучшениях.

– Ну, думаю, я могла бы… – начинает Белинда.

– Мы могли бы приготовить барби, – перебивает Джекви.

– Прошу прощения, – хмурится Белинда, глядя вдоль линии своего короткого носика, – я…

– Да, отличная идея, – соглашается Палома. – Мы, австралийцы, чуть ли не рождаемся с щипчиками для барбекю в руках.

– Я уверена, что вы замечательно готовите барбекю, – говорит Белинда, – но это не очень-то итальянское блюдо.

– Как и макаронный салат, – замечает Лорен.

– Что? – говорит Белинда, поворачиваясь, чтобы поглядеть в другой конец стола.

– Как и макаронный салат, – повторяет силуэт Лорен. – Я думаю, барбекю – это превосходная идея, – продолжает она. – Все, кто «за», поднимите руки.

– Вообще-то погодите секунду, – говорит Белинда, привстав со своего места. – Мне казалось, я – председатель этого собрания.

– О, прости, – отвечает Лорен, садясь. – Я просто так привыкла председательствовать. Конечно, комитетом по сырному фестивалю руководишь ты, – улыбается она. – Пожалуйста, продолжай.

– Ладно, хорошо. – Белинда поправляет края своего блокнота и два раза щелкает ручкой. – Итак, кто хочет макаронный салат? Как в прошлом году. Как каждый год до этого. – Она оглядывает стол из одного края в другой. Никто не двигается. – Что? – спрашивает она. – Никто ? Хоуард ? – Он качает головой. – Барбара ? – Та делает то же самое. – Э-э… – говорит Белинда, отлепляя свою мокрую красную блузку от одной из подмышек. – За макароны – никого. – Она пытается делать записи в блокноте, но ручка не работает. – Черт, – говорит она, снова быстро щелкая. – Итак, никаких… вкусных… итальянских макарон, – бормочет она, записывая. – А кто хочет австралийское барбе-кю? – спрашивает она, поджав верхнюю губу. Все сидящие за столом поднимают руки. – Ох, – говорит она, – все.

– Думаю, это и называется единодушием, – смеется Джекви, откидываясь на спинку стула.

– О'кей, – говорит вдруг Дерек, слегка кашлянув, и встает. – А теперь – кто будет Большим Сыром в этом году? Кто будет катить сыр экспатов?

– Ну я – Большой С… – говорит Белинда, и щеки ее розовеют.

– Белинда была им каждый год в течение последних пяти лет, с тех пор как приехала в долину, – продолжает Дерек. – Не так ли, Белинда?

– Действительно, была. – Она позволяет счастливым воспоминаниям о прежних соревнованиях промелькнуть на ее лице.

– Но было бы хорошо хоть однажды выиграть, – заявляет Дерек.

– Участие, а не… – начинает Белинда, вскакивая со своего места.

– Итак, – возражает Дерек, поднимая руку, чтобы остановить ее. – Я подумал, что, может быть, стоит дать возможность кому-то другому попробовать.

– Но…

– Это всего лишь честно, – продолжает Дерек. – Ты уже достаточно развлеклась, Белинда.

– И накаталась, – кивает Белинда.

– И я думаю… Лорен должна стать Большим Сыром и представлять нас в этом году, – объявляет он, глядя в другой конец стола и ища одобрения Лорен.

Лорен улыбается и медленно встает со своего места. Хоуард смотрит в стол и играет со своим блокнотом. Барбара смеется в замешательстве. Дерек с непреклонным выражением на лице смотрит на Лорен. Австралийские лесбиянки смущенно пялятся друг на друга, а Белинда резко вздыхает и поднимается. Две женщины стоят на разных концах стола, друг напротив друга.

– Нет, – говорит Лорен, небрежно встряхнув волосами. – Большим Сыром? Я не могу.

– Она не может, – тихо говорит Белинда, скребя ногтями по столу.

– Эта мелочь – прерогатива Белинды.

– Эта мелочь – моя прерогатива, – эхом повторяет Белинда, обводя глазами присутствующих в поисках поддержки или хоть какой-нибудь реакции. – Эта мелочь – моя прерогатива, – повторяет она, умоляя кого-нибудь прийти ей на помощь. – Моя маленькая прерогатива…

Все молчат. Никто не двигается.

– Но, – продолжает Белинда, в отчаянии пытаясь спасти лицо, – но… я готова передать ее тебе.

– Что? – говорит Хоуард.

– О да! Ведь вы же не думаете, будто я придаю какое-нибудь значение праву представлять сообщество экспатов на соревновании по катанию сыра, правда? Нет, честно! – Она продолжает храбро кудахтать. – Большой Сыр! Такая мелочь! Нет, правда! За кого вы меня принимаете?

– Вот видите? Я так и сказала, что ты не будешь возражать, когда мы это обсуждали, – соглашается Барбара. – Правда, Дерек?

– Вы это обсуждали? – Белинда смеется так, будто только что услышала лучшую шутку в своей жизни.

– Да! – говорит Барбара.

– Когда?

– А-а, на днях за обедом.

– Ха-ха-ха! – Это все, на что способна Белинда.

– Итак, ты согласна? – спрашивает Дерек у Лорен.

– Ну, если Белинда настаивает, – говорит Лорен.

– Она настаивает, не правда ли, Белинда? – говорит Дерек.

– Да, – говорит Белинда очень высоким, очень плотным голосом.

– Но она должна лучше настаивать, – отвечает Лорен, махнув рукой, как застенчивый подросток. – Только если она скажет, что настаивает.

– Давай, Белинда, – подбадривает Дерек, – настаивай!

– Да, давай, – хихикает Барбара. – Скажи.

– Лорен, я настаиваю на том, чтобы ты стала Большим Сыром и заняла мое место в соревновании по катанию сыра, представляя сообщество экспатов вместо меня, – говорит Белинда, улыбаясь одним ртом, так, как будто к ней только что применили электрошок.

– Теперь я чувствую себя ужасно, – говорит Лорен, хватаясь за покрытую белым шелком грудь, колени ее подгибаются, она улыбается. – Просто кошмарно. Я чувствую себя так, будто украла твою корону!

Sabato: суббота

Clima: fa caldo

Сегодня так жарко, что я едва могу писать. На самом деле я заметила, что в последнее время не очень-то ответственно выполняла свой авторский долг. Целые дни, кажется, протекают мимо, без каких-либо моих комментариев или apergus. Но я снова в строю, и только для того, чтобы рассказать вам один забавный эпизод, который случился на днях. Это так забавно! Полагаю, что в долине, попросту говоря, произошел coup d'etat[118]!