Правдолюбцы - Зои Хеллер

Налив себе кофе из кофейника, томившегося на плите, Одри вышла в сад. Ночью прошел дождь, и теплые шлепанцы Одри оставляли глубокие следы на размякшей земле. Изо рта у нее вырывались облачка пара с запахом кофе. На звук хлопнувшей двери Джин, переместившаяся к клумбам у сарая, порывисто обернулась:

— При-ивет, дорогая! Хорошо спала?

— Как убитая. Где Ленни?

— Уехал на собрание в Дойлстаун.

— Опять? Он же был там вчера вечером.

— Собрания дважды в день, утром и вечером. Ленни еще ни одного не пропустил.

— И как же он туда добирается?

— Обычно я его вожу. А сегодня он поехал с приятелем из АН.

Одри с легким отвращением смотрела, как Джин выдергивает из земли жирного розового червя и откладывает в сторонку.

— Я заглянула в его комнату. Там так чисто. Ты за ним прибираешь?

— Нет, нет, он сам наводит порядок.

— Черт подери, у меня дома он даже одежду с пола не подбирал. Похоже, ты справляешься с ним лучше, чем я. — Одри сделала паузу, ожидая, что Джин оспорит это заявление, но та лишь пожала плечами, продолжая копаться в клумбе.

Одри побрела по лужайке к пруду. Поверхность пруда устилали водяные лилии, а под их листьями с кружевными краями в мутноватой от водорослей воде сновали золотые рыбки. Одри улыбнулась, припомнив вдруг, как много лет назад зимним вечером Джоел нырнул голышом в этот пруд. То ли он проиграл купание в фанты, то ли его потянуло на подвиги — подробности подзабылись. Одри с Джин и Максом остались в доме, наблюдая за Джоелом из окна. Стремглав пробежав по саду, он плюхнулся в ледяную воду, — и от его воплей птицы на холме с клекотом взмыли в воздух. Позже, в постели, Одри обнаружила веточку водоросли, прилипшую к его лобковым волосам. Джоел не позволял природе запугать его. Он наполнял ее жутковатую тишину собственной энергией и шумом, преображая зеленые угодья в еще одни аванпост королевства Джоела.

— Правда, сад сегодня выглядит чудесно? — спросила Джин. — Обожаю осень, все это прекрасное увядание. Но все-таки жаль, что ты не приезжала летом. Какие тут были светлячки!

— Да? — равнодушно отозвалась Одри.

— Сад прямо-таки кишел ими. Они устраивали настоящее световое шоу…

Одри озиралась, задаваясь вопросом: когда Джин прекратит болтовню о природе.

— А там что? — За сараем Одри углядела свежепобеленную беседку. — Этого раньше не было.

— Беседка всегда была, просто ее немного подремонтировали. Там мой творческий уголок.

Сдерживая смех, Одри попыталась заглянуть подруге в лицо:

— Твой — что?

— Я там пишу: веду дневник, сочиняю стихи и прочее. Больше я нигде не могу сосредоточиться.

Одри улыбнулась: Джин иногда бывает очень странной женщиной.

— Послушай-ка, — сказала Джин, — мне нужно посадить сотню луковиц. Не поможешь?

— Вряд ли. Я ничего не смыслю в садоводстве…

— Ерунда. Сажать луковицы — невелико искусство.

Я тебя научу.

— Нет уж, спасибо. — Одри прошла к крыльцу и, опустившись на ступеньку, принялась скручивать косяк.

— Я вот о чем подумала, — фонтанировала идеями Джин. — Зачем тебе уезжать завтра вечером? Ленни не рвется в город. Поживи здесь несколько дней, восстанови силы.

— Нет, — мгновенно ответила Одри, — надо ехать. Не могу оставлять Джоела на столь долгий срок.

— Но ведь девочки с ним. Неужто на них нельзя положиться?

— Они не умеют ухаживать за ним так, как я. Не знают, как вести себя с врачами. Я должна быть там.

— А как девочки себя чувствуют? — Джин копала, не прерываясь.

— Как и следовало ожидать. Карла ходит с таким видом, будто ей только что сказали, что Санта-Клауса не существует. А Роза непрерывно злится и клеймит всех позором.

— Что ж, думаю, она переживает за тебя, Одри. Дети всегда становятся на сторону пострадавшего родителя…

Закурив, Одри нетерпеливо выпустила дым.

— Чушь собачья. Если Роза и переживает, то не из-за меня. Я тут ни при чем. Это она чувствует себя преданной и безмерно разочарованной, потому что ее отец оказался не бесполым архангелом, каким она его воображала… — Она умолкла, завидев Ленни, шагавшего по подъездной дорожке. — Привет, детка! — крикнула Одри. — А где же твой приятель с машиной? Неужто ты всю дорогу топал пешком?

— Не-е. Я вылез из машины у поворота к дому.

С тех пор как Одри видела его в последний раз, Ленни загорел и поправился.

— Ух, какой красавчик! — промурлыкала Одри. — Ну, иди же, — она протянула руки, — иди сюда и обними свою старую мамочку.

На пути к крыльцу Ленни вдруг резко остановился — он заметил косяк.

— Было бы здорово, если б при мне ты этого не делала.

Одри глянула на косяк, потом на сына:

— Что?.. Ах, ты об этом… Конечно!

Ленни дождался, пока она затушит сигарету о подошву тапка и спрячет бычок в карман, лишь затем он приблизился и обнял мать.

— Как ты, милый? — шепнула ему на ухо Одри.

— Хорошо. — Ленни отстранился. — Правда хорошо.

Агрессивность в его тоне слегка насторожила Одри.

— Я рада. — Она пошарила по карманам. — У тебя не найдется курева?

— Нет. Я стараюсь курить поменьше. Только по вечерам позволяю себе пару затяжек.

— О-о-о, разве ты не молодец!

— Ну, как могу забочусь о себе, правильно питаюсь и все такое.

— Он почти каждое утро бегает, верно, Ленни? — сказала Джин.

— Боже, — рассмеялась Одри, — не могу представить моего Лена на утренней пробежке.

— Все дело в эндорфинах, — с серьезным видом объяснил Ленни. — Они классно поднимают настроение. Бегать мне посоветовал Дейв… ну, мой поручитель.

— Вот как.

— Ага. Дейв — классный парень, лучшего поручителя у меня еще не было. Он мне спуску не дает, и лапши ему на уши не навесишь.

— Приятно слышать.

— Вообще-то он собирался зайти к нам сегодня, если ты не против.

— Разумеется, нет.

— Просто поболтать, выпить кофе. Он хочет с тобой познакомиться.

— Отлично. — Одри была несколько озадачена развитием событий. — Как скажешь.

— Ладно! — Ленни решительно хлопнул себя по бедрам. — Пойду переоденусь. Надо кое-что сделать для Джин.

— Сделать?

— Я шкурил мебель в столовой. Теперь нужно покрыть ее лаком.

— Нет, так не годится. Задержись хотя бы на пять минут, давай поговорим. Здесь ведь не долбаный трудовой лагерь, а, Джин?