Руби - Вирджиния Клео Эндрюс

– А как насчет рыбной ловли и охоты? – осведомилась Жизель со столь же откровенным сарказмом.

– Конечно, мне приходилось ловить рыбу и устриц, – кивнула я. – А вот охотиться у меня желания не возникало. Не представляю, как можно выстрелить в птицу или оленя. Я даже не могла смотреть, как охотятся на аллигаторов.

– Значит, ты ловила рыбу и устриц? – покачала головой Жизель. – Позвольте вам представить мою сестру, рыбачку.

– А когда ты узнала, что тебя похитили сразу после рождения? – спросил Бо.

– Бабушка Кэтрин рассказала мне об этом перед самой смертью.

– Ты имеешь в виду женщину, которую считала бабушкой, – уточнила Жизель.

– Да. Так или иначе, она меня вырастила, и мне трудно называть ее по-другому, – пояснила я, обращаясь в первую очередь к Бо.

Он понимающе кивнул:

– А ты никогда не спрашивала, где твои родители?

– Конечно спрашивала. Мне говорили, что мама умерла сразу после моего рождения, а отец скрылся в неизвестном направлении.

– Значит, ты жила с бабушкой и дедушкой?

– Только с бабушкой. Мой дедушка – рыболов и охотник. Он жил в хижине на болоте, отдельно от нас.

– И только перед смертью бабушка открыла тебе правду? – спросил Бо.

Я кивнула.

– Эти люди поступили с тобой очень подло, – заявила Жизель и выжидающе посмотрела на меня.

– Да, – согласилась я.

– Как хорошо, что твоя бабушка не унесла тайну с собой в могилу! – сказал Бо. – Все-таки она поступила благородно!

Жизель недовольно прикусила губу.

– По-моему, люди, среди которых ей пришлось жить, хуже диких зверей! – процедила она. – Звери, по крайней мере, не похищают чужих детей! Клодин Монтегью рассказывала мне, какие скоты эти каджуны! Семьи теснятся в одной комнате, спят вповалку. Переспать с собственным братом или сестрой для них все равно что яблоко украсть!

– Это неправда! – горячо возразила я.

– Клодин врать не будет, – стояла на своем Жизель.

– В нашей бухте, как и в любом другом месте, случается всякое. Наверное, твоя Клодин слышала о каком-то мерзком событии. Но это не значит, что все каджуны занимаются подобными вещами. Я никогда не сталкивалась… со всякими ужасами!

– Тебе повезло, – бросила Жизель.

– При чем тут везение…

– Так или иначе, твои разлюбезные каджуны купили похищенного младенца! – перебила Жизель. – Разве это не ужас?

Взгляд мой столкнулся с пристальным взглядом Бо. Он ждал моего ответа. Но что я могла сказать? Правда находилась под запретом. Ложь держала меня в своих сетях.

– Ужас, конечно, – прошептала я и, опустив глаза, уставилась на собственные переплетенные пальцы.

Жизель с довольным видом откинулась на спинку шезлонга. Несколько минут все мы молчали. Тишину нарушил Бо:

– В ближайший понедельник вы обе будете настоящими школьными знаменитостями.

– Боюсь, что так, – кивнула я. – Честно говоря, мне жутко не по себе.

– Не волнуйся. Утром я отвезу вас обеих в школу. И весь день буду рядом, – пообещал Бо. – Скоро все удовлетворят свое любопытство, и ты очень быстро освоишься.

– Сомневаюсь, – ухмыльнулась Жизель. – Если в школе узнают, что она пятнадцать лет жила среди каджунов, ловила рыбу, стряпала и торговала у дороги собственными поделками, на нее долго будут пялиться как на диковину!

– Не слушай ее, – махнул рукой Бо.

– Ее поднимут на смех! – не унималась Жизель. – Разумеется, я не встану на ее защиту!

– Если так, то защищать ее буду я! – заявил Бо.

– Я не нуждаюсь в опеке! – вставила наконец я. – И не хочу никому быть в тягость!

– Ты нам не в тягость, – заверил Бо. – Правда, Жизель?

Она медлила с ответом.

– Правда, Жизель? – настаивал Бо.

– Правда, правда, – бросила она. – И хватит об этом. Надоело!

– Тем более мне пора идти, – сказал Бо. – Уже поздно. Ну как, наши планы на вечер остаются в силе? – обратился он к Жизели.

Она молчала.

– Жизель?

– А ты приведешь Мартина? – резко спросила она.

Бо бросил взгляд в мою сторону и снова уставился на нее:

– Ты уверена, что это нужно? Я думал…

– Уверена! – перебила Жизель. – Руби, ты ведь хочешь познакомиться с другом Бо? Да, кстати, ты ничего не рассказала об ухажерах. Я уверена, у себя на болоте ты не только ловила рыбу, потрошила аллигаторов и рисовала портреты птичек, но и встречалась с молодыми людьми.

– Да, – выдавила я и посмотрела на Бо.

Вид у него был растерянный и смущенный.

– Так что, Бо, никаких проблем не будет, – изрекла Жизель. – Она с удовольствием познакомится с Мартином.

– А кто он такой, этот Мартин?

– Самый симпатичный из всех друзей Бо. Девчонки от него без ума. Тебе понравится, не сомневайся. Да, Бо?

Бо молча пожал плечами.

– Понравится, понравится, – стояла на своем Жизель. – Ждем тебя в девять тридцать, Бо. Не опаздывай! – распорядилась она.

– Будет сделано, командир! – отрапортовал он. – А у вас на болотах есть командиры? – повернулся он ко мне.

– Конечно, – усмехнулась я. – На болотах командуют аллигаторы.

Бо так и покатился со смеху.

– Не смешно! – обиженно процедила Жизель.

– До свидания, милое создание! – пропел Бо и ушел, подмигнув мне на прощание.

– Прости, пожалуйста, – пробормотала я, когда мы остались наедине с Жизель. – Мне вовсе не хотелось говорить колкости.

Несколько секунд она смотрела на меня, сердито сдвинув брови, потом губы ее тронула едва заметная улыбка.

– Будь осторожнее с Бо, – предупредила она. – Он обожает дразнить людей.

– Мне показалось, он милый.

– Избалованный мальчишка из богатой семьи, и ничего больше. Но мне с ним весело… пока.

– Что значит «пока»?

– Не притворяйся дурочкой, – фыркнула Жизель. – Все равно я не поверю, что каждому из своих болотных ухажеров ты давала обещание выйти за него замуж. Кстати, много их у тебя было? – спросила она, и в глазах ее вспыхнул огонек любопытства.

– Немного, – уклончиво ответила я.

– Не темни! – потребовала Жизель. – Если мы с тобой намерены стать сестрами, мы должны доверять друг другу и делиться самым сокровенным. Разумеется, если ты хочешь, чтобы мы действительно сблизились. Если не хочешь, тогда другое дело!

– Нет, нет, я очень хочу! – поспешно заверила я.