За час до убийства (сборник) - Владимир Вычугжанин

А «исследователь» Курносов продолжал задуманные изыскания: бросил в ворчавших и уворачивавшихся соседей третий фужер, четвертый, пятый… Однообразие эксперимента, а главное, реакция посетителей кафе, ему, наконец, надоели. И он, решив усложнить условия опыта, ухватился за стул…

Тут надо сказать несколько слов и о поведении клиентов кафе. Среди них, по-видимому, оказалось немало людей с такими же исследовательскими наклонностями. За исключением нескольких слабых душ, покинувших зал сразу же после начала эксперимента Курносова, многие оставались на своих местах, с неослабевающим интересом наблюдая за ходом событий.

Лишь когда Курносов в исследовательском пылу швырнул в соседей стулом и тот разбился, как фужер, лишь тогда зачарованные наблюдатели догадались вызвать милицию.

Итог эксперимента: 5 разбитых фужеров (6 тысяч рублей), один сломанный стул (25 тысяч рублей). Испорченное настроение посетителей и работников кафе для Курносова не в счет: ведь они для него – лишь подопытные кролики!

И пока это преступление раскручивало следствие, Курносов задумал новый эксперимент. На этот раз – над своими ближайшими друзьями и знакомыми.

Вечером к магазину, что на улице Космонавтов, подъехал легковой автомобиль. Вышедшие из него мужчины и женщины направились в магазин. В их числе находился и известный нам «исследователь» Курносов. Обычно жаждущий всеобщего внимания, Александр в этот вечер скромничал и тушевался. И ему удалось, при всей его популярности, на некоторое время оказаться вне внимания продавцов и покупателей.

А это-то и было, оказывается, его желанной целью! Воспользовавшись тем, что его друзья увлеченно обсуждали с продавцами достоинства предполагаемых покупок, Курносов стибрил стоявший на прилавке электрообогреватель и незаметно выскочил с ним на улицу. Здесь пристроил похищенную вещь в багажник автомобиля, на котором он прибыл с друзьями, и быстренько вернулся в магазин.

Увлекательная беседа продавцов с покупателями продолжалась, и Курносову не составило труда прикинуться заинтересованным слушателем.

Тут, на его беду, начала обход торгового зала директор магазина и обнаружила пропажу электрообогревателя. Ведь прибор находился на прилавке не в качестве товара, a его назначение было в том, чтобы обогревать помещение.

Понятные «ахи» и «охи» продавцов, смущение невинных покупателей. Наконец, всей толпой они вываливают из магазина, продавцы подходят к автомобилю, открывают багажник…

С этого волнующего момента и начинается для Курносова результативная часть эксперимента. Внимательно изучает он лица ничего не подозревавших, «подставленных» им друзей! Эти родные лица бледнеют, вытягиваются, губы безнадежно что-то силятся произнести…

Но что тут скажешь в свое оправдание? Автомобиль принадлежит им, а похищенный электрообогреватель – магазину!

Однако Курносова моментально разоблачили. Выдали его не только пытливые взоры душеведа, но и свидетели его хитрой кражи, которых Курносов не заметил. В частности, водитель одного из припаркованных к магазину автомобилей видел, как экспериментатор прятал обогреватель в багажник машины.

Так завершились необычные опыты по исследованию психологии ближних ученого-любителя. Результат их тоже известен. Городской суд определил Курносову наказание: четыре года лишения свободы. Вполне достаточный срок для плодотворных научных и ненаучных размышлений!

Но экспериментатору вновь необычайно повезло. Наказание ему вдруг заменили на условное. За верного сторожа – дворника Курносова поручился директор лицея Танцуев.

Обознался

«Статья непременно должна была стать сенсационной! «Разврат в лицее», «Педагоги на… ковре»! Такие и подобные им заголовки мелькали в голове Пеньчука, когда он поспешал в учебное заведение. Взрыв бомбы! Небывалый скандал! Сенсационные разоблачения обещали смелому (и умному!) автору статьи определенную известность.

Экономический лицей находился в огромном старинном здании. Его фасад украшали мощные колонны. Прислонясь к древним столбам, приняв изящные позы или просто бродя вокруг, курили, смачно плевались и матерились девицы и юноши, учащиеся сего славного заведения. Погруженный в свои приятные размышления, Олег и не заметил сначала, что вход в лицей ему прочно загородила огромная, как древняя колонна, злая тетка. «Посторонним сюда нельзя!» – заявила она. Погибла задумка репортера: проникнуть в учебное заведение инкогнито, побродить по коридорам, присмотреться, послушать, о чем люди толкуют.

– Я не посторонний, я – журналист! Мне с директором поговорить надо!

– Ничего не знаю! Посторонним нельзя! – затвердила вахтерша.

– Пропустите прессу! – вдруг раздался откуда-то издалека повелительный окрик. Тетя отодвинула от фуникулера свои внушительные габариты, освобождая проход. Подбежавший человечек, а именно он кричал вахтерше, заискивающе улыбался репортеру. Поношенный, мятый пиджачок, несвежая рубашка, какая-то черная шишка на щеке. «Сантехник? Завхоз?» – гадал Олежка.

– А мы вас ждем, ждем! – бодро заверил человечек, отчего-то радостно потирая руки.

– Проводите меня к директору! – потребовал Пеньчук, не желая более терять драгоценное время на общение с техническим персоналом.

Сантехник и вахтерша переглянулись со значением.

– А документик у вас есть? – ехидно спросила тетка.

– Какой еще документик?

– Ну, удостоверение журналиста, скажем…

И тут с Пеньчуком приключился конфуз. Он никак не мог найти свои «корочки». Собравшиеся вокруг технички и другие любопытные личности заметно повеселели, видя затруднения газетчика.

– Не доверяю я этим бумагомаракам, собирателям сплетен, – затараторила одна противная баба, с удовольствием наблюдая, как Олег отчаянно шарит по карманам и в сумке, – как бы они там, эти писатели, себя ни называли…

Подала голосок и вахтерша:

– Ходят тут всякие, вещи пропадают…

Наконец-то проклятые «корочки» нашлись! Они застряли на самом дне сумки между книгой и папкой с бумагами.

– Нате вот, читайте! – Олег протянул удостоверение рукой, дрожащей от злости и нетерпения. К удивлению репортера, документ перехватил сантехник и принялся внимательно его изучать.

– Да в чем дело? – так и взвился Пеньчук. – Какое вам дело до моего удостоверения?!

– Как это – какое дело? – воскликнула вахтерша, умело изображая горестное изумление. – Да ведь это, – она с гордостью указал на читающего сантехника, – директор нашего лицея – Виталий Константинович!

– Вы?! – только и смог произнести Олег.

– Ничего, ничего, – ласково сказал Виталий Константинович, почесав свою страшную шишку на щеке. – Всяко бывает!

И нельзя было понять, оскорблен или польщен он потрясением журналиста.

– Вы ведь к нам по заданию главного редактора? – вежливо поинтересовался Виталий Константинович, когда они зашагали по огромному пустынному коридору.