Замок на песке - Айрис Мердок

— Что за фантастический наряд, сэр? — удивился Мор, указывая на костюм.

— Тише! — тоном заговорщика произнес старик. — Неужели я должен отдать себя на растерзание какой-то девчонке? Вы и вообразить не можете, что я пережил за последние сутки! Она требует, чтобы я показывал ей фотографии родителей, свои детские фотографии, студенческие фотографии. Ей необходимо знать, что я пишу. Не постеснялась спросить, веду ли я дневник. Такое впечатление, будто в доме поселился психиатр. Это не художница, а прямо какой-то паровой молот! А глядя на нее, не скажешь, правда? Ну так вот, я ей не дамся. Направлю по ложному следу. Этот наряд — часть моего замысла. Тш-ш, возвращаются! — И все направились в столовую.

* * *

Вот уже и десерт подали. Нэн сосредоточенно разрезала грушу, а мисс Картер изящно отщипывала маленькие виноградинки от кисти. Мор наслаждался портвейном. Демойт сидел во главе стола, Мор — напротив, а между ними, по обеим сторонам стола, сидели дамы. Предсказание Нэн сбылось — в тот вечер мисс Хандфорт отодвинули на обочину. При этом она возвышалась над столом, словно башня, часто наклонялась, делала какое-то замечание, время от времени чихала, и дышала гостям в затылок.

— Я попросил старину Бладуарда почтить своим визитом наше общество, — произнес Демойт, — но он нашел отговорку, скорее всего фальшивую. Мисс Картер, вы еще не знакомы с Бладуардом?

Бладуард преподавал в Сен-Бридж изобразительное искусство и слыл чудаком.

— Очень хочу с ним познакомиться. Я видела кое-какие его работы. Талантливые.

— Неужели? — удивился Мор. — А мне казалось, он ни одной картины не написал.

— Ну почему же. Я видела три прекрасно выполненных пейзажа. Но насколько мне известно, у него есть теория, как бы запрещающая ему заниматься живописью?

— О, теорий у него множество, — вступил в разговор Демойт. — Они ему и нужны-то, чтобы оправдать собственный творческий крах. Так мне кажется. Но, вообще, человек он неплохой. В нем есть твердость. А вот бедняга Эвви, тот вскоре наводнит школу своими благочестивыми фантомами. И вам тоже пора становится на путь благочестия, не то, неровен час, обвинят в отступничестве, — заметил старик Мору.

Испугавшись, что Демойт сейчас затронет опасную тему «пути благочестия», Мор поспешно сказал: «В четверг я завтракаю у Эверарда. Надеюсь, мисс Картер, вы тоже? Думаю, и Бладуард будет приглашен». Он выпалил эту фразу и тут же пожалел, потому что вспомнил, что Эверард неизменно допускает грубую бестактность — его, Мора, приглашает, но забывает пригласить Нэн. Сегодня в полдень Эверард уже пригласил его, и он, не подумав, согласился. Нэн со стуком положила нож и отпила воды.

— У Эвви вам вина не подадут, — заметил Демойт. — Так что заправляйтесь сейчас. Мисс Картер, вам налить? А вам, миссис Мор? Поглядите, мисс Картер пьет беспрерывно как рыбка, и все же трезвее нас всех.

Мор тоже это заметил.

Оставив шутку без внимания, девушка произнесла серьезным тоном:

— Я всего лишь раз видела мистера Эверарда. И с радостью с ним встречусь вновь.

— Вот оно как! — воскликнул Демойт. — И как вы себе представляете нашего горемычного Эвви, ну-ка, расскажите! А мы послушаем! — И старик подмигнул Мору.

Мисс Картер ответила не сразу. Бросила быстрый, подозрительный взгляд на Демойта.

— У него хорошее открытое лицо, — решительным тоном заявила она. — Он явно беззлобный человек. А это достоинство, причем редко встречающееся.

Старик как бы опешил на минуту. Мор насмешливо посмотрел на него.

— Маленькая пуританка! — вскричал Демойт. — Этак вы всех нас подвергнете суровому суду! Давайте-ка я подолью вам вина.

— Нет, мистер Демойт, благодарю. Конечно, человек открывается не сразу, и я говорю лишь о первом впечатлении. А вы как думаете, миссис Мор?

Мор затаил дыхание. Какой дерзкий вопрос. Только бы Нэн не ляпнула чего-нибудь обидного.

— Если честно, — сказала Нэн, — я считаю, что мистер Эверард глуп; а глупость, да еще если эта глупость лица руководящего, способна затмить все прочие, быть может и неплохие, качества.

— На сей раз я полностью согласен с миссис Мор, — заявил Демойт. — А теперь, дорогие друзья, время пить кофе.

Кофе был сервирован в библиотеке. Мору нравилась эта комната. Библиотека располагалась над гостиной, и из окон ее открывался все тот же вид, но эта комната была больше. Тут было три окна, соответствующих трем окнам гостиной, и еще одно большое окно в эркере, выходящее на дорогу. Прямо под ним, этажом ниже, находилась отделенная от гостиной маленькая комнатка, которую мисс Хандфорт, в силу своей извечной насмешливости, прозвала «мой будуар». Эркером была украшена и столовая, а еще один находился этажом выше, в спальне Демойта. Рядом с библиотекой располагалась спальня для гостей, из одного окна которой была видна лужайка, а из другого вечерами можно было различить красноватое зарево огней находящегося в двадцати милях отсюда Лондона.

Демойт хранил книги в шкафах со стеклянными дверцами, и поэтому комната была наполнена отблесками. Демойт относился к племени библиофилов. Мора, который к этому племени не относился, довольно долго не допускали к библиотеке. Мор, читая, любил перегибать книгу, имел привычку замусоливать и сгибать страницы, писать на полях заметки и подчеркивать строчки. Ему нравилось, чтобы книжка находилась в пределах досягаемости — на столе, на полу, на худой конец, на открытой полке. И эта близость, и эта измызганность помогали ему чувствовать, что содержание книг уже почти усвоено. Но книги Демойта были существами иной породы. Ему нравилось смотреть на них, таких элегантных, непогнутых и незапятнанных, одетых в дорогие переплеты, украшенных золотым обрезом, словно созданных для того, чтобы их осторожно брали в руки и восхищенно вздыхали, и помнили, что книга — это не только собрание мыслей, но и предмет драгоценный.

Гости расселись возле большой лампы. Мор бродил по комнате. Он чувствовал внутри какую-то легкость, освобожденность, счастье, что ли? Он выглядывал из окон. Шум никогда не смолкал вокруг Подворья — по трассе день и ночь мчались автомобили, чуть поодаль, по железнодорожному мосту, проносились поезда, оглашая воздух пронзительными печальными гудками. Свет автомобильных фар то и дело выхватывал из темноты листву деревьев. Мор отошел от окна. Его взгляду предстала кучка людей возле лампы. И он, только что глядевший в ночь, почувствовал, как они далеки от него, ощутил свое превосходство над ними. Мисс Картер сидела, подвернув под себя ноги, раскинув широкую юбку кругом, и свет лампы зажигал на шелке то красные, то желтые блики. Она похожа, подумалось Мору, на маленькую, яркую птичку. Смущенный собственными мыслями, Мор отвернулся к книжному шкафу.

— Руки прочь от книг! — завопил Демойт. — Идите-ка лучше пейте ваш кофе, не то Ханди унесет чашки. У нее на эту церемонию отпущено семь минут, вы же знаете.

И тут же мисс Хандфорт вступила в комнату. На ней был довольно неопрятный передник — значит, она как раз мыла посуду.