Спецуха - Андрей Загорцев

— А ведь ни разу не упомянули!

— Вот то-то и оно. Смотри: видишь, самый молодой бутылки пошел в тамбур выбрасывать — три пол-литра на четверых человек, плюс со второго купе трое сидят — столько же выбросили, и ни слова, ни жеста, ни намека! Где-то еще двое должны быть: наверняка в ресторане зависают или в других вагонах.

— Ты думаешь, что?…

— Именно. Не так просты эти вояки, как нам кажется… Мы бы уже всем отделом упились, а они ни в одном глазу. По ходу, на показуху играют, еще и наблюдение ведут. Заметь — ровно по двое курить выходят!

Сотрудники «бдительных» служб вполголоса начали обсуждать «деятельность объектов»: откуда же им в голову могло прийти, что эти ребята (в основном офицеры воздушно-десантной службы и спортсмены местного клуба) могут выпить намного больше, а после этого с закрытыми глазами провести укладку парашюта Д-10.

Наружка — дело скучное и неблагодарное. Выпившие «шпионы» могли несколько неадекватно повести себя при досмотре. Поэтому наблюдатели, ожидавшие подхода полицейских, решили прогуляться. Рядышком очень кстати располагался вагон-ресторан.

Первый из оперативников предложил остановиться и выпить по чашечке кофе. Он, младший по званию, угощал. Пока ждали заказ, с другого конца вагона в зал ввалились два ярких представителя «военщины», десантники, облаченные в цифровой камуфляж и широко улыбающиеся. «Молодой» радостно охнул и начал подавать глазами знаки старшему.

— Тсс, конь боевой, чего скачешь? Вижу двух вояк!!!

— И что с того?

— Так вроде группа от спецназовской бригады, — они же в десантной форме ходят, вот еще наверняка «диверсанты»!!

Два доблестных десантных майора уселись за столик, потребовали у официантки меню и водки.

— Ага, диверсанты… Как же… Не столь они глупы и наивны, чтобы вот так, со всеми знаками различия и принадлежности, ехать на спецзадачу.

— В смысле? Они же ведь явно военные!

— Здравствуй, «капитан очевидность»! — старший пары поморщился, как от зубной боли.

— Я пока старший лейтенант, капитана на следующий год получать!

— Вон, смотри, официантка идет, водку им несет. Они сейчас ее приговорят. Эти, за столиком, просто вояки, скорее всего, командировочные. Или ты хотел, чтобы они еще морды себе разукрасили, в задницу веток натыкали и передвигались по поезду исключительно ползком?

— Ага, понял, — дошло наконец до младшего, — это типа как Штирлица ничего не выдавало, кроме парашюта и шапки-ушанки?

— Именно… Допивай кофе и идем: сейчас полицейские подойти должны.

Оперативники дохлебали кофе и начали продвигаться к выходу. Молодой все-таки специально замешкался у столика с десантниками.

— Да мы пока накладные получим, изделия принимать будем — уйма времени уйдет, — проговорил полноватый майор, внешне чем-то напоминающий прапорщика Шматко из сериала «Солдаты», — я приемщику дозвониться ни хрена не могу, — возмущался он, тыкая кнопки телефона. — Гребаная МТС — связи ни хрена нет!

— Щас я с «Мегафона» наберу, — ответил второй, доставая мобильник. — Горячее несут! — радостно завопил он, увидев официантку.

Оперативник, обдумывая услышанное, двинулся дальше за напарником. В результате непродолжительного процесса мозговой деятельности он тоже пришел к выводу о том, что «эти» — далеко не «те». Эх, еще учиться и учиться нелегкому делу тайной работы на благо государства!

Тем временем военные за столиком начали поглощать горячее. Водки они взяли всего-навсего двести грамм.

— По-моему, это вон те два кренделя, что сейчас мимо нас шарахались, — сказал Пиотровский, выглядывая в проход между столиками.

— Ты их сфотал? — спросил Пачишин, пытаясь ножом «убить и расчленить» котлету на тарелке.

— ММС уже у близнецов, а ты чего там мудрил?

— Да у меня тут что-то заело… Глянь сам, — Пачишин протянул телефон сослуживцу.

Пиотровский похмыкал, рассматривая в телефоне серию фотографий напряженной физиономии Пачишина и его пальцев на объективе.

— Заело у него… Сам себя наснимал. Еще бы ММС кому-нибудь, типа комбрига, отправил, он бы оценил твою мужественную физию, которую покидают последние зачатки разума.

— Сам дурак, — буркнул майор, отбирая телефон, — слушай, а чего мы-то в форме премся, наряженные, как елочки на утреннике? Остальные в гражданке поехали.

— Вова, скотина, сказал, что в гражданке мы выглядим как два бомжа с Казанского вокзала, а так похожи на бравых вояк, а для нас лучшая маскировка — это преданное и тупое выражение лица.

— Ну, у меня уж точно не тупое, — Пачишин заочно обиделся на Черепанова и принялся удалять свои неудачные фото с телефона.

Опера расположились так, чтобы наблюдать за подошедшими полицейскими, которых они проинструктировали заранее в тамбуре.

Два бравых сержанта, весело помахивая дубинками (чтобы не вызывать подозрений), проверили на выбор несколько купе. Они просто заглянули в них и поинтересовались маршрутом пассажиров. Потом они постучали в дверь, за которой весело «отдыхали» объекты слежки.

— Добрый день, товарищи пассажиры, куда следуем? Предъявите документы, — пробасил один из сержантов.

Тут случилось нечто странное, что заставило оперативников напрячься еще больше. Сержанта просто втянули внутрь, и тут же за ним последовал второй. Раздались какие-то невнятные возгласы, потом смех, звон стаканов.

Старший группы наблюдения занервничал и придвинулся поближе.

— Хо-хо… ни хрена себе… а помнишь?!. — раздавались возгласы из купе.

Полицейские появились только минут через сорок, сияющие улыбками и разящие перегаром. Они довольно гоготали, тепло попрощались с обитателями купе и двинулись дальше. Опера нагнали их только в тамбуре.

— Слышь, сержант, ну что там? Ксивы, оружие, — что было? — начал тормошить полицейских старший группы наблюдения.

— Да все нормально, все в порядке, — отбрехался полисмен. — Обычные пассажиры — мужики, охотники… Все, давайте, нам некогда. Мы отработали по вашей просьбе, нам скоро на станции сходить.

— Черт! — выругался опер, махнув рукой на полицейских.

Те быстренько скрылись в вагоне.

Младший напарник недоуменно посмотрел им вслед и спросил:

— Что это значит? Мы что, не тех ведем? Нам что, дезинформацию кинули?

Старший лишь улыбнулся:

— Да нет… Скорее всего — это именно они, а копы их сдавать не захотели, и догадайся, почему?

— Им пригрозили?

— Ага, водкой… И воплями: «Ни хрена себе, это ж Семенов!» Ты чем слушал? Ты же ближе меня к двери стоял?

— Ну да, они полицейских по именам, по-моему, называли: одного — Серегой, второго — Стасом… Про какую-то вэдээску говорили, прыжки вспоминали.