Девушка с голубой звездой - Пэм Дженофф

Конечно, нет. Мы же решили больше здесь не встречаться. Расстроенная, я вышла из переулка. Я подошла к рыночной площади и посмотрела в сторону кафе. С одной стороны, хотелось проведать Крыса, но после нашего прошлого расставания я не могла пойти к нему. Поэтому я поплелась обратно к мосту. КПП займет время, и я думала, стоит ли дойти до другого моста. Обходя Дебницкий рынок, я заметила знакомую фигуру.

Сэди.

Я дважды моргнула, не веря своим глазам. Сэди была на улице.

Я бросилась к ней. Что она здесь делает? Хорошо, что я вовремя заметила ее. Она стояла посреди толпы средь бела дня, оглядываясь по сторонам, словно пытаясь сориентироваться. Платье, подаренное в день нашей последней встречи, после канализации теперь было грязным и мокрым. Она сильно выделялась своей худобой и испачканной одеждой. Бросая на нее косые взгляды, люди обходили ее, и в любой момент кто-нибудь мог догадаться, в чем дело, и, возможно, предупредить полицию. Я бросилась к ней.

– Ах, вот ты где, – воскликнула я, стараясь придать своему голосу обычное звучание. Я поцеловала ее в щеку, будто ничего не случилось, стараясь не съежиться от канализационной вони. – Мы опаздываем на прием к нашему врачу. Пойдем? – И прежде чем она успела возразить, я увела ее с площади в переулок.

– На прием к врачу? – спросила она, когда мы отошли достаточно далеко, и никто не мог услышать.

– Я просто придумала оправдание, почему ты стояла на улице в таком виде. Что же ты делаешь на улице? – Я разрывалась между охватившей меня радостью и одновременно нахлынувшей тревогой.

– Решетка у реки застряла, и мне пришлось выбираться отсюда. Мне нужно найти мать.

– Найти ее? – я замерла и повернулась к Сэди. Мне стало не по себе. – О чем ты?

– После нашей последней встречи у мамы начались преждевременные роды. Родился ребенок, девочка. Но мы не могли оставить ее в канализации, потому что она слишком громко плакала. Мать отправилась отнести ее в больницу ордена бонифратров в Казимеже, потому что Павел сказал, что там могут приютить ребенка. По крайней мере она пыталась что-то сделать. Прошло уже больше недели, а она еще не вернулась.

– Ох, Сэди… – У меня голова пошла кругом от всего, что случилось с Сэди за короткое время с момента нашей последней встречи.

– Поэтому я отправилась искать тебя, чтобы узнать, сможешь ли ты мне помочь. Только тебя там не было, – продолжила она.

– Прости. У решетки играли дети, и мне пришлось подождать, пока они не уйдут. – Я не стала говорить о КПП, чтобы не тревожить ее напрасно. – Но Сэди, тебе не стоило лезть. Тебе опасно находиться наверху.

– Я и раньше вылезала из канализации.

– Но тогда все было иначе. – Выходить ночью в поисках еды – это одно. Но ходить по улицам средь бела дня и спрашивать окружающих – совсем другое. Если бы она заговорила не с тем человеком, ее бы арестовали и все пропало. Но ей было все равно. Когда ее мать и сестра пропали, ей было просто нечего терять. – Сэди, подумай сама. Ты вообще не сможешь ей помочь, если тебя поймают. – Она промолчала, не желая признавать правоту моих слов. Лишь упрямо сжала челюсти.

– В прошлый раз ты помогла мне подняться, – наконец сказала она.

– Но у нас был план. И это была ночь. Сейчас все намного опаснее, – добавила я.

– Насколько? – спросила она. В ней чувствовалась какая-то решимость. Она стала меньше доверять – даже мне.

Я колебалась.

– На улицах больше полицейских, даже эсесовцев, они останавливают людей и допрашивают их. Сегодня по дороге организовали КПП, где мне пришлось предъявить документы, – призналась я ей, чтобы она поняла. Сэди округлила глаза. – Так что, как видишь, даже мне не совсем безопасно выходить на улицу, не говоря о тебе. – Сэди в своем безутешном и неизбывном горе выглядела еще более нездешней. Ни новая одежда, ни косметика ей бы не помогли. Нет, теперь Сэди совершенно не могла безопасно идти по улицам. – Не знаю, смогу ли я тебя защитить.

Смесь гнева и разочарования появились на ее лице.

– Ну и не надо.

Я понимала, она не хотела грубить. Просто была полна решимости найти мать любой ценой.

– Если все так опасно, то мне срочно надо отыскать маму и благополучно вернуть ее в канализацию.

– Если тебя арестуют, то другим тоже достанется. – Я думала не только о себе, но и о Крысе, который нам помог. – Выходить наверх в середине дня – глупо и опасно.

– Мне очень жаль, – сказала она с искренним раскаянием в голосе. – Мне нужно отыскать мать. Ждать я больше не могу.

– Если бы ты попросила меня, мы смогли бы что-то придумать. Я бы тебе помогла. И я помогу. – Я обняла ее, разрываясь между желанием помочь ей и защитить одновременно. Я не думала, что смогу сделать и то, и другое. Помогать ей было рискованно. Я собиралась провести с ней пару часов, а потом отправиться по своим делам. А это заняло бы больше времени и вызвало бы у Анны-Люсии вопросы о моем долгом отсутствии. Однако, несмотря на опасность, я не могла отвернуться от Сэди. – Я пойду в больницу и все разузнаю. Но ты должна оставаться в укрытии, пока меня не будет.

– Я не вернусь без нее, – сказала она и настойчиво посмотрела на меня.

– Пойдем. – Я не знала, куда ее отвести. Я не осмеливалась спрятать ее в доме Анны-Люсии еще раз. – Крыс, – внезапно проговорила я вслух. – Может быть, он сможет нам помочь. – И снова осеклась. В прошлый раз мы не очень приятно расстались. Может быть, он вообще не захочет увидеть меня. Но я должна попытаться. Забыв о гордости, я направилась к кафе. По крайней мере, он мог бы спрятать Сэди, пока я займусь поиском ее матери.

– Ты виделась с Крысом? – спросила Сэди по дороге. – Я имею в виду с той ночи, на берегу реки.

– Да. Но я почти жалею об этом.

– Почему? Как ты можешь так говорить?

Я тянула с ответом. И хотя мне не терпелось рассказать Сэди о Крысе, все же казалось нелепым делиться своими проблемами сейчас, когда Сэди так страдала.

– Когда ты вернулась в канализацию, я пошла к нему. Сначала все шло хорошо, как раньше. Я даже подумала, что мы снова могли бы быть вместе. Но потом мы поссорились.

– Почему?

– Из-за тебя, – призналась я. Ее глаза округлились. – Вернее, из-за канализации. Он хотел хранить там боеприпасы для Армии Крайовей. Но я сказала ему, что это слишком опасно.

– Я спрячу их, если хочешь, – кротко ответила она, в глазах ее читался страх. – Это меньшее, что я могу для тебя сделать.

– Нет, – оборвала ее я. – Я не позволю тебе этого сделать. Это очень любезно с твоей стороны, но я не могу подвергать опасности тебя и других. Мы найдем другой способ. – Но всю дорогу к кафе эта мысль не давала мне покоя. Я отказала просьбе Крыса, и мы расстались, поссорившись. Неужели я действительно осмелюсь попросить его о помощи сейчас?

– Сол поцеловал меня, – внезапно выпалила Сэди. – То есть мы поцеловались. Ты была права. Оказывается, он тоже влюблен в меня. – Когда она призналась, ее щеки залились румянцем.