Рабы «Майкрософта» - Дуглас Коупленд

К нам приехала Мишель — сестра-близнец Дасти. Она — торговый агент по продаже коллагена одной биотехнической фирмы близ Сан-Диего и похожа на располневшую, менее турбозаряженную Дасти.

Она побродила немного по «Лего»-саду, посмотрела, как мы пишем коды, и многозначительно зевнула. После дальнейших бесчисленных показательных зевков она вынула из сумочки пару видеокассет с мультиками «Симпсоны» и стала смотреть их на нашем видеомагнитофоне; один за другим мы все улетучились со своих рабочих мест и начали смотреть вместе с ней.

Майкл прибыл вместе с отцом, обнаружил нас лежащими и смеющимися, психанул и отослал всех работать, а Мишель велел собираться на калифорнийский поезд. Майкл стал настоящим Биллом!

Дасти сказала «Чао» и вернулась к налаживанию своих алгоритмов. Бедные родители Дасти: они всего лишь хотели, чтобы у них выросли две девочки, поющие народные песни и вяжущие шали, — Лесли Ван Хаутенс и Патриция Кренвинкельс. А вместо этого получили две точные копии Грейс Джонсон (только с более светлым цветом кожи), смешанные с Барби Малибу.

Новости о свидании: Сьюзан вернулась без татуировки.

Оказывается, Дасти еще и эксперт по (чему бы вы думали?) Австро-Венгерской Империи (студентка Калифорнийского университета в Санта-Круз). Вот истинная непредсказуемость! Она училась там, чтобы угодить своим ненормальным левополушарным родителям-хиппи.

— Это была ускоренная программа, на которую ушло всего два года, — говорит она. — Субъективность изучается очень быстро.

Открытие того, что Дасти хорошо осведомлена о некотором окаменелом аспекте европейской истории, было подобно открытию — ну, не знаю, — открытию того, что веселая рожица на графине с напитком «Кул-Эйд» принадлежит трансвеститу. Это так странно!

Я упомянул об этом, потому что Тодд и Дасти сегодня обедали с командой хандрящих экс-марксистов — дружков ее родителей по университету в Беркли; все они чувствуют себя заброшенными отливом истории, поют песни о свободе под пятиструнную гитару, отращивают волосы на лице. Такие вот ребята. И скорее всего там было много свечек.

Я думаю, что духовная атмосфера вызвала в Тодде ностальгию по дому и по бешено-религиозным родителям в Порт-Анджелесе. Он вернулся в офис задумчивый, затем расплакался, а потом вышел на лужайку и целый час не возвращался.

Дa, и еще сегодня я застал Итена копающимся под диванными подушками в поисках монеток. Какой конфуз!