Таежная кровь - Владимир Топилин

Дети украшают женщину лучше любых цветов. Давно известная истина. Материнство раскрывает лучшие качества любой женщины. Настоящая мать способна преодолеть все трудности, стойко перенести страдания, боль и муки ради своих детей.

Ребенок – продолжение материнской плоти. Родная кровь, способная в течение всей последующей жизни даже на расстоянии доставлять радость и боль, переживания, разочарования… На все беды своего дитя мать реагирует особо остро. Не зря говорят, что ребенок заменяет материнскую руку. Если много детей – то пальцы, и каждый при травме одинаково болит. Нет для нее разницы между сынами, дочерьми, старшими, младшими, средними, большими, маленькими, как не существует для матери понятия «любимчик». Каждого она любит по-своему. И уделяет гораздо больше внимания тому, кому в этот момент приходится тяжелее, хуже, чем другим. А потому иногда в этих случаях и делаются выводы о любимчиках.

В жизни Людмилы Матвеевны не существовало каких-то различий по отношению к детям. Два сына, Топ и Евгений – как две руки. Оба радовали и заставляли волноваться, переживать за их взлеты и падения, у обоих были свои успехи в жизни и разочарования. И оба несколько избалованы лихим отрочеством. Обыкновенные парни рабоче-крестьянского сословия, привыкшие к труду. А впоследствии, как и все их ровесники-земляки, завели свои собственное семьи. Таких, как они, – сотни, тысячи, миллионы во всей стране. Простые рядовые люди, о которых за всю жизнь не напишут в газетах, тем более в книгах. Потому что на фоне «серой массы простых смертных» их практически не видно. Никаких отклонений, и тем более – подвигов.

Единственное отличие – от отца им передалась таежная кровь, постоянное стремление к охоте и рыбалке. И, конечно, к странствиям по тайге, познанию неизвестного: что там, за горизонтом? Однако подобное обстоятельство тоже не выходит за рамки обыденности, вряд ли на кого-то произведет должное впечатление. И их жизнь оставит яркий след в истории человечества… Если только что-то случится из ряда вон выходящее, как частенько бывает в молодые годы. Да и то, поговорят неделю и забудут. Люди гораздо охотнее начнут обсуждать феномен супоросной свиньи Михрютки, породившей пятнадцать поросят…

Так как Евгений был на пять лет младше, с него и спрос меньше, и внимания – больше. Он же маленький! Младшенький! Так бывает и в других семьях. И на это обычно не обижаются.

Во времена «застоя» среднее образование было обязательным для любого человека. Учеба в средних и высших заведениях – бесплатная, было бы желание. Выбор профессии – на свое усмотрение, от конюха до инженера, и даже до космонавта, стоит только захотеть. Можно «дорасти» хоть до директора завода, если есть желание и способности. Постоянная работа. Зарплата стабильная. Тунеядство преследовались по закону. Казалось бы, что надо человеку?

В такое время Людмиле Матвеевне выпала доля материнская – растить и воспитывать своих сынов. В стабильность семидесятых-восьмидесятых годов, в ее «бархатной оттепели» росли поколения советских людей. И оба сына, при настойчивой требовательности мамы, получили средне-техническое образование. Если бы не та самая, «дурная», таежная кровь, может, сделали бы они карьеру, пошли бы дальше, выше по служебной лестнице, со временем нашли бы место себе в теплом кабинете, а не в тайге на лыжах. Но, видимо, так уж было заложено в генах или в самой судьбе молодых отпрысков…

Разбились звоном хрупкого хрусталя все надежды матушки, мечтавшей видеть сынов в галстуках при костюмах, а не с ружьем да удочкой. Как ни старалась она вывести сынов в люди, не жалея для них своих сил, времени, денег, ничего не получилось!

Да что горевать о несбывшейся мечте. Вот уж сыны семьями обзавелись, внуки народились. Опять Людмила Матвеевна окунулась с головой в дела и заботы: надо помогать молодым, растить детей. Не время думать о себе. Лучшие годы ушли, не воротишь. Вроде жизнь прожита, а вспомнить нечего. Одна работа. Да постоянное стремление к лучшему, которое, как красивый мираж. Вот он, близко: подойдешь вплотную, а он отодвигается. И так всегда, как в бесконечной гонке за призрачным счастьем. Кажется, что шагаешь вперед, а на деле стоишь на месте.

…Трудно жить в таежном поселке женщинам. Скоротечное лето не видно из-за грядок. Благоухающий восход солнца спрятан под коровьим выменем. Тихий закат согнулся за коромыслом с ведрами, наполненными водой. Знойный день прижигает мозолистые руки сенокосом. Ночью сна нет, в голове одни мысли: как бы завтра не проспать, управиться с хозяйством да не опоздать на работу. Поговорка «Крутится, как белка в колесе» подходит почти любой женщине. Некогда ей прилечь отдохнуть на часок. Спокойно посидеть и то некогда. Летом Людмила Матвеевна успокаивала себя: «Вот, наступит зима, делать будет нечего, сяду перед телевизором да буду потихонечку что-то вязать. Отдохну. Вот будет хорошо!»

Наступила зима. Выпал снег. Грабли и тяпка отдыхают в бане. В руках лопата, метла да коромысло. Надо дорожки чистить, воду носить из проруби, до которой сто, а то и двести метров. Да все в горку. И сходить надо не один раз за день. Потом сварить, постирать, печь истопить, дров принести, у коровы прибрать, в магазин за хлебом сходить. Да как можно быстрее – зимний день короткий. Да еще на работу надо успеть. За день так «накувыркаешься», что вечером, за сериалом, глаза слипаются. И что-то вязать нет настроения: руки не поднимаются. А мысли нашли новое оправдание: «Вот сейчас зима. День короткий, солнца нет. Организм ослаблен. Наступит лето – и времени будет больше, настроение улучшится, и жизнь наладится!»

В поселке одно промышленное предприятие – золотодобывающая шахта. Единственное место, где можно работать. Конечно, если не считать школы, детского сада, почты и двух магазинов. Подавляющая часть местных женщин занимает на шахте рабочие места: от обслуживающего персонала до инженерно-технических должностей. Но самая «престижная» профессия – машинист водоотлива. Несмотря на нелегкий труд под землей, попасть в шахту непросто. Существует некая очередность, связи, знакомство, блат. Может, даже и взятки. Но женщины стремятся туда, им кажется, что игра стоит свеч.

Подземный стаж работы для женщин – семь с половиной лет. Высокая зарплата, премиальные, увеличенный отпуск, отгулы, диетическое питание… Где еще можно найти такую «халявную» работу, чтобы после выработки положенного срока выйти на пенсию в сорок пять лет?!

В таком возрасте жизнь только начинается! Но так ли это? Для ответа на этот вопрос стоит заглянуть в медицинские книжки женщин, проработавших на водоотливе по десять, а то и по пятнадцать лет. Основные диагнозы у «пенсионерок» – трофическая глухота, потеря зрения, гипертония, остеохондроз, ревматизм, полиомиелит, преждевременный склероз. К такому «букетику» можно приложить еще «колкий цветочек, лепестки которого с каждым днем тускнеют». Это заболевание сердца и конечный результат – предрасположение к инфаркту. Государство не обманешь. Бесплатный сыр бывает только в мышеловке. За «блага и компенсации» женщины расплачиваются собственным здоровьем.

Машинист водоотлива. Работа несложная, но ответственная. Кажется, что такого – перебить сальники насосов солидолом, а остальное время просто следить за работой электромоторов. Есть свободное время, можно даже принести с собой вязание или книгу. Но хотелось бы посмотреть на того человека, кто сможет прочитать хоть несколько страниц романа, когда в помещении водоотлива от работающих моторов стоит высокотональный вой, шум, гул, грохот такой, что не слышно голоса человека. Примерно как в салоне летящего вертолета. Только вот полет длится два, три, пять часов. Здесь же – по восемь часов ежедневно, по скользящему графику.