Дневник заштатной звезды - Пол Хенди

– О нет, не ты отец.

– О да, я отец.

– Сай… твою мать…что…всем охренел?! Здесь…бe не твоя…баная…томима. Если ему хоч… лать, что он…тец, пусть, твою мать,…вopum, что…тец. Блин… вот это…стоящее ТВ!

Настоящее ТВ.

Открытка Чарли и написанные на ней слова промелькнули перед моими глазами.

«А ты не думал врезать Манчини по морде прямо в эфире? Вот было бы настоящее ТВ!»

Внутри меня что-то щелкнуло.

Годы сдерживаемого раздражения и жгучей ревности к Манчини кипящим пузырем вырвались на поверхность. Чисто импульсивно я издал дикий вопль и кинулся на него на манер голливудского каскадера. К несчастью, я слегка недооценил расстояние, споткнулся о ступеньку подиума и мешком рухнул на пол. Столь внезапная атака явно застала Манки врасплох: от неожиданности он отпрянул назад и едва не потерял равновесие. Ухватив Манки за лодыжки, я рывком повалил его на пол. В отчаянной борьбе мы скатились за подиум: вопя, толкаясь, лягаясь, кусаясь. Но вскоре сообразили, что оказались в темноте, то есть исчезли из поля зрения камер. Мы отцепились друг от друга, вскарабкались обратно на подиум и, убедившись, что снова в кадре, продолжили то, на чем остановились.

– Отец не ты! – кричал я, удерживая его в борцовском захвате и пытаясь ткнуть в глаз.

– Нет, я! – пыхтел он, таская меня за волосы и как-то умудрившись всунуть по пальцу в каждую мою ноздрю.

– Нет, не ты! – орал я, оглядываясь на монитор и выжидая, пока меня возьмут крупным планом.

Краем глаза я отметил красный огонек на третьей камере и ухитрился перевалиться так, чтобы как можно выгоднее смотреться в кадре.

– Ты не отец ребенка Мими Лоусон! – Я выдержал паузу для усиления эффекта. – ПОТОМУ ЧТО ОТЕЦ – Я!

Будь это эпизод из «Жителей Ист-Энда», именно сейчас полагалось вступить ударным.

Туммм… Туммм… Тум-туммм… Ту-ту-туммм. Я тотчас понял, что совершил ошибку.

– С…мон, – заорала Лиззи у меня в ухе. – Блин… тебе… никогда не… работ… на ТВ. Объявляй рекламную паузу.

– Мы вернемся в студию сразу же после рекламы, – объявил я на автомате.

Дерганый администратор отмашкой попытался вызвать аудиторию на спонтанные аплодисменты, но все были чересчур ошарашены для адекватной реакции. Зажегся свет, и в студии повисла гнетущая тишина. Мы с Манки поднялись на ноги и принялись отряхивать пыль с одежды.

– Ты меня чуть не убил, – процедил он сквозь зубы. – Мой агент подаст на тебя в суд.

То обстоятельство, что агент Манки одновременно и мой агент, не помешало мне забеспокоиться. От Макса вполне можно ожидать, что он затаскает меня по судам. Кто-то из съемочной группы помог Манки спуститься с подиума. Казалось, целую вечность я простоял один посреди огромного зала, пытаясь внутренне примириться с тем, что только что натворил.

Мне не хотелось ни с кем разговаривать. Когда я покидал студию, слова Лиззи все еще звенели у меня в ушах.

23:14

Попытался дозвониться до Чарли по мобильнику, но механический голос ответил, что «номер временно не активен».

2:18

Я – отец маленькой девочки, мама которой не желает меня знать. Кое-кто еще, кто также заявляет права на отцовство вышеназванной девочки, собирается подать на меня в суд за нападение во время прямого эфира телевизионного шоу: нападение, в результате которого я теперь навсегда лишусь работы ведущего вышеназванного шоу.

4:16

Чувствую, как горизонт заволакивают тяжелые облака депрессии.

5:02

Интересно, как там насчет вакансии в «Раз, два, три – продано»?