Соло на троих - Ника Сафронова

С утра зашла сердобольная Марья Петровна. Спросила:

– Ну как?

– Да пока ничего.

– Ну, если что, заходи. Попробую через знакомых договориться.

Хотела было еще посудачить, но в ЖЭКе пробил приемный час. Я стала звонить, требовать, чтобы сантехник явился с утра. Уж больно не хотелось пускать псу под хвост еще один день.

Специалист пришел ближе к обеду, с похмелья, но вроде на сей раз тверезый. От недополученной дозы крепко серчал.

– Где аппарат? – спросил так, будто душил.

– Вот он…

Сантехник грубо разодрал коробку. Увидел «Шкоду-фелицию» и сказал:

– Не, импортный ставить не возьмусь! – икнул и ушел. Можно сказать, бросил меня у разбитого корыта.

Потом приходили еще двое.

Те тоже заглядывали в коробку, ходили кругами возле подтекающего сосуда. Чесали в затылках.

Видя в моих глазах безнадегу, подбадривали:

– Не горюй, красавица, все будет о’кей! Мы только за инструментом метнемся и сразу назад…

Сказали – и исчезли навсегда.

Дни проходили. Уровень воды в моей ванной комнате поднимался. А никто помочь мне не мог.

Вот однажды плюнула я на всех и позвонила в коммерческую организацию «Мужчина по вызову». Несмотря на двусмысленность названия, услуги они оказывали вполне пристойного характера. Лудили, паяли, в общем, всячески облагораживали условия жизни одиноких дам.

Что до меня, то я уже практически ощущала себя княжной Таракановой.

«Если в мои условия немедленно не вмешается грамотный мастер, я буду навеки погребена под толщей воды!» – так я и попросила указать в заявке.

Заявку приняли. Обещали подъехать в течение дня. Я прождала всю пятницу, субботу и воскресенье.

Поздно вечером перед началом рабочей недели я зашла к Марье Петровне. Оставила ключ от квартиры (точнее, его дубликат). На тот крайний случай, если мужчина по вызову все же образумится и придет.

Марья Петровна, опростоволосившись со своими знакомыми, в просьбе не отказала. Пожурила меня за исхудавшие ноги. И отпустила домой.

И вот настал понедельник. Я вышла на улицу как после долгой болезни. День только еще начинался, но воздух уже понемногу пропитывался теплом, как и положено в середине апреля. На перекрестках звенели трамваи. Мелкие птички чирикали. Все, как всегда, но мне в этот день было почему-то особенно радостно.

Наверное, это было связано с возвращением Гарика. Он покинул Москву буквально на следующий день после своего актерского дебюта. Тем вечером мы еще долго плутали по городу. Ужинали в кафе на Арбате. Ходили в кино. Потом он засунул меня в такси, а сам поехал собираться на тренинг, куда они отправлялись чуть ли не всем рабочим составом.

Мы условились встретиться по его возвращении, и я сама не своя ждала этой встречи.

Нет, это не было трепетом. Это даже нельзя было назвать влечением. Просто, когда я думала о том, как мы будем сидеть, разговаривать, дурачиться и подтрунивать друг на другом, мне становилось тепло. А влечение, оно появится – стоит только Гарику приблизиться на расстояние вытянутой руки.

Так я и грезила, пока не приехала в офис. Здесь меня ожидал полнейший аврал. Все, включая Витька, уже были в сборе. Ирка что-то орала по телефону, Поля раскладывала по сумкам кипы журналов, Витька, оказывая ей посильную помощь, украдкой любовался Чижовой.

– Всем привет! – зычно поздоровалась я.

– Ну, слава богу! – Поля бросилась меня расцеловывать.

Ирка, прикрыв трубку ладонью, сказала:

– У нас тут такой шиздец творится! – и изобразила на своей шее петлю.

Выяснилось, что со своей унитазной историей я пропустила последние новости. Самой неприятной из них была та, что изготовители «маркизы» не поспевают к открытию выставки, намеченному на следующий понедельник. Куда меньшей бедой оказалась катавасия с каталогами. Типография, перепутавшая местами страницы, обязалась исправить все в кратчайшие сроки.

Теперь Витьку снаряжали туда.

– Витя, послушайте меня внимательно! – напутствовала Полина. – Идите прямо к начальнику типографии. Его зовут Руслан Хабибулин…

– Он все время держит что-то за щекой и в руках, – добавила я.

– Оксана, не отвлекай его! – строго сказала Поля.

Я пожала плечом и пошла слушать, о чем шумит Ирка.

Ирка, оказывается, чихвостила свою обожаемую Владу:

– …А я тебя просила об этом? Зачем нам два лишних щита… да еще на Рязанском проспекте?.. Ничего подобного! Не было у нас этого в перечне!.. Шиздец, Влада! Ты что, охренела совсем?..

Дальше шло одним только матом, и я потихонечку выскользнула за дверь. Перевести дух. «Ну и денек!» – подумала я, но это было только начало. С одиннадцати часов оба наших телефона практически не смолкали. Чем меньше времени оставалось до запуска рекламной кампании, тем больше возникало проблем, нестыковок и маленьких неувязок.

Вдобавок ко всему у обеих подруг накопилось для меня множество новостей. Не то чтобы в последнее время мы не виделись вовсе, но я появлялась на работе краткосрочными урывками, дабы не пропустить приход очередного сантехника. Так что теперь мне приходилось в левое ухо впускать Иркины россказни про Витька и компанию. А правым – отлавливать ценную информацию о взаимоотношениях Полины и Лихоборского.

В конце концов, Ирка тоже заинтересовалась подробностями. Она спросила у Поли:

– А почему ты считаешь, что это нормально, когда мужику пофиг, с кем ты спишь?

– Вовсе он не это имел в виду! – вспыхнула Полина (вообще-то, она изо всех сил старалась, чтобы Ирка нас не подслушала. Пока разрывались телефоны, это было несложно, но теперь наступило временное затишье). – Он сказал, что не требует от меня верности. Это разные вещи!

– Да я бы так не сказала, – задумчиво произнесла я. – Мне кажется, для неравнодушного мужчины это противоестественно.

– Конечно! – горячо поддержала меня Ирка. – Многие, даже когда не испытывают к женщине никаких чувств, хотят, чтобы она была предана ему, как собака. Мы для них – вещь, поступившая в их полную собственность!

Поля густо покраснела.

– Вам просто не нравится Всеволод! Вы ищите изъяны в каждом его поступке!..

В этот момент снова зазвонил телефон, а следом за ним и другой. Мы с Иркой похватали трубки, а Поля, выдернув из сумки платочек, куда-то ушла. Видимо, плакать на лестничную площадку.

– Алло! – сказала я. – Чижова, не ори, ничего не слышно!.. Алло!

– Оксана Александровна?

Елки зеленые! Лихоборский!

– Да, это я.

– Я обдумал ваше предложение, – чужим голосом изрек Всеволод. – Готов подписать контракт!