Как жить, чтобы жить хотелось. Антикризисные стратегии - Александр Державин

Доктор смотрел на него во все глаза. Все оказалось гораздо серьезнее, чем он мог себе представить.

– Чтобы не сойти с ума на этом диске, я вспоминаю мгновения из детства: мне десять лет, август, вечер, закат, и я сижу рядом со своей бабушкой на скамейке под окнами дома…Теплые руки, запах картошки и семейной любви… Впереди кромка леса и поднимающийся туман. Даль, в которой надежды и мечты. Васильки и ромашки, полынь и душица – целый букет чувств. Вот оно, родное… Но вот, – его голос резко изменился. – Тридцать третий просвистел рядом с сердцем, шоу закончилось, и воспоминания мои тоже закончились. Я человек – мишень. И знаешь, зрители отдают немалые деньги. Но я уверен на сто процентов: на самом деле все они тайно ждут, что нож попадет в меня… Ждут, затаив дыхание… Между жизнью и смертью один миг, одна тоненькая ниточка, которая может оборваться. И каждый пролетевший мимо клинок – это новый шанс жить. Такое чувство, что я точно заново рождаюсь. За один такой номер мне платят тысячу баксов – очень даже неплохо, учитывая, что это, по сути, месячная зарплата врача в поликлинике… Но самое главное, для меня это что-то вроде анестезии. Я радуюсь тому, что остался жив, чувствую какую-то наполненность… Этой адреналиновой прививки мне хватает на несколько дней. За такой трюк я получаю тысячу баксов.

Он замолчал. На его лице проступила ясная, безотчетная боль… Казалось, еще мгновение, и в его глазах заблестят слезы.

Исповедь Мишени удивила Доктора, но лишь отчасти: он понимал, что рано или поздно это случится. Их ранние беседы были поверхностными, «подготовительными». Доктора, безусловно, задело упоминание о необычном «хобби» на первой встрече, но развивать эту тему самому, тянуть из него признание клещами ему не хотелось. Сейчас, на третьем «сеансе» – встрече, Мишень уже сам был готов «раскрыться», поделиться с Доктором своими сокровенными переживаниями, и эта готовность вылилась в такой пусть не совсем связный, но искренний речевой поток, полный горечи и отчаяния.

Говорить не хотелось: Мишень переводил дух, а Доктору нужно было время, чтобы осмыслить услышанное. Они молча допили кофе и съели остывшие круассаны. Два часа пролетели незаметно. Казалось, воздух стал другим, больше осенним, нежели вокзальным. Потеплело, уходить совсем не хотелось, но человек-мишень надел свою темно-синюю куртку. Он положил на стол деньги, посмотрел в задумчивые глаза Доктора, хотел что-то сказать, замер на миг и вместо слов сделал глубокий выдох.

– Благодарю за то, что выслушал. Я позвоню.

– Что же необычного произошло с тобой сейчас, точнее, сегодня? – спросил Доктор низким голосом. Он не хотел спрашивать, ему пришлось проявить усилие, чтобы задать этот вопрос.

Мишень не сразу, но ответил. Практически шепотом он произнес одно слово:

– Искренность.

Он ушел, а Доктор погрузился в размышления. Его терзали противоречия. Пожалуй, самое интересное только начиналось. Он взглянул на деньги, оставленные Мишенью: их было намного больше, чем сумма, указанная в счете. О чем это говорит? Пожалуй, о его щедрости и расточительности. Доктор постарался припомнить все известные ему детали: дорогая машина (пусть и купленная в кредит), своя квартира в престижном районе на западе Москвы, работа, которая приносит весьма достойный заработок, брендовая одежда, дорогой парфюм, стильные аксессуары… Он явно заботится о себе – уж очень ухоженным выглядит. В меру накачан и в меру… Но мера есть у него снаружи, а вот внутри баланс явно нарушен. Казалось бы, у Мишени есть все, но он чувствует себя одиноким и несчастным. Значит, эта насыщенность на самом деле – пустота? Иначе откуда столько негативных мыслей? Откуда этот регулярный неоправданный риск?

По дороге на работу Доктор продолжал размышлять о Мишени. Все-таки было в этом человеке что-то необычное, притягательное и… близкое. Вообще, в каждом человеке, даже если он кажется ординарным и посредственным, есть нечто удивительное… О любом человеке можно написать захватывающий роман, ведь что может быть интереснее, чем сама жизнь со всеми ее горестями и радостями? Может, и он, Доктор, когда-нибудь напишет книгу о своем необычном клиенте? Почему бы и нет?

Жизнь состоит из печали и счастья… Стоп. Поводы для печали мы часто придумываем сами, а радостей нас никто не лишает. Получается, что жизнь – это испытание. Мы ставим перед собой задачу, решение которой зависит от правильно выбранного инструмента. Прав был учитель Доктора, который утверждал, что самая эффективная практика, которую можно использовать каждый день, – это сама жизнь. Именно эти слова и содержащийся в них смысл в свое время помогли ему изменить отношение к жизни. Научили его видеть необычное в обычном.

Но вот уже он на пороге своего кабинета. Пора приниматься за работу.

ПРАКТИКА «УВИДЕТЬ»

Что же необычного произошло с вами сейчас, точнее, сегодня?