Полька - Мануэла Гретковска

— Это тебе только так кажется, возраст уже не тот… наступает момент… щелк — и конец.

А Беата утверждает, что я беременна.

— Да нет, это, во-первых, невозможно, во-вторых, меня тошнит целый день, а не только утром, да и ясновидящая обещала только через два года… помнишь? Все, что она предсказала, сбылось.

— Тогда что с тобой?

— Беата, не знаю, я никогда в жизни так себя не чувствовала. Помесь желтухи и безумия. Ложусь спать в девять, даже не ложусь — падаю бревном. Нет сил двигаться, температура какая-то странная, под тридцать семь. Да, знаешь, позавчера мы ездили в «Икею», купили цветочные горшки и тахту. Как гляну на эти горшки, делается нехорошо. Вообще не могу смотреть на некрасивые вещи, к горлу подступает. А эта тахта… она меня отравляет. Такой странный запах, химический. В магазине она не воняла.

— Петр тоже чувствует?

— Нет. Это психоз? Я спятила?

— Ну, когда-то надо начинать.

— Не смейся. Наш разноцветный домик мне опротивел, краски словно пеплом присыпаны. Я уж Петру ничего не говорю, но просто считаю дни до отъезда в Польшу — здесь я с ума сойду. Мне больно от вещей.

— Гуляй, не сиди все время за компьютером.

— Куда я пойду? В лесу грибы воняют, они тоже как сговорились против меня. Даже картинка с грибами доводит меня до судорог.

— Ну и ну…

— Мне так плохо, а Петр считает, что это из-за Швеции, что мне больше не хочется…

— Приезжай скорее в Польшу, что-нибудь придумаем.

— Не мог маленький помидор вызвать недельное отравление… Это стресс, я тебя знаю, — версия Петушка.

Какой еще стресс? Когда стресс, я начинаю бить посуду, а не валюсь, стеная, что у меня нет сил жить. Насчет «стресса» он может своим пациентам голову морочить.

— Закончишь сценарий, расслабишься, и все пройдет. Это у тебя перед месячными: распухаешь, чуть-чуть крыша едет, ничего особенного. Давай навестим антропософов, ты развеешься, — Петушок сажает меня в машину.

Мы едем коротким путем, через Темный Остров. Антропософское кафе закрыто. Их деревянный офис — выкрашенный в пастельные тона сараи — подозрительно попахивает: синий цвет какой-то гнилостный, оранжевый отсвечивает зеленью. Возвращаемся домой. По дороге Петушок останавливается на заправке. Мимо проходит ребенок с хот-догом. Я готова вырвать булочку у него из рук.

— Петр, сколько здесь стоит горячая колбаска?

— Десятку… Ты как маленькая: что увидишь, тянешь в рот. Ты же не ешь мяса, заболеешь от этой дохлятины.

— Хочется… Но уже девятый час, нельзя: печень работает до шести…

Хватит, утром пойду куплю тест. И схожу к гинекологу. На всякий случай, если спросит про беременность… теоретически может быть в конце месяца… Сегодня должны начаться месячные, мне уже нехорошо. Трудно сказать, то ли тошнит, то ли сводит живот. Петушок входит в ванную, когда я писаю на тест. Это не какая-нибудь бумажка в пластике — дизайнерский шедевр, «роллс-ройс» в классе тестов на беременность. Петушок крутит пальцем у виска:

— Бабское любопытство, только добро переводишь, — и снова ложится.

И правда, я уже столько тестов перепортила… Я знаю свое тело наизусть, каждый симптом, но поскольку не пользуюсь никакими «анти», никакими спиральными ловушками для детей… надо проверить. Тем более что я принимаю противопоказанные при беременности сердечные лекарства…

В первом окошке медленно проявляется синяя линия — Ага, подтверждение, что тест действует. Теперь второе окошко… там всегда бывает «мимо» — красный минус. Я жду… капелька всасывается и выступает синей чертой. Что за ерунда? Читаю инструкцию «Оушеаник Блю»: появление первой синей полоски означает беременность. Вторая синяя линия подтверждает правильность результата. Точность — 99,9 %». Держу пластиковый болид двумя пальцами: на мою ладонь приземлилось НЛО.

— Петр!!!

— Ну что?

— Я беременна.

Петушок выбегает из спальни.

— Ты ошиблась, дай сюда…

Вот именно, ошиблась, только не сейчас. Теперь я синего цвета.

— Здравствуй, жопа, Новый год — мы беременны. — Петр стучит по тесту, линия не исчезает, становится все отчетливее.

— Как это? Прямо сейчас? Ой-ой-ой, — бормочу я. Меня трясет, хочется смеяться и плакать.

Все волшебно преобразится, но… Ребенок? Когда-нибудь потом, попозже, в будущем — настолько отдаленном, что оно кажется почти иным измерением, другой реальностью. Мы испуганно целуемся, обнимаемся. Ребенок… Мы сами напоминаем перепуганных детей. Возвращаемся в постель и занимаемся любовью — осторожно, словно впервые касаясь друг друга: «мама с папой». Просыпаемся в час, по будильнику. К двум надо успеть в Стокгольм, в поликлинику. Бежим к машине, одеваясь по дороге.

— Доктор, я, кажется, беременна, наверное, четвертая неделя. — Зубы у меня стучат, я не попадаю ногой в гинекологические тиски.

— Все верно, никаких сомнений. Изменения в шейке матки. Давайте посмотрим картинку. Хотите взглянуть?

Петр подходит к аппарату УЗИ. Я высовываюсь из кресла, вместо мерцания различаю на экране какой-то предмет. Очертания головки. Вздрагивающее в такт биению сердца крохотное веретено, ткущиеся нити жизни. Картинка расплывается от наворачивающихся на глаза слез. Петушок хватает меня за сползающий носок, сжимает пятку.

— Один сантиметр, седьмая неделя. — Доктор вынимает из аппарата черно-белую фотографию с нанесенной линейкой. Я не верю своим глазам: еще несколько часов назад Его не было. А теперь у него появилась первая в жизни фотография.

— Седьмая неделя? Не может быть. — Я встаю с кресла. Смотрю в календарь, цифры двоятся и троятся. — Ровно четыре недели назад были месячные, немного раньше, чем обычно…

— Это не месячные. В момент прикрепления плодного яйца к стенке матки может произойти кровотечение. Через две недели после оплодотворения. Вы переволновались из-за операции, отсюда более ранняя овуляция.

Я вдруг чувствую себя совершенно беспомощной. Во мне присутствует что-то или кто-то, пришелец из космоса или от Господа Бога, а может, сгусток генов. Маленький человек, подвешенный к трепещущей струне бытия. Я не ощущаю Его, но Он все равно там, проклевывается из моего тела. Взрыв Вселенной, дающий жизнь миллиардам клеток.

Доктор выписывает направления, назначает даты анализов, высчитывает дату родов — середина апреля. Роды? Роды происходят уже сейчас, ребенок как раз появился на свет.

«7-я неделя:

Эмбрион прибавляет по миллиметру в день. К концу недели он достигнет 11–13 миллиметров. Каждую минуту в нем возникают 100 000 нервных клеток. Мозг начинает разделяться на полушария. Глаза перемещаются на переднюю часть головы. Он начинает шевелить руками. («Беременность. 40 недель».)