Роза ветров - Андрей Геласимов

— Вот именно, — пробурчал морской министр Меншиков, переводя хмурый взгляд с вице-адмирала Литке на вытянувшегося рядом с его креслом маленького рябого капитан-лейтенанта. — Перетопите по дороге всю команду, и не будет вам никакого Амура.

— Не перетопим, Ваша Светлость, — тут же отозвался рябой.

— Дражайший Александр Сергеевич… — начал было Литке, стремясь, очевидно, отвлечь на себя внимание царедворца от своего порывистого подчиненного, однако министр слушать его не стал.

— Это откуда такая уверенность? — чуть насмешливо спросил он у капитан-лейтенанта, имени которого не счел пока нужным запоминать.

В дерзости моряка Светлейший князь чутко уловил возможность оправдать назревающий свой отказ поведением изначально неинтересного ему просителя, а потому немедленно оживился. Он бы и вовсе не дал согласия на эту аудиенцию, так как нисколько не стремился попасть в самую гущу противостояния между Перовским и Нессельроде, но понимал, что недавно созданное Русское Географическое Общество — это такая сила, с какой нельзя не считаться. Федор Петрович Литке, сидевший теперь перед его массивным рабочим столом в удобном кресле, олицетворял собой если не всю целиком душу нового общества, то уж во всяком случае ее военно-морскую часть. Очень близкую при этом к семье Государя Императора.

— Транспорт, команду и груз обязуюсь доставить на место в сохранности, — отвечал тем временем капитан-лейтенант. — С каковой целью в чертежи судна необходимо внести некоторые изменения.

— Я уже слышал о плоском дне, — отмахнулся Меншиков.

— Не только это, — заверил его молодой моряк. — Надобно мачты сделать покороче. Сократим парусность — остойчивость прирастет. Ну и еще кое-что поменять не мешает.

— Что именно?

— По мелочи, Ваша Светлость.

Министр вздохнул и покачал головой.

— По мелочи… — скептически повторил он за моряком и перевел взгляд на седого вице-адмирала. — Хороши у вас офицеры, Федор Петрович… Подготовку к походу через два океана за мелочь считают.

— Я не то имел в виду… — вспыхнул покрытый оспинами моряк, но Меншиков его решительно оборвал.

— Хватит об этом! Вы мне лучше скажите… — Он на секунду запнулся. — Напомните свое имя, пожалуйста.

— Капитан-лейтенант Невельской.

— Да-да… Вот вы объясните мне лучше, господин Невельской, отчего это на севастопольской верфи нельзя было заложить транспорт? Чем, любопытно, она вам не угодила?

— Всем угодила, Ваша Светлость. Прекрасная верфь.

— Так в чем же дело?

Невельской помолчал, подбирая слова и решая, говорить ли правду.

— Мастера не подходят, — наконец признался он.

Меншиков даже привстал со своего кресла, опершись кулаками на крышку стола:

— Мастера не подходят?!

— Так точно!

— Да вы понимаете ли, о чем говорите?! Один из них построил «Сухум-Кале», а второй — точно такой же транспорт по его типу Собственноручно!

— Сие мне известно, Ваша Светлость! — От напряжения, иссушившего даже самый воздух в кабинете почти до шелеста, Невельской стал говорить уже какими-то канцелярскими фразами.

В груди у него нарастал предательский приступ кашля.

— Так ежели вам это известно, то с какой стати вы себе позволяете подобные заявления?

— У этих мастеров не получится… Такой транспорт, какой мне надобен, не получится.