Дорогая миссис Бёрд… - Э. Дж. Пирс

Прошло два месяца со дня трагедии, и я иногда ощущала себя машиной, которая с раздражающей размеренностью расходует энергию на каждое действие. Но поддаваться пораженческим настроениям я все же не собиралась, и по утрам, когда солнце светило ярче обычного, а весна торопила лето, я шагала по холлу Лонстон Паблишинг, улыбалась и махала секретарше, и от этого на душе становилось чуть теплей.

Я брала дополнительные смены в пожарной части или засиживалась в редакции допоздна, это занимало почти все мое время, и я была этим довольна. Тяжело было оставаться одной, но не хватало духу погулять с подругами или самой сходить в кино. Спала я все оставшееся от работы время, вернее, пыталась спать. В последнее время с этим было не очень.

Прислонившись к стенке лифта, я попыталась вздремнуть, пока он ехал на третий этаж. Два журналиста из «Ивнинг Кроникл» обсуждали какую-то сенсационную статью, избегая имен, и несколько месяцев назад я бы развесила уши в надежде услышать что-то исключительное. Но сейчас я закрыла глаза, желая, чтобы лифт застрял и я смогла поспать, усевшись на полу.

– Доброе утро, Кэт, – толкнув дверь в длинный темный коридор нашей редакции, я заглянула в ее каморку по пути в большой офис, где уже чувствовала себя, как дома. Кэт была хорошей подругой, и с ней всегда было приятно поболтать. Но сегодня ее рабочее место пустовало, и на вешалке не было пальто.

Вместо нее мне попалась Миссис Бёрд, сверкавшая глазами, как грозовая туча.

Звонила мама Кэтлин – ее дочь снова слегла с ангиной, и на этот раз речь шла об операции. По мнению миссис Бёрд, это было очередным проявлением слабости, и она явно была не в духе.

– В детстве надо было удалять, – буркнула она, на этот раз предпочитая обходиться без сочувствия. – Мисс Лейк, сегодня вы замените ее. Мистер Коллинз как-нибудь перебьется без вас.

С этими словами она указала мне на место Кэтлин, дав целую кучу распоряжений, а затем отправила на север Лондона с поручением, включавшим кучу умных слов и посылку, от которой здорово несло удобрениями.

За этот день я еще больше стала уважать Кэтлин. Отсутствуя в редакции большую часть рабочего времени, миссис Бёрд умудрялась заваливать остальных работой. Мне пришлось нелегко – то, с чем Кэтлин управилась бы за десять минут, заняло у меня несколько часов. Просто она знала, где что лежит, держала все нужные номера телефонов и адреса у себя в голове и вообще могла справиться с чем угодно.

К концу Недели Без Кэт все без исключения ждали, когда же она вернется. Я изо всех сил старалась понять, в чем заключался смысл громогласных инструкций из-за двери миссис Бёрд, и мне редко это удавалось. Мистеру Коллинзу приходилось самому делать все правки, и миссис Ньютон из отдела рекламы теперь заглядывала чаще. Миссис Бёрд постоянно негодовала и жаловалась, что все не так. Спорить с ней никто не собирался.

Все это отнимало у меня время для ответов на письма, и поэтому в первый же день следующей недели я пришла как можно раньше.

В редакции не было ни души, и я полезла в ящик за письмами, начав с поклонницы мистера Коллинза, а именно его киноколонки, просившей отослать ей фото с подписью на память. Меня это позабавило, и я уже предвкушала, как он поменяется в лице, прочитав это. Надеюсь, удар его не хватит.

Дальше меня ждало письмо в нашу колонку, писала дама сорока пяти лет, проигрывавшая в битве с двойным подбородком. Такие опусы миссис Бёрд обожала, и мне было жаль миссис Двойной Подбородок, на которую обрушится поток грозных увещеваний.

Следующее оказалось весьма странным. Напечатанное на машинке, без конверта и обратного адреса, оно было подписано «Л».

Я принялась за чтение.