Остановка «Любовь» - Анна Антонова

Я остановилась и смущенно огляделась: Денис, вроде, никуда не делся.

– Ты бы еще на другой конец катка от него отъехала, – продолжал издеваться Дима.

– А это у нас такой элемент, – нашлась я, но тренер только махнул рукой:

– Если бы! Я уж подумал, что вы с Оксаной партнерами поменялись – вы с Олегом гораздо синхроннее вращались друг с другом, чем со своими партнерами!

Я с удивлением взглянула на молчаливого и незаметного Олега, давно и прочно застрявшего под каблуком у Оксаны, и наткнулась на его такой же недоуменный взгляд.

– Я не против, – не преминула вставить свое веское слово Оксана и стрельнула глазами в Дениса.

Я только зубами скрипнула от злости. Знаю же: Денис ей не нужен, она кокетничает специально, чтобы меня позлить, а все равно ведусь! Нет уж, больше я не доставлю ей такого удовольствия.

– И тело надо напрячь, иначе никакого вращения не выйдет, – продолжал Дима. – А ты, Ира, расслабилась, как квашня!

Оксана рассмеялась, Олег что-то невнятно хмыкнул. У меня потемнело в глазах от обиды. Только бы не заплакать, только бы не заплакать! Если я сейчас разревусь на виду у всех, впору будет менять билет и вылетать домой ближайшим рейсом.

Я крепко зажмурилась, стиснула зубы и все-таки справилась, сдержала подступающие слезы.

– Спасибо, мы попробуем еще, – вежливо ответила я и, взяв Дениса под руку, отвезла его подальше от Оксаны и ее Олега, который мне даром не сдался.

– Давай теперь я буду сигналить, – предложила я, загоревшись идеей утереть нос противной девчонке, тренеру и всему белому свету.

Досчитав до трех и дав отмашку рукой, я настроилась, сделала необходимые подготовительные шаги и вошла во вращение, решив на этот раз все выполнить правильно и по-взрослому. Я покажу им, кто чей партнер и кто тут квашня!

Про синхронность пары я в тот момент совершенно забыла, про дистанцию, естественно, тоже, и поплатилась самым жестоким образом – перед глазами у меня замельтешили бортики катка, и я, чувствуя, что катастрофически теряю равновесие, покачнулась и полетела куда-то вбок.

Я зажмурилась, ожидая жесткого приземления, однако вместо этого упала на нечто мягкое, отозвавшееся возмущенным возгласом и сдержанными чертыханиями.

– Полегче! – буркнул Денис, без всякого почтения спихивая меня на лед. – Ты мне своими коньками чуть горло не перерезала!

– Извини, – покаялась я. – Ты как, не сильно ушибся?

Он опять пробормотал что-то неразборчивое, и я решила от греха подальше не развивать тему.

– Ира и Денис, вы в порядке? – крикнул нам с другого конца катка Дима.

Краем глаза я заметила, что тренировка прервалась – все бросили надоевшие вращения и сгрудились вокруг нас, так и сидящих на льду в живописных позах.

– Да, спасибо, – пропыхтела я, делая безуспешные попытки подняться.

То ли усталость накопилась, то ли что-то все же было не в порядке, но встать самостоятельно я никак не могла, барахталась на льду, словно перевернутый на спину жук, на потеху почтеннейшей публике. Неизвестно, сколько бы это еще продолжалось – видимо, из педагогических целей тренер не хотел нам помогать, – если бы Денис наконец не сделал над собой усилие. Он поднял на ноги сначала себя, а потом меня, не слишком вежливо дернув за руку. Я не успела подготовиться к рывку, и вдобавок ко всему у меня заболело еще и плечо.

– Поаккуратнее, – буркнула я, морщась и растирая руку.

Денис и ухом не повел, а Дима неприязненно взглянул на нас и заявил:

– Я вижу, вы не вняли моим словам и все же устроили свидание на льду. За это вы наказаны и на весь следующий день отстранены от тренировок.

Все возмущенно зароптали, а я не поверила своим ушам. Отстранение от тренировок на целый день – наказание? Может, тренер что-то перепутал, и мы, наоборот, будем тренироваться по усиленной программе? Нет, судя по недовольным возгласам, я все поняла правильно – в наказание за плохое поведение нам и правда подарили свободный день в Париже! И хотя я не представляла себе, как мы сможем улизнуть, – наверняка имеется в виду, что мы не отправимся с чистой совестью гулять и веселиться а останемся смирно сидеть в комнатах, размышляя о своем проступке, – меня захлестнуло счастье. Как-нибудь все обязательно устроится, уж такой шанс я не упущу!

Мысли пронеслись в голове за долю секунды – обычно я торможу и частенько пилю себя за это, но иногда, когда дело касается моих сокровенных интересов, соображаю исключительно быстро – и я оперативно притушила просиявший взгляд, чтобы не вызвать ничьих подозрений.

Дима оглянулся и, заметив, что занятие фактически сорвано, махнул рукой:

– Ладно, на сегодня все, вижу, от вас уже никакого толка не будет. Отдыхайте, и чтобы завтра были у меня как огурцы! Вас не касается, – добавил он, презрительно глядя на нас с Денисом.

Я снова поразилась про себя – неужели он в самом деле уверен, что нас это расстроит? Впрочем, почему я говорю за двоих, может быть, Денис вовсе не разделяет моих мыслей? Вдруг он действительно расстроился из-за прилюдного позора и отстранения от занятий, никуда не захочет ехать, чтобы не усугублять наше положение, и собирается честно сидеть весь завтрашний день в своей комнате, предаваясь самобичеванию?

Ладно, не стоит зря ломать голову, за ужином все и выясню. Другой возможности не представится – если я перед сном потащусь в комнату мальчиков, в нынешних обстоятельствах это будет выглядеть слишком вызывающе. Даже несмотря на то, что один из них – мой собственный партнер.