О чем весь город говорит - Фэнни Флэгг

– Кто такая?

– Президент национального «Клуба американских садоводов», вот кто.

– Да ее никто не знает, – возразила Герта.

– Я знаю.

Вдруг вмешалась миссис Белл:

– Кейт Смит.

– Кто это? – спросила молодая женщина.

– Певичка. Такая пышнотелая, выступала по радио, был у нее один шлягер… – пояснила Элнер и во весь голос пропела: – Ла-ла-ла… когда луна взойдет над горою…

– Слыхом не слыхивала, – пожала плечами женщина.

– Предлагаю Сэлли Райд, первую американскую женщину-астронавта, – сказала Ада Гуднайт.

– Хорошая кандидатура, – одобрила Тотт.

– Минни Перл, – сказала Вербена.

– Кто? – не поняла Бёрди.

– Комедиантка из шоу «Гранд ол опри», всегда появлялась в потешной шляпке.

– Что вы скажете о писательнице Луизе Мэй Олкотт? – спросила Катрина.

– Прекрасный выбор, – поддержала ее Руби.

– Надо же, как забавно, – сказала Элнер. – В наше время Кейт Смит была звездой, а сейчас ее не знает никто, кому меньше семидесяти.

Неожиданно в разговор вступила юная Тиффани Энн, не вовремя отправившая эсэмэску:

– А чё-то никто типа даже не вспомнит Леди Гагу.

– Кого? – хором спросило кладбище.

– Да вы чё… ее типа весь мир знает… Вы чё, типа с приветом?

Беседа вышла чрезвычайно увлекательной, и Люсиль Бимер, всегда любившая хорошую дискуссию, решила на следующей неделе предложить новую тему: «Стоит ли надрываться ради славы?»

Никто еще не знал, что нынешний диспут по четвергам станет последним. В очередной день рождения Люсиль Бимер, отмечавшей сто двадцать девятую годовщину, друзья и многочисленные бывшие ученики решили преподнести ей сюрприз – всем вместе спеть «С днем рожденья тебя!»

Утром трио сестер Гуднайт пропело начальные строки здравицы, а затем ее подхватило все кладбище:

– С днем рожденья, мисс Бимер! С днем рожденья тебя!

По окончании песни раздались веселые крики:

– Спич! Спич!

Все смолкли, ожидая речи именинницы. Прошла минута, другая.

– Люсиль, вы здесь? – окликнула Руби.

Никто не ответил. Люсиль Бимер исчезла.

Лишь через несколько недель на кладбище обнаружили, что молчун Густав Тилдхолм тоже исчез.