Гавайи: Дети Солнца - Джеймс Миченер

– Да. На самом же деле никто и не собирался выбирать его главой жрецов. А после того, как ты убил отца своей жены…

– Она больше не жена мне. Я отдал её Мато. Марама замолчала и некоторое время смотрела в пол. Затем она тихо добавила:

– Люди с Гавайки хотели навязать нам своего короля, но мы храбро сражались.

– Тогда почему вы до сих пор не разделались с верховным жрецом?

– Но нам же нужен жрец, – просто ответила Марама. – На каждом острове обязательно должен быть жрец. – После этого они некоторое время сидели молча, прислушиваясь к негромкому плеску волн в лагуне, пока, наконец, не заговорил Тероро:

– Ты должна подобрать мне дюжину женщин, тех, кто сможет поехать со мной. Помни о том, что путешествие предстоит тяжелое. – Затем он добавил: – На этот раз мы привезем с собой и нескольких детей. – Тут голос его оживился. – Мы заберем и своего малыша.

– Нет, – покачала головой Марама. – Он ещё слишком мал для такого пути. Вместо него мы увезем другого мальчика, постарше и посильней. – Как разрешалось традициями острова, Марама переходила от одного дома к другому, пока не нашла восьмилетнего мальчугана, который ей сразу же понравился. Она взяла его себе, а его матери, которая тут же согласилась на обмен, передала своего младенца. Когда Тероро увидел своего нового приемного сына, он одобрил выбор жены. После этого мальчика отправили к лодке дожидаться отплытия, а молодой вождь, наконец, крепко обнял жену и прошептал:

– Ты – каноэ всей моей жизни, Марама. В тебе я путешествую, как в надежной лодке.

Когда чуть позже происходило освящение нового изображения Оро, верховный жрец настоял на том, чтобы был убит один раб. В этот момент Тероро и его друзья стыдливо опустили глаза. Они-то хорошо понимали, что как только судно скроется за горизонтом, этого идола тут же выбросят в море. И когда верховный жрец передавал освященную фигуру Оро будущему жрецу, Тероро смотрел на неё, не как на идола, а как на причину бессмысленной и ненужной жертвы. И не важно, как относились к Оро и сам молодой вождь, и члены его команды: теперь фигурка была связана с пролитой человеческой кровью. В то же время весь ритуал напомнил Тероро ещё об одном важном деле. Ведь ему предстояло каким-то образом забрать из храма красный камень, представляющий богиню Пере, и сделать это так, чтобы не привлечь внимания верховного жреца и не вызвать у него подозрений по поводу истинных целей возвращения Тероро на Бора-Бора. Для этого он вызвал к себе Па и Хиро, чтобы тайно обсудить план действий.

– Ты ведь легко обманул жрецов своими разговорами об Оро, – сразу же высказал свое мнение Па. – Что же тебе стоит обмануть их и во второй раз?

– Нет, – отрицательно покачал головой Тероро. – Тогда всё вышло так просто, потому что жрецы были готовы поверить в мою ложь. Если же я просто произнесу имя богини Пере, это вызовет у них подозрения.

– Может быть, лучше выкрасть этот камень? – предложил Хиро.

– Но мы точно не знаем, где он находится, – возразил Тероро. После этого друзья принялись обсуждать другие возможности и, наконец, остановились вот на чем: вернуться на Северный Гавайки без Пере было бы безумием. Один раз она предупредила их об опасности, наслав огненную стену. Значит, во второй раз рассерженная богиня попросту уничтожит пламенем все поселение. И тогда Тероро предложил: – Я поговорю о наших проблемах с Марамой. Она очень мудрая женщина.

– Он не ошибся, и его супруга очень быстро разработала следующий план:

– Все на острове знают, Тероро, что ты вернулся из-за меня. Кроме того, люди до сих пор помнят, что мои предки были жрецами. Когда соберутся все женщины, которым предстоит принять участие в путешествии, я отправлю двух из них к верховному жрецу, и они объяснят ему, что мы просим отдать нам одного из древних богов острова Бора-Бора, особенно любимого и почитаемого женщинами.

– Неужели он позволит им забрать камень? – с сомнением в голосе спросил Тероро.

– Не забывай о том, что он не только жрец бога Оро, – напомнила женщина. – Он сам родился на Бора-Бора и сможет понять и оценить нашу любовь к этой земле.

И действительно, всё вышло так, как и предсказывала Марама. Правда, когда наступило время вынести красный камень Пере, украшенный перьями, верховный жрец не осмелился доверить такое сокровище женщине и настоял на том, чтобы камень взял у него из рук сам Тероро. Когда в ладонях молодого вождя оказалась сама душа Пере, этой дикой, страстной богини огня и матери вулканов, ему захотелось издать победный крик. Но вместо этого он отложил камень в сторону так, словно для него он представлял собой просто женского бога и прихоть собственной супруги. Обман удался, и верховный жрец не догадался о том, что его провели.

Мужчины успели хорошо отдохнуть, а каноэ загрузили продовольствием. Для путешествия к далекому острову отобрали двенадцать женщин, которые тут же перешли на строгую диету с тем, чтобы привыкнуть к скудности пищи. В число путешественников вошла и любимая жена короля Таматоа, потому что все решили так: если король и его родная сестра уже произвели на свет настоящего королевского наследника, то теперь Таматоа заслуживает того, чтобы рядом с ним была, по крайней мере, ещё одна любимая женщина. Кроме того, на каноэ взяли саженцы бананов, хлебных деревьев, а также несколько свиней.

– Нам очень недостает сладких плодов хлебного дерева, – объясняли Тероро и его друзья. – Мы так долго мечтали о них!

Когда судно было готово к отплытию, Тероро в изумлении увидел Мараму, которая волокла к "Ждущему" огромный сверток, упакованный в листья.

– Что это у тебя?! – воскликнул он.

– Цветы, – невозмутимо ответила женщина.

– А зачем они нам нужны? – недоумевал Тероро.

– Я спросила Па, растут ли цветы на вашем острове, и он ответил, что там их почти нет.

Тероро посмотрел на остальных членов своей команды, и только сейчас все они осознали, что на Северном Гавайки, действительно, не растут такие великолепные и яркие цветы, как здесь, на Бора-Бора. Но даже при таких обстоятельствах сверток Марамы казался слишком уж громоздким.

– Нет, Марама, так много цветов ты не сможешь забрать с собой, упрямился Тероро.

– Боги очень любят цветы, – напомнила мужу мудрая женщина простую истину. – Давай лучше оставим одну из свиней.

Но и такое предложение показалось мореходам неприемлемым. Правда, они все же оставили на берегу несколько саженцев хлебного дерева, хотя в глубине души все гребцы посчитали жену Тероро немного сумасшедшей.

Затем наступило самое восхитительное и веселое время: отбор детей для путешествия. Мужчины хотели взять только девочек, женщинам же были более приятны мальчики. Никто не соглашался на то, чтобы и мальчиков, и девочек было поровну, хотя такое решение казалось наиболее разумным. Наконец, были отобраны десять детей в возрасте от четырех до двенадцати лет: темноволосые, черноглазые, смеющиеся и белозубые. Само их присутствие на лодке делало путешествие намного легче и приятней.