Девушка и призрак - Софи Кинселла

— Я нечаянно.

— Нечаянно, да? — уточняет он, с кряхтеньем поднимается и помогает встать мне. — В чем дело?

— Кажется, магические способности улетучились, — мямлю я, опустив голову, и с ужасом смотрю на дверь в банкетный зал.

— Совсем?

— Начисто!

Эд ничего не понимает:

— Вот так вдруг?

— Ну да. Я больше ничего не могу.

Он качает головой. Взгляд задумчив, точно он размышляет над планом спасения крупнейшей корпорации. Но на губах едва угадываемая улыбка.

— А как же чары Востока?

— Развеялись, — тихо говорю я.

— Разве так бывает?

— Почему нет? — Ковыряю пол носком туфли, лишь бы не смотреть на него.

— Ну так скажи им.

— Не могу! — в ужасе вою я. — Они решат, что я самозванка. Я же Великая Лара. Как я могу признаться в своей слабости?

— Ерунда.

— Не ерунда! Я просто не могу. Лучше раствориться. Или провалиться.

Снова лезу по стульям к пожарному выходу, но Эд хватает меня за ногу.

— Ты не уйдешь просто так, — твердо говорит он! — Бегство — это последнее дело. Надо что-то придумать. Пораскинь мозгами. И побыстрее.

— Ничего в голову не приходит, — хнычу я.

— Поиграй с ними. Преврати все в шутку. Не можешь читать мысли, пусть посмеются. А потом сразу уходи. Так ты останешься Великой Ларой. Если сейчас сбежишь, тогда тебя точно примут за самозванку.

Он прав. Хотя мне и не хочется это признавать.

— Ну хорошо, — говорю я наконец. — Пошли.

— Может, тебе нужно настроиться?

— Лучше сразу. Не хочу больше ждать. Будь что будет. А потом ты уйдешь со мной?

— Разумеется. А ты как думаешь? — Он снова едва заметно улыбается. — Ну все, удачи.

— Удача мне не помешает.

Эд идет впереди, я, задрав голову повыше, тороплюсь следом. Как только появляюсь в зале, голоса смолкают, раздаются аплодисменты и восхищенный свист. Некоторые даже фотографируют меня мобильниками. Все в предвкушении, недаром ведь я столько времени пропадала, наверняка что-то замыслила.

Пять палачей сидят на стульях, в руках листки бумаги. Я улыбаюсь сначала им, а потом и всем остальным.

— Дамы и господа. Я немного задержалась. Мне нужно было хорошенько настроиться на ваши мысли. По правде говоря… я шокирована некоторыми подробностями. О да! Вот вы, — я поворачиваюсь к ближайшей из жертв, — разумеется, я знаю, что вы нарисовали. — Я делаю неопределенный жест, как будто ее рисунок мне совершенно неинтересен. — Гораздо больше меня впечатлил тот факт, что вам нравится ваш коллега по работе. И даже не отрицайте!

Девушка вспыхивает, ее ответ тонет в громком хохоте зрителей.

— Это Блэйки! — выкрикивает кто-то, ко всеобщему восторгу.

— Вы, сэр, — обращаюсь я к парню с короткой стрижкой. — Говорят, мужчины думают о сексе каждые тридцать секунд. Но вы бьете все рекорды.

Все снова радостно гогочут, а я уже перехожу к номеру три.

— Что касается вас, то каждые тридцать секунд вы думаете о деньгах.

Мужчина первый заходится от смеха.

— Она чертовски хорошо читает мысли, — подтверждает он.

— А вот ваши мысли, увы, надежно укрыты за алкогольной пеленой. Даже мне не под силу разглядеть их, — добродушно смеюсь я, глядя на безобидного толстяка. — Что касается вас… — Я разглядываю девицу самого скромного вида. — Никогда не признавайтесь маме в том, что вы сейчас подумали.

— Что вы имеете в виду? — недоумевает она.

Прокол.

— Сами знаете. — Улыбка примерзает к лицу. — Не хотелось бы это озвучивать.

— Понятия не имею, — качает головой она. — Даже не догадываюсь, о чем вы говорите.

Публика затаила дыхание, ловя каждое слово.

— Вы не оставляете мне выхода, — предупреждаю я. — Придется произнести это вслух (ой, добром все это не кончится) перед всеми.

Ее лицо вдруг искажается.

— Вот черт. Вы об этом. Лучше не надо.

Я готова расцеловать.

— Великая Лара видит все! — Я раскланиваюсь. — Прощайте до следующего раза.

И быстро направляюсь к Эду.

— Я захватил твою сумочку, — с трудом перекрикивает аплодисменты он. — Последний поклон — и бежим!

Дух я перевожу только на улице. Воздух свеж и прохладен. На такси огромная очередь, и я предлагаю прогуляться.

— Что ж, просто Лара, вышло неплохо, — усмехается шагающий рядом Эд.

— Я старалась.

— Волшебные чары не вернулись? — продолжает подкалывать он, но я не реагирую.

— Они то появляются, то исчезают. Никакой системы. Кстати, дальше по этой улице стоянка такси.

— Я тут ничего не знаю.

Мог бы уже и познакомиться с географией Лондона.

— А что в Лондоне знаешь?

— Знаю, как добраться до работы. Знаю парк напротив дома. Дорогу до супермаркета.

Да он издевается. Как вообще можно так наплевательски относиться к Лондону?

— Какой же ты надменный и ограниченный тип. Ты приехал в красивейший европейский город и даже не пытаешься познакомиться с ним. Не хочешь узнать его историю, не интересуешься культурной жизнью. Ты даже продукты покупаешь в американском супермаркете! — Голос мой звенит. — Зачем ты вообще приехал сюда? Чем ты собирался здесь заниматься?

— Я собирался знакомиться с этим городом вместе с моей невестой, — спокойно отвечает он.

Вот так новости. С невестой? С какой еще невестой?

— Она сбежала за неделю до нашей поездки. Мне оставалось либо уехать в Англию, либо встречаться с ней в Бостоне каждый день. Видишь ли, мы работали с ней в одном здании. — Секунду он медлит, потом добавляет: — И с ее новым парнем.

— Черт, — я не знаю, как выразить переполняющее меня сочувствие, — мне так жаль. Я даже не представляла.

— Откуда ты могла знать.

Лицо его абсолютно бесстрастно, но я-то понимаю, как он переживает на самом деле. Любой бы в такой ситуации переживал, и он не исключение. Так вот чем объясняется его вечная мрачность. Его отстраненность. Его усталый голос. Ну и дрянь эта его невеста! Могу себе вообразить. Ослепительная американская улыбка, копна кудряшек и высоченные шпильки. Не сомневаюсь, Эд не поскупился на обручальное кольцо. И конечно, она кольцо не вернула.

— Это, наверно, было тяжело, — тихо говорю я, когда мы снова пускаемся в путь.

— Я накупил гору путеводителей, — он мрачно смотрит перед собой, — распланировал маршруты, отметил все интересные места. Стрэтфорд-на-Эйвоне, Шотландия, Оксфорд… Но без Коринны все потеряло смысл.