Дети стадной эпохи - Лю Чжэньюнь

В том ресторане у реки, где был заказан «китайский самовар», с ними ужинали еще две девушки. Ню Сяоли помнила, что одну из них звали Ван Цзинхун, а другую — Ли Байцинь. Увидав застройщика Фу, девушки стали подшучивать над его внешностью, но поскольку директор немного заикался, едва он собирался отпустить шуточку в их сторону, как девушки уже произносили очередную колкость. Застройщик Фу лишь отражал удары, не успевая на них отвечать, поэтому, глядя на этого добродушного бедолагу, Ню Сяоли и подумать не могла, что тот окажется таким опасным человеком и тайно будет снимать ее на камеру. Как Ню Сяоли сможет жить дальше, если это видео вдруг распространят?

— Зачем этот Фу снимал меня? — спросила Ню Сяоли.

— Вы тут ни при чем, — ответила средних лет женщина-полицейский.

— Тогда зачем?

— Затем, чтобы шантажировать ваших клиентов.

— Зачем их шантажировать?

— Все они — влиятельные люди, а поскольку застройщик Фу связан с ними деньгами и властью, он решил подстраховаться на тот случай, если их отношения испортятся.

Теперь Ню Сяоли все поняла. Она не знала, будет ли застройщик Фу когда-нибудь угрожать кому-то из ее клиентов, но сейчас это угрожало ей лично. Не зная, плакать ей или смеяться, Ню Сяоли спросила:

— Но меня-то их распри не касаются, зачем вам понадобилась я?

Женщина-полицейский, холодно усмехнувшись, ответила:

— Тут не все так просто.

— В каком смысле?

— Целью этих съемок была угроза, а как называются преступления с целью угрозы? Шантаж и вымогательство. Поскольку вы были задействованы в этих непристойных съемках, то являетесь соучастницей, поэтому обвиняетесь в шантаже и вымогательстве.

Ню Сяоли, которая снова вспомнила про Ван Цзинхун и Ли Байцинь, спросила:

— У этого Фу были еще и другие девушки, которые оказывали подобные услуги, их тоже обвинили в шантаже и вымогательстве?

Женщина-полицейский покачала головой.

— Они всего лишь обычные проститутки, да, они нарушили закон, но не совершили уголовного преступления.

— Но почему? — удивилась Ню Сяоли.

— Потому что их не снимали на видео.

— Но почему снимали только меня? — обиженно спросила Ню Сяоли.

— Потому что вы встречались с чиновниками и даже с губернатором.

Ню Сяоли остолбенела. Когда она спала со своими клиентами, то видела лишь то, что они отличаются друг от друга. Среди ее партнеров были высокие и низкие, худые и толстые. Длительность занятий сексом и позы тоже отличались: ее брали и спереди, и сзади, и лежа, и стоя. Ей также было известно, что все они обладают властью и могуществом. Но кто бы мог подумать, что они являлись чиновникам, среди которых был даже сам губернатор!

— Помимо губернатора, — продолжала следователь, — у вас были два мэра, несколько директоров банков, начальник уездного дорожного управления. Всех их задержали по «двойному указанию» дисциплинарные комиссии. Если вы будете активно помогать в расследовании, то вам смягчат наказание.

Ню Сяоли в полном недоумении спросила:

— Я этому Фу не сделала ничего плохого, почему же он определил всех этих клиентов именно ко мне?

Женщина-полицейский вдруг улыбнулась:

— Наверное, потому, что ты красивее других и чем-то похожа на иностранку.

Ню Сяоли опешила. Средних лет женщина-полицейский спросила:

— Вы поможете следствию?

В ответ Ню Сяоли сказала:

— У меня есть еще один вопрос.

— Какой?

— В прошлом году я жила здесь под именем Сун Цайся, как же вам удалось найти меня?

— Где именно вы жили тогда?

— В отеле.

— Кто жил вместе с вами?

— Су Шуан.

— А что необходимо предъявить, чтобы зарегистрироваться в отеле?

Ню Сяоли тут же все поняла: ее подвело удостоверение личности. Что до Су Шуан, то ее задержали раньше. Тут женщина-полицейский спросила:

— Это правда, что Су Шуан просила вас каждый раз выдавать себя за девственницу?

Ню Сяоли кивнула. Тогда следователь задала следующий вопрос:

— Вы девственница?

Ню Сяоли отрицательно покачала головой.

— Строго говоря, это тоже шантаж, — прокомментировала женщина-полицейский.

С этими словами она повернула экран компьютера к себе, постучала по клавишам, после чего снова развернула его к Ню Сяоли. На этот раз на экране было фото какого-то мужчины пятидесяти с лишним лет. У него была белая холеная кожа, зачесанные назад волосы и очки в золотой оправе. Ню Сяоли узнала в нем одного из своих клиентов, с которыми она встречалась в доме под номером 2/18. Показывая на фото, следователь спросила:

— О чем он с вами разговаривал?

Ню Сяоли помнила лишь то, что все их разговоры проходили в постели, но содержание этих разговоров спустя год вспоминалось смутно. Она лишь помнила, что плела ему небылицы, которым он полностью поверил, а что именно говорил ей он, Ню Сяоли совершенно забыла. Она долго пыталась вспомнить хоть что-нибудь, пока наконец не выпалила одно слово: «Любимая». Средних лет женщина-полицейский застыла на месте.

Приложение 1

В начале сентября прошлого года на всех крупных интернет-сайтах страны главной новостью стало то, что из-за одной женщины одномоментно слетели с постов двенадцать чиновников из провинции N и провинции М. Эти двенадцать чиновников спали с одной и той же женщиной, которая представлялась Сун Цайся, а на самом деле ее звали Ню Сяоли. Поскольку, встречаясь со своими клиентами, Ню Сяоли называла себя Сун Цайся, в конце концов все привыкли называть ее именно так. Вторая новость гласила, что среди ее клиентов оказался губернатор провинции М Ли Аньбан. Два этих обстоятельства, смешавшись, превратились в ядерную смесь, которая своим взрывом сотрясла весь Китай. Очень быстро три слога «Сун Цайся» завоевали весь интернет и спустя три дня после публикации затмили новость о пекинском форуме с участием тридцати с лишним глав государств. Под новостными статьями про Сун Цайся насчитывалось свыше миллиона комментариев, в которых одни ругали проституток, вторые — продажных чиновников, третьи — распущенность современного общества; но были и такие, кто прославлял Сун Цайся. Среди последних стал очень популярен «Гимн Сун Цайся»^[40]:

Ты пришла из постели,

В весенних приливах твой дар.

Ты несешься к продажным чинушам,

Давая свободу их брючным ремням.

Твоим сладчайшим молоком