Высокие Горы Португалии - Янн Мартел

Одо вторит ему благодарным визгом. В конце концов, после того как Питер обменивается рукопожатием со всеми и с каждым, селяне уходят, искоса поглядывая на крышу дома.

А Одо знай себе посиживает в расслабленной позе – Питер ее уже хорошо знает, – враскорячку, локти на коленях, кисти рук болтаются между ног, голова опущена и как бы торчит из плеч. Когда селяне уходят, а бесконечно довольная обезьяна, как видно, и не думает покидать насиженное место, Питер отправляется за машиной.

– Скоро вернусь! – кричит он, обращаясь к Одо.

По возвращении он достает из машины весь их нехитрый скарб. И решает приготовить на походном оборудовании ранний ужин, для чего ему требуется ведро, с которым он спускается в деревню за водой – к фонтанчику.

Чуть погодя он снова окликает обезьяну. Но Одо не откликается – и он подходит к окну. И тут показывается шимпанзе, свисающий с крыши головой вниз. Прижимаясь к наружной стене дома, Одо спускается вниз.

– Ужин готов, – говорит Питер, показывая Одо кастрюльку с вареными яйцами и картошкой.

Они перекусывают в задумчивом молчании. Вслед за тем Одо снова бросается на крышу.

Глянув с подозрением на старенький матрац, Питер разворачивает на столе в гостиной походный коврик и спальный мешок.

Теперь ему совсем нечего делать. Спустя три недели – целая вечность! – нескончаемой суеты он вдруг оказывается в положении, когда ему совсем-совсем нечего делать. Длинное-длинное предложение, состоящие из непоколебимых существительных, с бесконечным множеством придаточных, нескончаемой чередой прилагательных и наречий, скрепленных прочными союзами, придающими предложению новое направление – не считая непредвиденных вставок, – наконец совершенно спокойно доходит до точки – своего логического завершения. Сидя битый час, или около того, снаружи, на верхней лестничной площадке, и потягивая кофе, Питер, усталый, с некоторым облегчением, хотя и не без тревоги, осмысливает эту конечную точку. А куда заведет его следующее предложение?..

Он забирается в расстеленный на столе спальник. Одо, пока не стемнело, сидит там же – на крыше, а потом возвращается прежним путем – через окно: его силуэт отчетливо просматривается в лунном свете. Он радостно погукивает, обнаружив, что матрац в спальне предоставлен в его полное распоряжение. Вскоре в доме наступает тишина. Питер засыпает, представляя себе, что Клара лежит рядом. «Какая жалость, что ты далеко, – шепчет он, как бы обращаясь к ней. – Думаю, тебе бы здесь понравилось. Правда, мы так счастливо зажили бы с тобой среди всей этой зелени и цветов. Я люблю тебя. Спокойной ночи!»

Утром у дома объявляется целая делегация – завтрашняя бригада работников во главе с доной Амелией. Вооруженные ведрами, швабрами и тряпками, молотками и гаечными ключами, а также бесповоротной решимостью, они пришли все отремонтировать и привести в порядок. Работники не мешкая принимаются за дело; Питер вызывается им помочь, но они качают головами, давая ему от ворот поворот.

И он с Одо отправляется на прогулку. На них обращены взгляды всех и каждого – людей и животных. Впрочем, никакой враждебности в этих взглядах нет – они выражают единодушное приветствие. Питер снова любуется огородами. Репа, картофель, кабачки, тыква, помидоры, лук репчатый, капуста обыкновенная, цветная и кормовая, свекла, салат-латук, лук-порей, сладкий перец, зеленая фасоль, морковь, маленькие делянки ржи и кукурузы – целое сельскохозяйственное производство, хотя и на дому. В одном огороде обезьяна срывает пучок салата и тут же уминает его. Питер хлопает в ладоши – подзывает Одо. Обезьяне хочется есть. Ему тоже.

Они останавливаются возле деревенского кафе. На открытой террасе – ни души. Он не осмеливается зайти внутрь – но какова гарантия, что его обслужат снаружи? Он заглядывает в словарь, потом неспешно приближается к столику. Из-за стойки выходит мужичок – взгляд удивленный и настороженный, хотя лицо добродушное.

– Como posso servi-lo?^[72] – спрашивает он.

– Dois sanduíches de queijo por favor, у um café com leite^[73], – выговаривает Питер.

– Claro que sim, imediatamente^[74], – отвечает мужичок.

Двигаясь с опаской, он протирает ближайший к ним столик, и Питер воспринимает это как приглашение.

– Muito obrigado^[75], – говорит он.

– Ao seu serviço^[76], – отвечает мужичок и возвращается в кафе.

Питер присаживается. Он думает, что Одо примостится рядышком на земле, но обезьяна не сводит глаз с его металлического стула. Одо забирается на соседний. Взирая теперь на землю сверху, обезьяна принимается раскачивать стул и хлопать в ладоши: она словно проверяет странное приспособление на прочность. Питер бросает взгляд внутрь кафе. Сидящие там посетители смотрят на них во все глаза. Снаружи собрались зеваки – они обступили их широким кольцом и тоже смотрят.

– Спокойно, спокойно, – нашептывает он Одо.

Он наклоняется ближе к Одо и показывает жестами, что собирается его обыскивать. Но обезьяна, похоже, совершенно спокойна – ни капельки не нервничает. Напротив, судя по радостному выражению мордахи, на которой угадывается и живое любопытство, шимпанзе пребывает в самом благодушном настроении. И если кому здесь и нужно взаимное обыскивание, так это толпе, с позволения сказать, зевак.

– Olá, bom dia!^[77] – кричит Питер.

Ему вторят ответные приветствия.

– De onde o senhor é?^[78] – спрашивает какой-то мужичонка.

– Из Канады, – отвечает Питер.

Одобрительные шепоты. В Канаде полно португальских переселенцев. Это хорошая страна.

– E o que está a fazer com um macaco? – спрашивает какая-то кумушка.

А что он здесь делает с обезьяной? На этот вопрос у него нет ответа – ни на английском, ни на португальском.

– Eu vive com ele, – просто отвечает он.

Я живу вместе с ней. Вот и все, что он может сказать.

А вот и их заказ. С проворством тореадора подавальщик ставит на стол, подальше от Одо, кофе и две тарелки.

Обезьяна громко гукает, тянется через весь стол, заграбастывает бутерброды с сыром и в мгновение ока уписывает оба, на потеху деревенской публике. Питер широко улыбается. И смотрит на подавальщика.