Слово в пути - Петр Вайль

В сиенской церкви Сан-Франческо была и фреска Амброджо, повествующая о том, как 9 апреля 1321 года в Бомбее убили францисканских миссионеров. Не сохранилась. По описанию Вазари и Гиберти, там была виртуозно изображена буря, разразившаяся во время казни. Вазари: «В этой живописной работе он с большим искусством и умелостью сопоставил возмущение воздуха и ярость дождя и ветров с человеческими страданиями, благодаря чему новые мастера научились приемам и основам такой композиции, ранее не встречавшейся и потому заслужившей ему бесконечную похвалу».

Сохранилось в Сан-Франческо «Мученичество семи францисканцев»: тех убили в Сеуте (Марокко). Выразительны зверская фигура лохматого палача справа, а рядом с ожидающими казни и уже казненными монахами — пришедшие в ужас мусульманские женщины.

Чем была бы художественная Сиена без братьев Лоренцетти, особенно без Амброджо? Не исчезла бы, конечно, с культурных карт. В городе с 60-тысячным населением так много всего. Туристская публика бродит растерянная, как во Флоренции, с выражением беспомощности на лицах: ясно, что не охватить. В расписном сверху донизу баптистерии к нам подходит что-то спросить американская пара с коляской. Ребенок истошно вопит, они даже не глядят в его сторону. И никто не обращает внимания, и вдруг кажется, что, помимо общекультурной обморочности, дело в том, что баптистерий — единственный памятник искусства, где уместен и даже необходим детский крик.

Есть дивные гражданские здания. Палаццо Толомеи — самый элегантный дворец Сиены. Впечатляющее палаццо Салимбени. За ними в истории встает вражда этих двух кланов: одни других перебили на пикнике, словно у Копполы, и сложили трупы под крыльцо в монастырском дворике Сан-Франческо.

Есть в городе свои славные святые — святой Бернардино и святая Екатерина.

Францисканец Бернардино (1380–1444) знаменит заботой о больных в Санта-Мария-делла-Скала во время эпидемии бубонной чумы — так, что едва не умер сам. Еще больше — своим мощным ораторским даром (в особый раж впадал, обличая содомию): не случайно он отказался от поста епископа Сиены, чтобы проповедовать в беспрестанных странствиях по всей Италии. До сих пор святой Бернардино считается покровителем тех, кто занимается коммуникациями и рекламой.

Доминиканская монахиня Екатерина Сиенская (1347–1380) умерла в тридцать три года, успев совершить истинный подвиг: во многом благодаря ей Папы Римские вернулись из Авиньона в Рим. Она была дочерью красильщика — двадцать четвертой из двадцати пяти его детей. Можно себе представить, что к семейной жизни ее не тянуло с детства, и уже в семь лет Екатерина посвятила себя Христу, а в девятнадцать заключила мистический брак со Спасителем. Неграмотная, она диктовала свои письма о возвращении папства в Рим. Неграмотная, была провозглашена в 1970 году Учителем Церкви.

К ее дому, от центра в сторону церкви Сан-Доменико, где хранится прижизненный портрет святой Екатерины работы ее приятеля Андреа Ванни, идешь по виа делла Галлуцца и дальше по улицам контрады Гуся — одной из самых активных в Сиене. Днем ярко полощутся бело-зеленые флаги с гусиным изображением, вечером — горят светильники в виде гуся.

В первой половине мая с девяти вечера до половины десятого, за считанные минуты, небо из голубого становится темно-голубым, потом синим, потом темно-синим, потом черным. Все это ты уже видал на картинах сиенских художников.

Есть, наконец, в Сиене собор — редкая в Италии готика, с легкомысленной тельняшечной колокольней. По насыщенности интерьера здешний кафедрал превосходит, пожалуй, любой другой великий собор Тосканы: скульптура, витражи, росписи капелл, примыкающая Библиотека Пикколомини (о ней — в главе о Пинтуриккио), уникальные полы. Додуматься — бросить под ноги выдающиеся произведения, мощные многофигурные композиции из черного, белого и цветного мрамора, которые ведь никак толком не разглядеть с высоты человеческого роста: какое художническое бескорыстие. Чтобы по собору можно было безбоязненно передвигаться, часть мозаичных полов закрыта войлоком, кроме короткого периода с 28 августа по 2 октября, когда вся горизонтальная роскошь доступна для обозрения.

В Музее собора, как во всех таких музеях «при», народу мало — и приятно и досадно. В одном из залов вздрагиваешь: среди старины повесили что-то из наших дней. Ничего подобного: это две картины Сано ди Пьетро «Проповедь святого Бернардино на пьяцца Сан-Франческо» и «Проповедь святого Бернардино на пьяцца дель Кампо». Необычнейшая композиция обеих картин — толпа, снятая сзади: куча народу, очень яркие краски, современные резкие линии. Бросается в глаза сразу, заметно выделяясь из всего остального.

Местного мастера Сано ди Пьетро (1406–1481) начинаешь замечать и искать всюду. Да что искать, когда в превосходной Сиенской пинакотеке, входящей в пятерку лучших художественных музеев Италии, 16-й и 17-й залы — сплошь Сано ди Пьетро: двадцать работ. Чего стоит полная мелких деталей «Святая Екатерина представляет Сиену папе Каликсту»: внизу три лошади с тюками и погонщиками, одна уже наполовину вошла в город; справа узнаваемая полосатая сиенская колокольня, тонкая башня Палаццо Пубблико.

Сано не теряется даже в блистательном окружении шедевров Пинакотеки.

Тут Маттео ди Джованни с чудесными лицами Мадонн, одними из нежнейших в живописи. Маттео при всем этом — «локальное явление»: земляк и младший современник Пьеро делла Франчески, он родился в Сансеполькро в 1430 году, жил и умер в Сиене. Сколько таких «локальных» по всей стране!

А тут еще и Симоне Мартини, и Пьетро Лоренцетти, и Амброджо с приземленным «Благовещением»: оба персонажа толстоватые, простоватые, очень достоверные; архангел указывает пальцем на небо — мол, я что, меня прислали. У Гавриила четыре крыла: два поднятых, два сложенных. Возможно, что большие, сложенные, были добавлены при реставрации для правдоподобия, поскольку оригинальные два явно малы по законам аэродинамики для того, чтобы поднять в воздух такого плотного мужчину.

Сано ди Пьетро уступает в классе своим великим согражданам, но берет реванш усердием, плодовитостью, теплотой непретенциозности: вы на высотах, но и у меня свое место. Еще какое достойное!

Да, без Амброджо Лоренцетти и его брата Пьетро на культурной карте мира Сиена все равно заняла бы достойное и заметное место. Но утратила бы ту важную составляющую, которая превращает город в наглядное пособие по собственной истории и, что еще примечательнее, — в назидание и поучение себе: как жить.

Дидактика, однако, диковинным образом здесь не мешает художественности: в Новое время эти дорожки разошлись.

В Сиенской пинакотеке два крохотных (20 на 30 сантиметров) пейзажа Амброджо Лоренцетти: «Город у моря» и «Замок на берегу озера». Первые чистые пейзажи в итальянском искусстве. Перед этими грандиозными миниатюрами, «белыми карликами» живописи, стоишь ошеломленный: шедевры простоты, точности, настроения. Волшебное запустение — как у Бергмана или Тарковского.

Как всегда, Амброджо в любом обобщении конкретен. «Замок на берегу озера» — видимо, Тразименское озеро, четвертое в стране по величине после трех предальпийских. «Город у моря» — скорее всего Таламоне. Курортный городок на Тирренском море, южнее Гроссетто, в XIV веке он служил Сиене портом. Там по пути в Сицилию в 1860 году собирал силы Гарибальди, там крепость с чудесным видом на остров Джильо. Там до сих пор есть место, которое так и называется — «Для купания женщин». На картине Амброджо в нижнем правом углу сидит голая женщина.