Запах денег - Артур Кангин

2.

По дороге Федор выяснял, почему остановили именно его.

Лже-гаишник отмалчивался, а деваха вдруг брякнула:

— Такая крутая тачка ни у кого не вызовет подозрения!

— Кхм… Но почему вы в форме гаишников? Ах, да… камуфляж…

Через минуту были у банка.

Гриша и Маша, бандиты представились, весело выпрыгнули из авто.

“Уеду к чертям собачьим!” — радостно подумал Федя.

Словно прочитав его мысли, Гриша наклонился, схватил рукой за горло, с интимной сокровенностью зашептал у ухо:

— Попробуй, чувачок, только дернуться! Номер твой записал. Из-под земли достану и в землю же зарою! Просёк?

Федя захрипел в ответ.

Через четверть часа русские Бонни и Клайд вышли из парадного подъезда с мешком внушительных размеров.

— Гони в Люберцы! — сквозь зубы приказал Григорий.

Федя вдавил газ, а сам удивился, автомобиль из Люберец и его заставляют ехать туда же.

В подмосковном затрапезном городишке подъехали к пятиэтажке, соседствующей с красно-рыжей церковью.

— Обожди, Федюша, — попросила Мария и исчезла с напарником за расхлябанной дверью.

Уехать? Угроз же не было?

Но Федя решил ждать.

И не напрасно!

Маша спустилась с черным кульком, протянула Феде.

— Что здесь?

— Твоя доля!

— Что еще за доля?

— Десять косарей! Зелёных!

— Но я же не… бандит?

— А кто же?

От денег, тем более солидных, Федя никогда не мог отказаться. А банкноты, господин Буриме заглянул в кулек, были свежие, хрустящие, явно только из банка.

Федор сунул ассигнации под сиденье.

— Чао! — улыбнулась Маша и направилась к подъезду.

— Телефончик мой запиши! — неожиданно для себя предложил Федя.

— Это еще зачем? — Маша сморщила носик.

— Ну, если дела какие… Или еще чего…

— Диктуй!

3.

Вот уже три месяца вместе с удалой парочкой Федор подчищает банки.

Дизайнерскую работу, пусть и денежную, господин Буриме забросил.

Драйв не тот!

Попробуйте, хотя бы разок, обнести банк.

Мама дорогая! Столько адреналина в крови!

Доблестные сыскари Златоглавой окрестили банду — “Альфа-Ромео”.

У рецидивистов чеканный стиль.

Подъезжают на роскошной машине, из нее выходят два гаишника, за рулем остается белобрысый толстомордый мужчина в черных очках.

Через десять минут они уже герои!

Да, уголовники действовали на удивление линейно и тупо. А поймать их, как собственную тень, не удавалось.

А ведь банки предупреждали! Трудно не опознать троицу и не забить тревогу при виде огненно-красного автомобиля.

Но банкиры все ограбления упрямо прохлопывали ушами.

Всего раз сыщики легли на след разбойничьей машины. Но разве за ней угонишься? Быстра, как леопард в джунглях, “Альфа-Ромео”, подобно смертоносному миражу. растворилась в замоскворецких переулках.

Милиция стонала, а у налетчиков жизнь налаживалась.

Федя продал московскую хатенку и прикупил роскошный загородный особнячок, с фонтаном и зимним садом.

Также поступили и Гриша с Машей. Их замок с римскими колоннами стоял рядком с Фединым.

За поимку бесовской бригады московское правительство пообещало стукачам 500000 $.

Но “Альфа-Ромео”, как был, так и оставался, неуловимым Летучим Голландцем.

Столичный угрозыск связался с Интерполом. Может, они знают, кто эти отморозки.

Но западные коллеги лишь сокрушенно развели руками.

После очередного сверхудачного ограбления Гриша обнял Федора медвежьей хваткой:

— Всё, я могу сказать! Ты — наш! Браток!

Маша страстно поцеловала Федю в губы.

4.

Через полгода бандюки спросили себя — а почему только Россия?

И пошло, поехало…

Сначала матушка Европа, а потом и ковбойские штаты Америки.

Денег у ребят стало так много, что часть средств им приходилось отдавать бедным.

Робингудство, етить его!

И хоть бы разок полиция была в опасном расстоянии…

После очередного по-королевски успешного налета Гриша погладил алый бок “Альфа-Ромео”:

— Похоже, эта тачка заговоренная!

— Вспомни, кто предложил ее тормознуть, — хихикнула Маша.

— Мне моя прошла жизнь, — подытожил эмоции Федя, — видится сном. Я — дизайнер! Какая пошлость! Жизнь — это кавалерийский налет на банк.

— Золотые слова! — сверкнул платиновыми коронками Гриша.

А Маша поправила растрепавшуюся Федину шевелюру.

Надо заметить, что у троицы образовалось подобие шведской семьи.

После первого сексуального контакта с Марией Федор очень переживал, думал — Гриша убьет его.

А тот лишь похлопал его по плечу, подмигнул:

— Теперь мы вроде молочных братьев!

— Не понял! — помертвел Федя.

— Да все ты понял, чертило! — усмехнулся Гриша.

Все хорошо, только в Венесуэле у них угнали “Альфа-Ромео”.

Верно, по заказу местного наркобарона.

Троица рьяно металась в поисках обнаглевших преступников.

Напрасно!

Осиротевшие друзья без заговоренной машины продолжать грабежи опасались.

Да и венесуэльская тюрьма не таганский централ, где каждый камешек дорог.

Отчаявшись найти алую красавицу, решили возвратиться в Москву.

5.

Деньги закончились на удивление скоро.

Пришлось, скрепя. сердце, идти на дело.

На остатки “зелени” прикупили раздрызганный, неприметный “Москвичок”.

Решили брать Чертановский банк, на окраине, где попроще.

И чуть не погорели!

Менты, как волки, обложили их со всех сторон.

Одна из пуль сбила с Феди венесуэльскую кепку.

Вырвались чудом.

Прихватив лишь десяток зеленых косарей.

— Всё, ребятушки, — после дела, еле отдышавшись, сказал Федя. — Завязываю. Возвращаюсь к прежней подножной жизни.

— Прощай, браток! — Гриша ударил его по плечу.