Грязные танцы - Роберт Крейг

Прибыв в Скарборо, они направлялись прямо к стоянке такси. Девушки не стали прогревать коттедж и попросили таксиста подождать, чтобы побыстрее вернуться в город. Они побросали свои сумки, побрызгались дезодорантом, расчесали волосы и отправились назад.

– Интересно, что думает Кит, где я? – спросила Бренда.

Наташа и Анна проигнорировали это замечание в надежде, что оно последнее из этой серии. Оно было таким же оскорбительным, как вопрос: «А где здесь бар?» на собрании анонимных алкоголиков.

Они подправили свой макияж в туалете первого бара, где и провели большую часть дня. Караоке и целый вагон приехавших на девичник женщин из Глазго обеспечили зрелище. Для начала три девушки были просто зрительницами, наслаждаясь любительским представлением, если голос у исполнителя был неплохой, подпевая одними губами, если песня была им знакома, или потешаясь над певцом, если он пел плохо. Выпив и расхрабрившись, они присоединились к толпе, приветствуя новых знакомых и чокаясь выпивкой, будто они все здесь были подругами.

После нескольких порций спиртного Наташа спросила у Бренды:

– Что за песню мы с тобой все время пели, когда были детьми? Ты знаешь, что я имею в виду, Бренда. Ну из того фильма, что нам нравился, с какой-то там Дженнифер и Патриком Суэйзи.[8]

– «Грязные танцы», – вспомнила Бренда. – Так назывался фильм.

– Пойду посмотрю, есть ли она у них, – сказала Наташа, направившись к караоке, будто Бренда уже дала свое согласие.

– Я не умею петь, – предупредила встревоженная Бренда, обращаясь к Анне.

– Ну и что? Просто для развлечения. Мы споем ее все вместе, как популярное женское трио.

Наташа прискакала обратно, ухмыляясь, подняв оба больших пальца кверху.

– Там очередь, но наши имена уже в списке.

Так как алкоголь теперь был просто необходим, они ускорили темп. Наблюдая за следующими двумя исполнительницами, они не высмеяли их, как обычно, a простили: «Они нервничали. Им не видно было, что написано на экране, они слишком близко держали микрофон».

Пришла их очередь.

У Анны и Наташи волнение исчезло после первой ноты, а Бренда разошлась только к припеву, но тогда уж перекричала остальных, притянув микрофон близко к себе, так что Анна и Наташа превратились в бэк-вокалисток. Когда их выступление закончилось, раздались аплодисменты – это Бренда хлопала сама себе.

– Что мы будем петь дальше? – спросила она, когда девушки вернулись к своим напиткам.

– Успокойся, Бритни, все нормально, – с укором произнесла ее сестра.

– Черт возьми, я могу выглядеть полной дурой – все равно я не увижу больше этих людей. И здесь нет никаких приличных мальчиков… ой… – Бренда заметила мужчину постарше ее, опрятного, подтянутого, с короткой стрижкой. Он ей улыбался.

Анна и Наташа проследили за ее взглядом. Они увидели мужчину, и Анна ему помахала. Незнакомец широко улыбнулся.

– Он офигенный, – прокомментировала Бренда.

Потом девушки по очереди спели еще пять песен.

Они не следили за временем, и Бренда удивила всех, когда сказала, что уже шесть часов. Кроме шоколадных батончиков, купленных еще в Брэдфорде, девушки не ели ничего целый день. Они решили взять по набору в «Макдональдсе» и быстро проглотили все до возвращения в коттедж. С утра они планировали вернуться в город к семи, сейчас же внесли оптимистичную поправку, сдвинув время до семи тридцати, пока каждая успеет принять душ, причесаться, накраситься и нарядиться.

Хотя день стоял солнечный, в коттедже, когда они в него вошли, было по-прежнему холодно, темно и некомфортно. Они шутливо подрались, соперничая за ванную. Разделись до нижнего белья без стеснения.

– Я сегодня повеселилась, – сказала Бренда. – Я уж и не помню, когда такое было. Много лет назад.

– Много лет?

– До того, как я сошлась с… ним, – она удержалась от того, чтобы ляпнуть имя жениха.

– Ничего, сегодня вечером будет еще лучше, – уверила ее Анна. – Мы еще больше напьемся, будем знакомиться с парнями и танцевать.

– Танцевать? О, мой бог, я не танцевала уже черт знает сколько… Да что я говорю – я и не флиртовала и не веселилась по-настоящему уже очень давно.

– И никогда не напивалась?

– Напивалась. Но не от радости. А совсем наоборот.

– А когда ты последний раз видела пьяной Наташу?

Бренда вынуждена была признаться, что в последний раз это было на девичнике Коринны Слейтер.

Анна поведала:

– Она замучает тебя разговорами до смерти. Хотя флиртует как сумасшедшая.

Когда пришла очередь Анны принимать душ, зазвонил телефон. Бренда и Наташа долго не могли решиться – отвечать им или нет.

– Да все нормально, – крикнула Анна из ванной. – Кто бы там ни был, скажите, что хозяев дома нет.

Бренда была застигнута врасплох, услышав, как Наташа сказала:

– Алло?… Господи Иисусе! Откуда, черт возьми, ты узнала, что мы здесь?

Она прошептала Бренде:

– Эта наша чертова мамочка!

Бренда, несмотря на все то, что говорила сестре, послала Киту сообщение о путешествии, а у матери был этот номер с тех пор, как Наташа тут побывала в прошлом году.

– Слушай, мам. Мы уже уходим. Мы спешим. Мать попросила Бренду. Наташа знала, зачем.

– Нет, – ответила она.

Она понимала, что следует объяснить, что Бренда хорошо проводит время, а все, что может сказать ей мать, лишь только испортит настроение.

Она услышала, как мать прикрыла ладонью трубку и заговорила тихим голосом. Кто-то другой появился на линии.

Кит потребовал Бренду. Наташа сжимала трубку обеими руками. Она взглянула на Бренду.

– Что? – спросила та. – Кто это?

Наташа сжала трубку сильнее и прошептала:

– Это Кит. Он хочет поговорить с тобой. Что ему сказать?

Бренда протянула руку:

– Дай мне трубку.

– Ты уверена?

Бренда кивнула. Наташа ушла в спальню, не желая слышать, что сестра говорит. Она села на кровать, понимая, что их планы на вечер рухнули. Анна вышла из ванной и принялась сушить волосы.

– Моя сестра – круглая дура, – сказала Наташа Анне.

Бренде не уйти от Кита, она его никогда не оставит. Она развлеклась, получила несколько часов передышки, и теперь все возвращается на круги своя.

– Разговор с ним ведь ничего не значит? Или значит? – спросила Анна.

Ответа на этот вопрос не требовалось.