Богоматерь лесов - Дэвид Гутерсон

— Ей было семь, — сказала ее мать, — если бы она была с нами, в этом году она бы окончила школу.

— Получила бы диплом…

— И отправилась на выпускной бал.

— Как это случилось?

— Мой муж взял ее на рыбалку.

— Вас там не было?

— В тот день я осталась дома.

— Она просто ушла?

— Никто не знает, что случилось на самом деле. Она исчезла без следа. Извините. Мне тяжело об этом говорить.

Мать пропавшей девочки опустила голову. Католичка сорвала что-то похожее на листок клевера.

— Простите, что это? — спросила она.

— Это кислица, — ответила мать пропавшей девочки. — Некоторые специально ее выращивают.

Миновав бурелом, они поднялись на холм. Энн держалась отчужденно и шла чуть поодаль от остальных. Лес больше не защищал их от дождя, на кусты гаультерии и орегонского винограда капала вода с ветвей деревьев, и вся компания промокла до колен. Бывшая барменша накинула на голову шарф и ловко завязала его под подбородком. Узел уютно погрузился в складку жира.

— Теперь я похожа на свою бабушку, — сказала она. — Зато волосы останутся сухими.

— Теперь мы все похожи на своих бабушек, — сказала мать пропавшей девочки.

— И это весьма прискорбно.

— Еще бы.

— Что же делать?

— Не знаю. Может быть, ботокс.

— На новое лицо у меня нет денег.

Около двенадцати они пришли туда, где Энн являлись видения.

— Я должна прочесть Розарий, — заявила Энн, когда они добрались до места. Под ногами пружинил зеленый мох, в вышине терялись из виду макушки елей. — И помолиться за вашу пропавшую дочку, если вы не против.

— Да, конечно. Сделай милость. Я столько лет молилась за нее сама, а ведь я даже не верю в Бога, странно, правда?

— В душе, — сказала католичка, — вам хочется верить.

Она обернулась к Энн и положила руку ей на плечо:

— Ты не возражаешь, если я присоединюсь к тебе? Я тоже принесла четки. Вчера я заглянула в календарь. Сегодня день святого Мартина Турского.

— Кто это? — спросила Энн.

— Заступник всадников и портных. Он принял сан епископа, облачившись в звериные шкуры. Отказался от воинской службы по религиозным соображениям.

— Всадники и портные, — повторила Кэролин. — Потрясающее сочетание.

Энн и католичка принялись молиться. Остальные уселись на бревно неподалеку. Бывшая барменша достала сигарету. Мать пропавшей девочки вытащила из рюкзака коробку с овсяным печеньем и бутылку лимонада.

— Прошу вас, — сказала она, — угощайтесь.

— Выглядит аппетитно, — заметила Кэролин. — Но я берегу талию.

— Масла я положила в два раза меньше, чем по рецепту, так что ешь спокойно.

— Но ведь там полно сахара. От него толстеют в первую очередь. Нет, спасибо, я воздержусь. Дисциплина превыше всего.

— Это тоже не всегда помогает.

— Мне ли этого не знать.

— Я недавно читала про зональную диету. По мне уж лучше потерпеть, чем превратиться в сырный клин.

— Сырный блин, — поправила ее Кэролин. — Но сырный клин мне нравится больше.

— Любопытно, — сказала бывшая барменша, взяв печенье, — где мы находимся?

— Это лес Стинсонов. — Мать пропавшей девочки тоже взяла печенье. — Тогда мы прочесали здесь каждый кустик. Когда потерялась моя девочка. Здесь все принадлежит Стинсонам. Отсюда и до шоссе.

— Стинсоны прибрали к рукам все, что могли.

— Да уж.

— Надо же, просто не верится.

— У них бульдожья хватка. Знают свое дело. Так говорит мой муж.

— Я хотела спросить, — сказала бывшая барменша. — Сама-то я слова не скажу, можете не волноваться. Но почему вы скрываете это от Джима? Почему вы не хотите, чтобы он узнал?

— Джим есть Джим, его не переделаешь. Сейчас у нас все как будто более-менее. Можно даже сказать, дела пошли в гору.

— И? — спросила Кэролин.

— Он считает, что это в прошлом.

— Разве такое возможно?

— Нужно жить дальше, говорит он. То же самое твердит консультант по семье и браку. Выходит, что я — плохая девочка.

— Тихо, — прошептала бывшая барменша, придавив ногой недокуренную сигарету. — Кажется, началось.

— Господи, — сказала мать девочки, — и правда.

Впоследствии все они признались, что не видели никакой Девы Марии, хотя, по утверждению духовидицы, в этот день ей вновь предстала женщина с лучезарной улыбкой, в мерцающем одеянии, которая явилась поговорить с ней. Свидетели не слышали ничего, кроме хриплого дыхания Энн. Они наблюдали, как та сначала оцепенела, потом наклонилась вперед и застыла в позе, противоречащей всем законам физики. Время от времени по ее телу волнами пробегала дрожь. Никто из спутников Энн не мог похвастаться, что почувствовал что-либо необычное, получил какую-нибудь весть от Девы Марии или видел блуждающий в лесу свет. И все же, преклонив колена в молитве, мать пропавшей девочки и католичка, охваченные возвышенным трепетом, ощутили некое потустороннее присутствие, которое поглотило восторженное внимание Энн.

— Ты видишь ее? Ли Энн? — дрогнувшим голосом спросила мать пропавшей девочки, уронив коробку с печеньем.

Бывшая барменша украдкой подняла раздавленную сигарету и размышляла, сунуть окурок в карман — что лишний раз подтвердило бы ее постыдную нищету — или потихоньку выбросить подальше в надежде, что никто не заметит, как она загрязняет окружающую среду. Словно сигарета была уликой, которая свидетельствовала, что вина за то жалкое существование, которая она влачит, целиком и полностью лежит на ней одной. Католичка, стоя на коленях с четками в руках, наблюдала за Энн с изумленной радостью и повторяла:

— Благословен Господь наш, благословен Иисус, благословенна Матерь Божия.

Кэролин собрала рассыпавшееся печенье.

— Может быть, она наглоталась таблеток или у нее эпилепсия, — фыркнула она. — Или еще что-нибудь. Она просто спятила.

— Тихо, — сказала бывшая барменша. — Посмотрим, что будет дальше.

Она никогда не видела ничего подобного. Девушка сидела совершенно неподвижно, ее лицо сияло. Она смотрела в одну точку, не моргая и не шевелясь. Энн явно видела что-то, незримое для остальных. «Никто не может не моргать так долго или опуститься на колени, нагнуться вперед и не потерять равновесия, если ему не помогают сверхъестественные силы. Наверное, здесь и правда не обошлось без Девы Марии», — подумала бывшая барменша. Ей стало страшно, и она тоже преклонила колена. «На всякий случай, не повредит», — решила она.