Господи, сделай так... - Наум Ним

Ранним утром Тимка поил Льва Бержермана шампанским и все более входил во вкус — и во вкус шампанского, и во вкус собственных все более убедительных резонов. Левка сначала язвительно пошучивал, потом недоверчиво похмыкивал, позже все-таки зацепился и попер возражениями. Тимка отбивался.

— Любой рыщет, как заработать бабла. С чего это люди поведутся на твои фантазии? — вопрошал Бержерман.

— На самом деле нам всем надо совсем другого — надо такого же праздника, что был на твоих репетициях. Той же свободы и радости… Помнишь?

Левка жмурился, вспоминая.

— Мы каждому дадим возможность такой же радости в любое время. Кто ж будет против? — наседал Тимка.

— Да всего этого и сейчас навалом. Открой любую газету — объявлений море: хошь — сауна, хошь — массажный салон, а не умеешь читать — дуй на Тверскую и выбирай: путана на путане.

— Но это ж все не то — это помятый товар из рук бандюков. Какая ж там радость? Там похоть, которой надо стыдиться и которую надо прятать. Как паленая водка из-под полы. Мы же предлагаем свободную радость свободным людям…

— Да где ты найдешь свободных людей?

— А они потихонечку освободятся… Как те наши гарнизонные блондинки…

— Ну а доход? Ты говорил, что все это предприятие будет доходным делом — откуда же доход?

— Не всё сразу. Сначала, конечно, потребуются расходы, но ты этим не парься — твой вклад только работой. Доходы пойдут потом.

— Все равно не понимаю — откуда возьмутся потом эти доходы? Мы через интернет будем знакомить и сводить людей — кого для траха, кого для радости, кого для радостного траха, но нам-то откуда навар? Думаешь, сведешь их для радости и потом они радостно будут бегать и искать тебя, чтобы заплатить?

— Не суетись — придумаем. Кто-нибудь да придумает… Лишь бы клюнуло. Придет человек к нам в интернете за своей радостью один раз, придет другой раз и со временем станет вроде хорошего знакомого, а знакомые люди всегда утрясают все денежные вопросы. Бабки пойдут — поверь мне. Главное, чтобы бандюганы не сели на шею.

— Через интернет — не сядут. Увернемся…

И дело пошло.

Сначала Тимкины фантазии воплотились в интернет-странички знакомств, и эти странички тут же стали невиданно популярны, а почти и сразу породили кучу подражателей и последователей — то ли и вправду действовала Мешкова тетрадка, то ли Тимкины идеи удачно совпали с общим тайным желанием наших поневоле пуританских соотечественников. Тимку возрастающая конкуренция совершенно не напрягала. Народу — море, и каждому требуется море радости, а уж этого океана — хватит на всех.

Первое время вся эта деятельность во имя удовольствия ближних, как и предполагал Левка, не приносила никаких барышей и была чистой благотворительностью. Да еще и благотворительностью, требующей постоянного финансирования. Одна Левкина зарплата, которую Тимка сгоряча пообещал в тыщу зеленых, обходилась именно в эту тыщу, не считая шампанского, в котором Тимка никак не мог отказать своему компаньону. Тимка выкручивался, организовав парочку быстрых финансовых пирамид, а для этого пришлось обхаживать и уговаривать двух околобанковских дам — сначала уговаривать начать беспроигрышное дело, взяв кредит в мужнином банке, а потом — не жадничать и быстренько все прекращать, пока не сели на хвост бандиты, или менты, или две холеры разом…

Тимка умел увлекать окружающих своими чисто финансовыми комбинациями. Мы втроем испытали это на себе еще в детстве и потому никогда не удивлялись, услышав, что Тимка в очередной раз с легкостью отыскал себе финансового партнера. Мы бы даже не удивились, узнав, что заканчивает он свои финансовые уговоры прежним хорошо нам знакомым восклицанием — “Денег огребем — кучу”. Казалось, Тимка может заработать на всем.

Когда мы встретились с ним в этом его московском полете, он принялся вываливать одно невероятное предложение вперебой другому, не находя, чем меня порадовать.

— А давай я схлопочу для тебя пенсион от немцев? Почему бы и тебе не заработать на Холокосте?

— Это каким боком ты меня сделаешь жертвой Холокоста?

— У тебя же нет достаточного выбора еврейских невест? Из-за этого ты лишен еврейского счастья…

— Как раз еврейского счастья у меня — выше крыши.

— Мы им впарим про другое счастье… Заплатят как миленькие… Знаешь, если бы Гитлеру заранее объяснить, сколько денег вытрясут потом евреи за Холокост — он бы устроил этот праздник исключительно для арийцев… Давай попробуем — грех упускать валюту…

— Не гони.

— Ну давай я тебе устрою маленькие радости со своего интернет-клуба знакомств… или — большие…

— И почем у тебя радости?

— Совершенно бесплатно, — вздохнул Тимка. — Во-первых, для тебя — все бесплатно, а во-вторых, честно говоря, за все там возможные кому ни попадя радости я же сам и плачу…

Но скоро он нашел варианты удачного совмещения своих революционных и коммерческих талантов.

Тимка начал устраивать для поклонников своих интернетовских клубов коллективные праздники на заранее снятых дачах. Участников Тимка сам отбирал из лезущих гурьбой претендентов — отбирал вопросами “не для всех” и интуицией. Эти праздники прославились сразу. Дачи приходилось менять, чтобы не попасть под бандюков, участников приходилось менять, чтобы праздник не приедался, и постоянными величинами оставались там только Тимка и врач, который получал у Тимки за каждый день работы свой месячный оклад в кожвендиспансере, но дело свое знал очень хорошо и Тимкины мероприятия обеспечивал надежно.

Врача и дачу (и, разумеется, Тимку с Левой) оплачивали участники карнавалов, которые готовы были платить еще и еще.

После Тимка организовал что-то типа Школы по эмоциональному развитию и тут — влетел. Занятия школы пришлось обустраивать солидно — в постоянном месте, для которого выбрали клуб захудалой текстильной фабрики, и бандитские морды все это вычислили вмиг, не заморачивая мозги такими мелочами, как совершенно невинное название про эмоциональное развитие. Пришлось обращаться за помощью к Сереге, который даже среди этих московских отморозков был не то в уважении, не то в законе (Тимка плохо разбирался в реалиях Серегиной жизни — он его просто любил).

А потом и вправду придумали возможности оплаты интернетовских услуг реальными грошами, и все покатило под музыку. Даже дефолт и Вторая чеченская бойня не нанесли никакого ущерба Тимкиному предприятию, потому что за истинные ценности люди готовы платить во все времена, невзирая ни на какие войны и кризисы. Еще с десяток лет Тимка фонтанировал идеями, все более усовершенствуя свое детище самыми невероятными новшествами, хозяйски обживая уже понятную ему виртуальную жизнь и по-прежнему ловко избегая пригляда бандитов, которые за это время на самом деле почти полностью уступили все свои хлебные места ментам, а может, попросту переоделись ментами.

Весь мир стелился под ноги роскошным цветочным лугом, и был Тимка на том лугу добрым пасечником, направляющим неугомонных пчел прямиком к истомившимся цветам, чтобы из всех этих жужжаний-кружений-касаний всегда возникал необходимый всем нам терпкий медовый вкус жизни. Но разве удержишься на таком лугу только пасечником? И Тимка кружил сам в поисках необходимой для жизни легкой цветочной пыльцы, которую вбирал не так, как эти недоделанные пчелы в своих мимолетных касаниях, а всем на зависть — гудящим шмелем зарываясь в цветок по самые пятки.