Место для нас - Хэрриет Эванс

Флоренс искоса глянула на нее, но промолчала.

– А кто тебе дал право говорить от имени семьи? – вопросил Билл.

– Брось, Билл, – вздохнула Карен, устало отмахнувшись от мужа. Правой рукой она вертела на безымянном пальце левой руки обручальное и помолвочное кольца.

– Уходи, – внезапно заявил Билл. – Ты вообще не должна тут находиться.

Карен ошеломленно посмотрела на него.

– Правда, Билл? Мне уйти?

– Послушайте, – вмешалась Марта, – не сейчас.

– Папа. – Люси предостерегающе подняла руку. – Не сейчас, папа. Если ты собираешься…

Билл повернул голову к дочери.

– Не бойся, Люси, моя милая.

– Папа, пожалуйста, не надо…

– Люси! – Билл сменил тон. – Это не твое дело.

– Нет, мое! – крикнула Люси надтреснутым голосом. – Все это мои дела, и все это касается всех нас.

– Нет, – слабым голосом вмешался в их перепалку Дэвид. – Нам нельзя ссориться. Мы семья, черт побери. Ради чего я делал все это? Ради нашей семьи.

Карен встала, Билл повернулся к ней и схватил ее за руку.

– Я только одного всегда хотел: сделать тебя счастливой, создать с тобой дом, наш дом вдали от тревог. А ты что сделала? Зачем ты здесь?

– Ты прав, мне не стоило приходить, – сказала Карен. – Мне всегда тут было не место. Очень жаль – потому что я думала, что смогу… Ты прав. – С каждым словом она говорила все громче и не замечала тех, кто стоял на пороге. – Вы так боитесь быть честными друг с другом, хоть раз сказать правду, открыто поговорить о том, что происходит, – и вот куда вас это привело!

– Чертова лицемерка! – заорал Билл.

Марта в ужасе смотрела на сына. Его лицо было искажено диким гневом.

– Она беременна, представляете? Три месяца беременности! И да будет вам известно, отец не я! – Он указал назад, в сторону дверного проема. – Отец – вот этот идиот, Джо! Он отец, о господи, а я, видите ли, тот, кто не был честен!

Карен прижала руку к шее.

– Билл, я же вчера сказала тебе. Ребенок, может быть, от него, а может быть, и нет. У нас несколько лет ничего не получалось… – Она покачала головой. – Давай не будем.

– Почему же? – Билл вытянулся во весь рост и сжал дрожащие губы.

– Папа, прекрати, – сказала Люси. – Не надо!

– Я не могла с тобой поговорить. – В глазах Карен заблестели слезы. – Четыре года вместе – и ничего. Я думала, дело во мне, ведь у тебя есть ребенок. А поговорить с тобой я не могла.

– Ну уж нет! – воскликнул Билл. – Могла!

– Не могла, Билл. Я пыталась… ты знаешь, что я пыталась. Ты для всего находишь время, дорогой. Только не для меня. – Слова давались с трудом. – Единственный раз, когда я не… я посмела… Единственный раз, когда мы не… Все перепуталось. Я…

Карен закрыла лицо руками и стала беззвучно рыдать.

– Мам, я досмотрел мультик, – донесся тоненький голосок. – И мне тут больше не нравится. Я хочу домой.

На пороге стояли Люк и Джо.

Карен резко дернулась, опрокинув на пол стул, и вышла мимо Люка и Джо, словно их не замечая.

– Карен, – обернувшись, тихо произнес Джо. – Куда ты? Карен?

Он бережно подтолкнул Люка к матери. Кэт крепко обняла мальчика и пристально посмотрела на Джо.

– Ступай за ней, – сказала она.

Джо кивнул и вышел из комнаты. Через несколько секунд все услышали, как хлопнула входная дверь.

Марта проговорила:

– Ваши расходы я, разумеется, компенсирую.

– Не говори глупостей! – Флоренс встала и подошла к матери. – Ох, ма, ты такая храбрая. Сколько тебе потребовалось мужества, чтобы рассказать нам все! Я не знаю…. Не знаю, почему она была такой.

Марта пристально посмотрела на дочь и прижала ладони к щекам.

– Фло. О, Флоренс, милая, ты… – Она сильно побледнела, глаза неестественно расширились. – Я тоже не знаю почему, детка. Таковы семьи. Я должна была рассказать, ты ведь понимаешь, правда?

Билл подошел и встал рядом с Флоренс.

– Фло права. – Он поцеловал макушку матери. – Прости, мама. Мне очень жаль.

– Я только хотела, чтобы все раскрылось. Мне хотелось… чтобы мы вновь стали счастливы. – Она повернула голову и вдруг закричала: – Дэвид! Дэвид!!!

Люси посмотрела на деда и ахнула. Голова Дэвида упала на грудь, рот раскрылся.

– О нет, нет. Нет! – Билл бросился к отцу и упал возле него на колени. Распустил галстук на его шее, похлопал по щекам. – Люси, вызови неотложку!

Люси выбежала из столовой.

Марта с трудом поднялась со стула и подошла к мужу.

– Срочно! – гаркнул Билл вслед дочери, держа голову отца двумя руками. – Скажи, что срочно! – Он повернулся к Кэт и кивком указал на Люка. – Уведи его отсюда.

Кэт вышла. Остальные переглядывались, не скрывая охватившей их паники. Тусклое послеполуденное солнце озаряло душную комнату.

– Помоги мне, – попросил Билл, глянув на Флоренс.

Они вдвоем осторожно приподняли отца и уложили на старенький, потертый ковер.

Лицо Дэвида стало землистым, губы скривились, словно в жуткой усмешке. Он с трудом прохрипел:

– Шляпа Вайолет.

– Что он говорит? – Марта подошла ближе.

– Вайолет. Похороните меня с моей старой шляпой.

– Что? – Флоренс сидела рядом с отцом на полу и прижимала к себе его голову. – Какая шляпа? Та, что висит у тебя на двери? Конечно, папа, милый, но что за глупости. – Она сглотнула слезы и с трудом выдавила: – Ты поправишься.

Дэвид приподнял руку, пытаясь коснуться Флоренс, однако был слишком слаб.

– Ты моя девочка, – прохрипел он. – Я так горжусь тобой, Фло. – И обмяк.

Флоренс нежно держала голову отца и что-то в отчаянии шептала ему.

Пять минут спустя Дэвид умер. Марта, стоявшая на коленях рядом с мужем, краем глаза заметила движение за окном: по саду шла Кэт за руку с Люком.

Послышался вой автомобильной сирены. Все переглянулись и, словно по команде, посмотрели на Марту.

Им нужно было, чтобы всем руководила она. Да, она могла всем руководить.

– Он устал, – сказала Марта очень спокойно. – Он отдыхает. Не впускайте их. Не надо пока. Все будет хорошо. Просто ему нужно еще немного времени.

В наставшей тишине она чувствовала на себе все взгляды. А потом раздался стук дверного молотка, оглушительно резко прозвучавший в притихшем доме.