Я вернусь - Александра Миронова

Насколько Арсений мог судить, вначале та была любовницей, а потом уже стала победительницей. Почему-то наши бонзы не могут удовлетвориться рядовой любовью, им требуется титулованная. Словно в оправдание самому себе и окружающим. Дескать, не просто променял старую верную кобылу на молодого игривого жеребенка, а вот страсть накрыла и упал к ногам «Мисс чего-то там».

Мисс Воеводина была глупа как пробка и красоты сомнительной. Но она уже успела обтереться в определенных кругах, где считалось очень модным, чтобы в дом закупал предметы искусства Арсений Щацкий.

Они провели первую встречу, на которой Леночка или Лидочка – как же ее зовут? – пыталась улыбаться Арсению, едва Воеводин отвлекался на деловой звонок. Играть в игры с местным царьком не хотелось, к тому же зачем ему камеристка, если дома ждет королева? Поэтому визит прошел быстро и продуктивно. Основным пожеланием заказчика было «дорого и богато», чтоб не стыдно перед друзьями и коллегами.

Он почувствовал неладное, когда прощался с хозяевами. Леночка или Лидочка задержала его руку в своей и сунула маленькую записочку. Арсений знал, что там номер телефона, поэтому выбросил не разворачивая. Расплата не заставила себя ждать:

– Слушай, мне тут Лана в Интернете такой сайт забавный показала, Али чего-то там, ну знаешь, может? Китай лицензированный. – Низкий и плотный Воеводин обхватил высокого и стройного Арсения за плечи и попытался уволочь к стене. Со стороны они смотрелись комично – словно неуклюжий орангутанг пытался взгромоздиться на грациозного ахалтекинца. – Ну короче, там диваны есть похожие и люстры, как ты показывал, мы решили там все заказать. А то Лана хочет на Мальдивы, а где ж баблосиков на все взять? У меня тут дочка надумала в Англии учиться, ну, короче, не сердись, Борисыч, но заказ я отменю.

– Василий Федорович, вы понимаете, что вы говорите? – Арсений резко остановился и без малейшей улыбки на обычно мягком и приятном лице уставился на олигарха. Это был его последний шанс, нить, за которую он цеплялся, повиснув над пропастью.

– Я же везу вам Францию и Италию середины и конца девятнадцатого века, мебель Наполеона III, а вы говорите мне, что решили купить какие-то лубочные поделки с Алиэкспресс? – Арсений не мог поверить тому, что только что услышал.

– О, точно, Алиэкспресс! – вспомнил Воеводин. – Ну ты мне скажи – вот мне-то не одна фигня, на чем сидеть? Моя жопа, чай не во дворцах с детства отиралась. Ты ж понимаешь, Борисыч, это только ты со своей Ольгой разницу видишь, – он повернулся к Ольге и помахал ей рукой.

Та слегка кивнула, улыбнувшись, и снова вернулась к разговору с Семеном. В дела Арсения на людях она никогда не вмешивалась, создавая иллюзию его независимости и самостоятельности.

– Ох, хороша баба! – шумно засопел Воеводин, а Арсений не выдержал.

– Ее зовут Ольга, – отрезал он.

– Ну ладно, ладно, Борисыч, не сердись, короче, продай своего Наполеона кому-то другому, моя Ланка все равно не шарит. Я ей сказал, что дам бабла, чтоб в Италию поехала прибарахлилась, и ей уже все равно, сидеть на древнем диване или китайском. Ну, не серчай.

Воеводин хлопнул Арсения по плечу и тут же покатился куда-то в другой конец зала, размахивая руками и энергично здороваясь со старыми знакомцами.

Арсений брезгливо отряхнул пиджак там, где его коснулась воеводинская рука. Сердце подскочило и ухнуло. Ему нужно на воздух, пройтись немного быстрым шагом, но нельзя. Ольга немедленно почует неладное.

Несколько раз сжав и разжав кулаки, он глубоко вдохнул и выдохнул (так Ольга когда-то научила его бороться со стрессом), Арсений развернулся, чтобы направиться к любимой, но та уже стояла возле него.

– Что случилось? – слегка нахмурившись спросила она и, тряхнув головой, отбросила с глаз темную, завитую в тугой локон прядь.

– Ничего, все в порядке, с чего ты взяла? – неловко попытался соврать Арсений, но Ольга приподняла бровь, и тот моментально сдулся – кого он пытается обмануть? – Воеводин отказался от крупного заказа.

* * *

Они сидели на небольшой террасе, с которой открывался умопомрачительный вид на город. Именно этой террасой они и соблазнились при выборе квартиры. Сама она не представляла собой ничего особенного – большая студия и спальня. Жили они закрыто, и гости у них с ночевкой никогда не оставались. А для многочисленных вечеринок, которые устраивала Ольга для прикорма лояльных клиентов, терраса и студия были просто идеальны.

Сейчас они были одни. Сидели в шезлонгах, накрывшись теплыми пледами и включив уличный обогреватель в виде пылающего факела. В руках по бокалу любимого вина, на низком мраморном столике небольшая тарелка с сырами, финиками и медом. В вине оба разбирались и в совершенстве владели искусством дегустации. Впрочем, люди, связавшие свою жизнь с искусством, потихоньку становятся эстетами во всем.

Снег едва сошел, на улице было промозгло, моросил мелкий дождь. Сквозь него полная луна смотрелась особенно торжественно и мистически – словно серая сталь обернулась мокрой вуалью и отрешенно отсвечивает на грешный мир, обреченный на погибель. Ольга слушала, не перебивая и не выражая эмоций, мозг крутился и щелкал, раскладывая неприятную ситуацию со всех сторон и подыскивая возможные варианты решения. Но все они могли лишь отсрочить погибель, но не отменить ее.

– В этой стране люди не понимают искусства, – продолжал Арсений. Его тонкий профиль в лунном свете навевал мысли о готике и погубленных вампирами девицах.

– Представь себе, он смотрит мне прямо в глаза и говорит: какая разница – китайский сайт или настоящий Наполеон Третий из французского замка? Мол, не все равно ему, где сидеть с этой Леночкой или Лидочкой, никак не могу запомнить.

– Милый, – вкрадчиво, словно молодая кошка, мурлыкнула Ольга, тщательно следя за голосом, чтобы в нем ни в коем случае не промелькнули нотки недовольства и раздражения, – им обоим действительно лучше сидеть на китайских диванах. Органичней. Понимаешь?

– Понимаю, – кивнул Арсений, – я изначально сомневался, что они оценили весь масштаб моей задумки, ведь я заказал мебель для всех комнат, чтобы выдержать в едином стиле. А также картины, зеркала, бра и люстры. Все это сейчас на таможне, нужно будет заплатить за растаможку и налог, а он даже не предложил выплатить мне неустойку!

– Цена вопроса? – не отводя глаз от лунного диска, тихо спросила Ольга. Ни в коем случае не давить, Арсения это может сломать. Он, конечно, воображает, что сильный и выносливый, но она слишком долго была рядом, чтобы знать, что это не так. Его самого нужно оберегать от жизненных потрясений словно драгоценную антикварную статую.

– Даже если я продам все, что выставлено у нас в магазинах, я не смогу расплатиться с долгами. Оля, Оленька, что же делать? – не выдержав, Арсений все-таки попросил ее помощи. Она, единственная, родная, только она могла его спасти. Не деньгами, нет, он бы никогда не взял у нее деньги. Но она наверняка сможет что-нибудь придумать, может быть, убедит Воеводина, что нельзя менять Францию на Китай?