Восемнадцать часов дурдома - Владислав Картавцев

Андрей пулей заскочил в метро – у турникетов и у касс волновалось людское море.

– Черт! – он вспомнил, что вчера истратил последнюю поездку, нужно становиться в очередь за проездным. Можно, конечно, попробовать протиснуться к автоматам по продаже билетов, но возле них тоже не протолкнуться. – Говорила мне мама, готовь сани летом! – Андрей имел в виду многочисленные призывы покупать билеты заранее – он их всегда игнорировал, а потом ругал себя за расхлябанность. – Нет, определенно, нужно стать серьезнее! Ведь мне уже скоро на пенсию!

Впереди в очереди нетерпеливо переминалась с ноги на ногу привлекательная молодая девушка. – Наверное, в туалет хочет! Эк ее родимую приспичило! И наверняка, ее зовут Маруся! – мысль сразила Андрея навылет, – если бы у меня были такие формы, я бы обязательно был Марусей!

– Девушка! Здравствуйте! У меня к Вам предложение! – «Маруся» обернулась и удивленно посмотрела на Андрея, – коль нам все равно время терять, давайте я Вам прочитаю стихи собственного сочинения! У меня талант, я только что получил премию Международного Фонда имени Грибоедова «Басни ищут талантов!»

– Это Вы мне? – девушка уставилась на Андрея. Она окинула его взглядом с ног до головы, и на ее лице появилось презрительное выражение. – Нет, лучше не надо! И вообще, молодой человек, у Вас нет ни единого шанса, я в метро не знакомлюсь!

– А вот и напрасно! – Андрей моргнул правым глазом, потом левым, а потом сразу двумя глазами – и так несколько раз. Фирменный трюк – в такие минуты он становился похожим на Крамарова с его дебильной рожей, у него получалось так смешно, что никто не мог удержаться от смеха.

Вот и сейчас девушка не выдержала и громко прыснула, но все равно отвернулась.

– Ничего! – громко продекламировал Андрей, – я буду читать Вашей спине, тем более она такая красивая, аж дух захватывает!

Конечно, Андрей имел в виду не совсем спину, а нечто пониже, но в плотной людской толпе прямо сказать об этом не решился. – Итак, басня называется: «Не верь рекламе, или не все то хорошо, что на БМВ!»

Однажды попугай решил поесть зерна,

Поесть не просто так, а с чувством, с расстановкой,

Поесть не торопясь, красиво, чинно, ловко,

Поесть, чтоб стать его была видна!

На пальму он взлетел, поел, спустился,

Все сделал правильно, на обе лапы приземлился,

Почистил перышки, прочистил голосок,

Подумал и упрятал голову в песок.

Ведь попугаю мало красоты —

Ему про страусов цветные снятся сны!

Ведь голова в песке – суть привилегия немногих,

А только страусов – изысканных и строгих,

Могучих птиц, что смотрят свысока

На попугаев,

Доля чья сурова, нелегка.

«Отныне страус я!

Отныне страусы – моя семья,

Отныне я не попугай совсем,

Отныне страус – говорю об этом всем!

Отныне я большой, отныне страшный,

Мой гнев смертелен, взгляд ужасный!

Пусть почитают все меня вокруг,

Особенно, коль ты мой враг, совсем не друг!»

Тут на беду тапир тупой

Бежал через саванну,

Стремился в реку он

Принять скорее ванну.

Он не заметил страуса

Размером в полтора мыша,

И растоптал его,

Оставив полумертвого, едва дыша.

Мораль – коль попугай ты,

Страусом не нужно становиться,

Ведь попугай не мене,

А, быть может, боле птица!

Чем страус, что летать не может,

А только бегает и лезет вон из кожи,

В потугах вечных и пустых стараясь доказать,

Что тоже птица он, и может он летать!

* * *

– Браво! – очередь встретила его домашнюю заготовку оглушительными аплодисментами, и даже «Маруся» соизволила вновь обернуться и одарила Андрея очаровательной улыбкой: – А ты парниша ничего, резвый! Меня, кстати, зовут Анжела! А тебя как?

– Андрей! Фамилия Орловский! Кстати, мой род один из древнейших в России, уходит корнями к самому Вещему Олегу! Знаешь такого?

– Не-а! – Анжела беспечно мотнула головой, – но, значит, ты дворянин? И большой у тебя двор, или ты так – из обнищавших?

– В самом расцвете! – Андрей гордо выпятил грудь, судорожно соображая, чем еще удивить новую знакомую, – надумаешь посетить мою виллу на Капри, милости просим!

– Знаем мы ваши кобелиные виллы! – Анжела насмешливо сложила губки лодочкой, – в лучшем случае, хрущеба на отшибе, а в худшем – вообще съемная комната или просто угол в общаге! Впрочем, мне до этого нет совершенно никакого дела! А лучше расскажи веселый анекдот!..

Очередь продвигалась вперед, и через пару минут они вместе загрузились в передний вагон поезда, следовавшего в центр. Андрей обратил внимание на новый рекламный плакат на стене: «Компания «Картон» Правило номер один: без квартиры ты кретин! Компания «Картон» – наши квартиры только для Вас!»

Плакат был огромным, метров восемь в длину, и буквы на нем были никак не менее полуметра. Вчера его еще не было, видно, за ночь успели наклеить.

– Ты до какой станции едешь? – Андрей надеялся, что его новая знакомая побудет рядом еще хотя бы минут десять. Уж больно хотелось поболтать с красивой девушкой, заретушировав унылую серость бытия.

– Скоро выходить, до «Авиамоторной»!

– А где работаешь, если не секрет?

– Не секрет! Я студентка, учусь в МЭИ на пятом курсе, а потом пойду в Мосэнерго! – в голосе Анжелы слышалась неподдельная гордость, как будто она только что вытянула счастливый жизненный билет, – у меня там папа начальником, так что и без древних феодалов – типа тебя, у меня все в шоколаде! Но если почитаешь еще стихи, я готова с тобой сегодня поужинать! Могу заодно и подружку пригласить!

– Опа! – Андрей немного опешил – вот так сразу, и крепость, казавшаяся неприступной, сдалась без единого выстрела! Что-то уж больно подозрительно, хотя, конечно, игнорировать такое заманчивое предложение глупо!

– Само собой, принцесса! Я даже сочиню специально для тебя оду к радости. А заодно и для твоей подруги, скажи только, как ее зовут!