Двухместное купе - Владимир Кунин

...сидели усталый, потухший Леша Самошников и чрезвычайно оживленный Гриша Гаврилиди.

Пассажирский салон лимузина был отделен от шофера толстым стеклом с занавесками. Связь с водителем лимузина осуществлялась через микрофон и динамики.

Лешка тоскливо посмотрел на окружавших их машину мотоциклистов и устало спросил Гришу:

— Эти-то на хрена?

— А для понта! — радостно прокричал Гриша, шуруя в автомобильном баре. — Причем, заметь, за те же бабки! Они спросили: «Вам сопровождение нужно?» А я говорю: «А как вы думаете?» А они говорят: «Нет проблем!» Красиво жить не запретишь, Леха!.. Не, но какой фарт?! Это шо бы так повезло?! Кому-нибудь рассказать — это же можно с дерева свалиться! Шоб десять заездов подряд?! Шоб такая везуха?!

— Не ори, — тихо сказал Лешка. — У меня голова раскалывается. Не было никакой везухи, Гриня. Я еще со вчерашнего вечера знал победителей всех заездов.

— Я тебя умоляю, Леха! —в голос заржал Гриша.

— Ну тише ты, Господи, — досадливо повторил Лешка. — Я говорю правду: я все знал еще вчера.

— Шо с тобой, Леха? Ты, часом, не перегрелся там на трибунах? Конечно... Такие бабки! Это ж не каждый выдержит — запросто крыша поедет... Но ты не волнуйся, Лешенька, выпьем, пожрем, отоспимся — и все это у тебя пройдет!.. Расслабься.

— Погоди. Не трещи. Какое сегодня число?

— Не, точняк — ты не в порядке!.. С утра было десятое...

— А день? Какой сегодня день недели? — настойчиво спросил Лешка.

— Ну, суббота же! Не пугай меня, Леха!.. Прими соточку. Здесь такой коньячок... Умереть! — И Гриша полез в автомобильный бар.

— Я в завязке. А вчера какое было число?

— О, шоб тебя!.. Ну, девятое — пятница!

— А времени сейчас сколько?

Гриша посмотрел на часы, тревожно уставился на Лешку:

— Без десяти пять...

— А в котором часу обычно выходит в продажу вечерняя газета «Абендвельт»? — спросил Лешка.

— Я знаю?! В шесть, в семь...

— Так, по-твоему, она еще не вышла?

— Конечно, нет, — сказал Гриша. — А при чем здесь газета?

— А при том, что вот эту газету «Абендвельт», еще не вышедшую даже сегодня из типографии, я получил вчера, девятого августа, без пяти минут двенадцать ночи! И там уже был полный отчет о сегодняшних бегах на ипподроме. Со списком имен победителей всех заездов!

Лешка расстегнул рубашку и вытащил из-за пазухи смятую, пропотевшую газету, полученную им вчера от голубоглазого мальчишки в полночь на Кайзербрюкке.

Он сунул Грише в руки газету, а сам тоскливо посмотрел в боковое стекло лимузина и...

...на мгновение ему показалось, что по тротуару окраинной улички, в ту же сторону, куда катился их белоснежный лимузин, вприпрыжку бежит светловолосый мальчишка-газетчик с рюкзачком за спиной.

Бежал мальчишка как-то странно, так же, как вчера бежал по мосту — будто не касаясь земли ногами!..

Лешка хотел было закричать, позвать этого удивительного пацана к себе в машину... Он даже помахал ему рукой и увидел, как...

...мальчишка рассмеялся и помахал Лешке в ответ!..

Но тут встречный поток машин плотно остановился перед светофором, перекрыл противоположную сторону улицы, и Лешка потерял этого замечательного пацана из виду.

Потом пробка под светофором рассосалась — но никакого мальчишки на той стороне улицы уже не было...

Рядом с Лешкой сидел Гриша Гаврилиди, тупо вглядывался в страницу газеты, где уже был напечатан список победителей всех десяти только что завершившихся заездов, и в состоянии невменяемости повторял, раскачиваясь, как старый еврей на молитве:

— Ой, мамочка... Ой, мамочка, роди меня обратно!..