Квартира № 41 - Мария Свешникова

– Ты только что разбила свой стакан.

– Принеси другой! – В Алисе вдруг заговорила Снежная королева, разгневанная и суровая. – Я сказала, принеси мне стакан, ты не расслышал, что ли?! – повысила она голос.

– Ты уверена, что тебе можно? Вроде антибиотики с этим делом не мешают, – немного равнодушно, но проявил заботу Александр.

– Плевать, не на психотропных же. И сигарету дай мне.

– Ты же никогда не курила.

– А теперь-то какая разница? Я же никудышная свиноматка, бесплодная смоковница. Да и как показывает практика, вредные привычки никак не влияют на то, как протекает беременность. – Внутри Алисы все клокотало и бушевало. Ее голова напоминала блендер, перемалывающий мысли, как шпинат с авокадо.

Выпив залпом сто граммов и раскашлявшись от крепости алкоголя, она поднялась и гордо отправилась паковать вещи.

Если бы нужно было выделить жизненный принцип, Алиса твердо ответила бы: «Тяжело идти – переходи на бег». Так она и поступила…

Через несколько дней, несмотря на запреты врачей, она уже бежала с утра по Тропаревскому лесопарку с плеером в ушах. Александр дал ей двести тысяч долларов отступных, которыми Алиса собиралась распорядиться с умом. Отдать их в доверительное управление – слишком просто, не зря же она столько корпела над диссертацией и сменила юридическое амплуа на экономическое. Машину муж ей оставил, квартира у нее была, да и с ее дипломами работу найти не проблема. На втором круге пробежки Алиса удивилась: прощаться с мифическими Костиками и Алисочками было намного труднее, чем с реальными Алисочками и Сашечками. Интересно, а что было бы с Алисочками и Игоречками? Она никогда не спрашивала, почему у него нет детей. А вдруг есть, просто он скрывал от нее?

Алиса несколько раз набрала Игоря, но тот не поднял трубку, позже отписался, что в Вене – вернется, перезвонит.

И тут Алиса вспомнила, что Игорь всегда учил ее признавать свои неудачи, не пасовать перед фактами, а принимать их и сразу же начинать с ними бороться. «Я имею то, что я имею» – именно так звучал его лозунг. Отрицая очевидное, ты лишаешь себя механизмов для преодоления трудностей. На третьем круге до нее дошло, что она по факту имеет: разрушенный брак, трудности с деторождением, необходимость идти работать. Теперь-то ей придется карьерой оправдывать отсутствие детей.

Маскировать душевные увечья – это как затягивать колено эластичным бинтом. Алиса занималась бальными танцами и даже выступала на городских соревнованиях, и потому улыбаться, когда больно, умела. Она смиренно дождалась возвращения Игоря из Европы и пошла в наступление. Устроилась на работу, скупала в обеденный перерыв акции, закончив онлайн-курсы для начинающих брокеров, приобрела карту в спортклуб, который посещал Игорь, и ходила туда каждый день в разное время, чтобы увеличить шансы на случайно неслучайную встречу. Спустя несколько недель она случилась. Вылезая из бассейна, он услышал Алисин голос. Та выбралась из теплого джакузи, что располагался рядом с дорожками для плавания, и пошла к нему навстречу, заворачиваясь в пушистое полотенце.

Они отправились пить морковный сок в диетическое кафе спортивного клуба.

Игорь старательно делал вид, что после шести не ест, а тем более в дни, когда тренировки, однако спустя полчаса не выдержал и заказал полный арсенал продуктового допинга.

– Ты не меняешься. Всегда говоришь, что рот на замок, а потом сметаешь все, что жуется! – Алиса смотрела, как он ест, и ловила себя на том, что это ее не раздражает. Практически все мужчины раздражали ее тем, как они потребляли пищу – чавкали, хрустели челюстью, говорили с набитым ртом или были настолько брезгливы, что, завидев куриную кожу, морщились и срезали ее с особой скрупулезностью. Даже Костя… Алиса любила его до потери самообладания, но терпеть не могла, как он скоблил ножом по тарелке, и, если нужно было порезать кусок мяса и он уже заносил нож, Алиса находила любой предлог, чтобы выбраться за пределы помещения и не слышать скрежета.

– Ты сама как?

– Работаю в международном холдинге, который занимается медицинским оборудованием, в отделе стратегического планирования.

– Ничего себе. Кандидатскую защитила? – поинтересовался Игорь.

– А как же. Ты же знаешь, я всегда довожу до конца то, что задумала! – Ответив на поставленный вопрос, Алиса поняла, что снова его обманывает. Не все, что задумала. Счастливое замужество и ребенок так и остались в папке «Нереализованное».

– Прости, что ты только что сказала? – Игорь отвлекся на двух худощавых официанток. Одна из них пританцовывала возле барной стойки, а вторая поднимала с пола нефритовый браслет, рассыпавшийся на множество поблескивающих бусинок.

У Игоря имелась одна отвратительная привычка. Ему самому она вовсе не казалась таковой, однако женщинам, имевшим с ним отношения, всегда доставляла массу неудобств. Дело в том, что Игорь всегда посматривал на других женщин, не мог он пропустить длинноногую незнакомку и не заострить на ней внимание хотя бы на пару секунд. Он легко отвлекался в разговоре от собеседницы, если мимо столика в ресторане, например, проходила девушка в короткой юбке. И более того, делал это настолько неприкрыто, поворачивая не только взгляд, но и голову, а иногда и корпус, что его пассии порой устраивали сцены ревности и обиженно выказывали недовольство.

– Ты когда-нибудь перестанешь пялиться на других женщин, когда я с тобой разговариваю? – пощелкала пальцами перед его носом Алиса, чтобы вернуть в беседу.

– Алис, ты же знаешь, что это у меня врожденное, не могу с этим совладать. Правда, как ни пытался. – Игорь старался отшутиться. За свою жизнь он выслушал немало подобных претензий и объяснять что-либо ему порядком надоело.

– Скажи, а ты никогда не боялся застыть в этом состоянии? – осторожной поступью приближалась она к кульминации разговора. – Сейчас тебе тридцать восемь. Ты женился в двадцать с небольшим на той, которой было двадцать с небольшим. Потом ты развелся, стал старше, но снова женился на той, которой было двадцать с небольшим. В тридцать пять ты развелся. Но все так же продолжаешь спать с двадцатилетними. Очнись. Тебе скоро сорок и не за горами тот день, когда твои любовницы начнут годиться тебе в дочери, и однажды на отдыхе, куда ты обязательно с ней отправишься, тебя спросят: «Простите, помочь с чемоданом вашей дочери?» А настоящих дочерей у тебя как не было, так и нет, и с таким образом жизни вряд ли появятся. – Тут она блефовала, но тем и пыталась вывести его на чистую воду, вдруг и правда у него в каждом порту по внебрачному ребенку.

– И хорошо, что дочерей нет, я сына хочу! – Игорь снова перевел взгляд на барную стойку, но, не завидев там официанток приятной наружности, сфокусировался на Алисе. – Я тут, кстати, познакомился с одной девушкой, женщиной… Короче, ей тридцать с гаком, представляешь?

Внутри Алисы что-то, напоминающее сердце, свернулось в упругую черносливину. И не хотело разворачиваться. Как тридцатилетнюю? Почему так быстро?

– Не представляю. Тебя с ней тем более. Я думала, что эти показатели тебя отпугивают. Жениться, может, в третий раз собираешься? – Последний вопрос Алиса задала, набрав столько воздуха в грудь, сколько было возможно.