Остров разбитых сердец - Лори Спилман

И все-таки в глубине души я чувствую себя самозванкой. Мысли то и дело возвращаются к Эмили.

В прошлом месяце, после заключения сделки, она меня поздравила: «Ты пробилась в элиту. Я всегда знала, что ты далеко пойдешь». А знала ли она, что я способна зайти слишком далеко?

Пришло письмо. Хватаю телефон, радуясь возможности отвлечься. Сердце замирает, когда я вижу знакомый адрес: «ISO_AMiracle» – «В поисках чуда». Она не писала мне больше двух месяцев. Открываю сообщение: «Поздравляю».

Всего одно слово! К глазам подступают слезы. Это выражение искренней радости или ирония? Глядя на экран, исполняюсь уверенности, что под маской «чуда» прячется Энни. Кристен обязательно прибавила бы десяток восклицательных знаков и смайликов.

А другая моя дочь чувствует правду: я продала душу ради победы в этом конкурсе. «Спасибо, – пишу я. – Жаль, что ты не рядом. Люблю тебя».

Нажав «отправить», открываю программу мероприятия, чтобы отвлечься и успокоить расшатанные нервы. Но совесть не хочет оставить меня в покое. Взгляд как будто нарочно падает на строчку: «Эмили Ланге, „Агентство Ланге“. Премия за благотворительность». Мою бывшую начальницу и соперницу будут награждать не просто за важное достижение, каковым является попадание в пятидесятку сильнейших, а за то, что действительно имеет значение: ее агентство подыскивает доступное жилье для ветеранов.

Мне не хватает воздуха. Я встаю и, не успев дойти до дверей зала, замечаю саму Эмили. Она стоит у бара, рядом с ней те, кто пришел ее поддержать. Она что-то говорит, оживленно жестикулируя. Эмили всегда была превосходной рассказчицей. Вот она подняла указательный палец: значит, приближается кульминация истории. И точно: раздается взрыв смеха. Кто-то берет Эмили за руку, кто-то дотрагивается до ее плеча. Высокий мужчина, видимо муж, обнимает ее. Сколько прикосновений, сколько любви в этом кружке!

– Вот где наша героиня!

Я оборачиваюсь: ко мне идет Картер с женой Ребеккой, у обоих в руках бокалы мартини.

– Ребекка, вы прекрасно выглядите, – говорю я.

– А то! – отвечает Картер, хватая ее за задницу (меня сейчас стошнит).

За этой парочкой я вижу Эллисон в коротком серебристом платье. С ней приятные на вид мужчина и женщина (очевидно, родители) и молодой человек. Слегка обнимаю ее:

– Если бы не твоя помощь, я бы сегодня сюда не попала.

– Спасибо, – говорит она, не заботясь о том, чтобы представить меня своим гостям. – Может, сядем за наш столик?

Подвожу их к своему столу, тридцать третьему, надеясь, что теперь мне будет за ним более комфортно. Ведь я уже не одна. Нас восемь, но одно место, рядом со мной, все равно пустует, и этот незанятый стул действует на меня, как тревожный маяк. Чтобы найти ему хоть какое-то применение, кладу на него свой клатч. Примерно так же я заполняю лакуны в своей жизни.

Лиза Флетчер, избранная в этом году президентом ассоциации, выходит на сцену и, постучав по микрофону, приветствует собравшихся. Все, аплодируя, рассаживаются. Через столик я слышу, как Картер говорит маме Эллисон:

– Ваша дочь понимает: в «Агентстве Локвуда» вопросу «Как?» большого значения не придают; главное, чтобы продажи были.

Смотрю на своего начальника, и мне вдруг все становится ясно. Взяв клатч, я встаю, подхожу к Картеру и шепотом говорю ему:

– Я пойду. С меня достаточно.

И выскальзываю из зала.