Второй шанс - Сара Дессен

Поздним вечером, когда я позволила себе краткую передышку в учебе, Хайди, перетащив кресло-качалку на веранду и запеленав Изби, укачивала спящую сестричку на руках и разговаривала по телефону.

— Не знаю. Когда мы разговариваем, у него такой убитый голос, — пожаловалась она собеседнице. — Будто убежден, что брак разлетится на куски, несмотря на наши усилия. Да, но…

На мгновение она замолчала, и до меня доносился лишь монотонный скрип кресла-качалки.

— Иногда боюсь, что действительно уже поздно, — наконец призналась она. — Будто он прав и ничего нельзя исправить. Знаю-знаю, ты всегда говоришь, что никогда не поздно. Только что-то мне не верится.

В заднем кармане вдруг неожиданно «пикнул» телефон. Вынув его, я взглянула на экран.

Как насчет кофе? Я угощаю.

Я перечитала сообщение несколько раз. Значит, никогда не поздно! Тут послышался очередной сигнал о сообщении.

Называй кафе. Я здесь пока ничего не знаю. Дж.

— Кто так поздно пишет тебе? — поинтересовалась Хайди, заходя внутрь. В одной руке — Изби, в другой — телефон.

— Это мой несостоявшийся кавалер на выпускном балу, — пояснила я. — Длинная история.

— Да? — переспросила она и вдруг запричитала: — Ох, да… Господи! Оден…

Я вздрогнула и оглянулась, решив, что за спиной либо начался пожар, либо произошел обвал.

— Что? Что случилось?

— Выпускной! — Хайди встряхнула головой. — Как мы раньше не додумались! Великолепная тема для пляжной вечеринки! Ночь выпускного бала! Просто класс!

Она схватилась за телефон, набирая чей-то номер, а когда трубку подняли, громко провозгласила:

— Выпускной! — Пауза. — Тема для пляжной вечеринки! Классно, да? Смотри, гости наденут нарядную одежду, а мы выберем короля и королеву бала, заведем приятную музыку и…

Хайди восторженно продолжала развивать тему вечеринки, а я поднялась наверх в комнату, где меня дожидались учебники и блокноты. Правда, желание читать пропало. Лучше подышу соленым морским воздухом.

На столе лежал одинокий лэптоп. Я машинально включила его и нашла в поисковике нужный сайт.

«Соревнования „Прыгающие байки“ в Рандаллтоне», — набрала я на клавиатуре. Нашлось около десяти видеороликов, среди которых я выбрала один-единственный с ярлыками-тегами «Стокк» и «Рампа».

Тот же видеоролик смотрели в «Клементине» — я узнала задний фон и знакомый шлем. Трюки в велопарке не шли ни в какое сравнение с тем, что творил на рампе Илай. В его прыжках чувствовалась грация и обманчивая легкость, ведь таких результатов непросто добиться. С каждым разом он взлетал все выше и выше в воздух, а вместе с ним выпрыгивало из груди мое сердце. До чего же опасный вид спорта, но как завораживает красотой бесшабашных трюков! А может, любое дело, если приложить все усилия, дает потрясающие результаты? Иногда рискуют жизнью, чтобы добиться желанной цели. И чем рискованнее занятие, тем больше хочется убедиться, что оно того стоит.

Следующим утром, после недели невразумительных телефонных разговоров, я наконец-то решилась навестить отца в гостинице. Обросший щетиной, папа встретил меня в темном номере с зашторенными окнами. Открыв дверь, он тут же рухнул на незаправленную постель, заложил обе руки за голову и закрыл глаза.

— Ну, расскажи, — попросил он, шумно вздыхая. — Как идет жизнь без меня?

Помпезный тон вызывал два желания: закатить глаза и промолчать или ответить честно, но я выбрала третий вариант и задала встречный вопрос:

— Разве ты не разговаривал с Хайди?

— Разговаривал? — Папа усмехнулся. — Да, мы говорим, но смысла в таких разговорах нет. У нас разные взгляды на жизнь, и общий язык найти невозможно.

Вот только не надо в деталях описывать ваши проблемы! Вполне достаточно знать об их существовании, признавая Самыми Глобальными и Неразрешимыми. Впрочем, раз уж пришла, придется копаться в подробностях очередного скандала.

— Это… из-за ребенка?

Он слегка приподнялся и удивленно посмотрел на меня:

— Это она так сказала?

— Хайди мне ничего не рассказывала, — успокоила я папу, раздвигая тяжелые шторы. — А спрашиваю потому, что хочется поскорее вас помирить. Только и всего.

Папа с интересом наблюдал, как я собираю пустые стаканчики из-под кофе и пакеты с фастфудом, разбросанные по номеру.

— Такая забота настораживает, — заявил он. — Особенно если учесть, что Хайди тебе не нравится.

— Что? — Я бросила пару испачканных в кетчупе салфеток в переполненную корзину для мусора. — Напротив, очень нравится.

— Значит, она тебе не кажется глупенькой Барби?

— Нет. — Я старательно отогнала мысль, что еще недавно думала о Хайди именно как о пустоголовой кукле. — С чего ты взял?

— Твоя мать считает ее глупышкой, — мрачным голосом пояснил папа. — А у вас на многое одна точка зрения.

Я мыла руки в ванной комнате и, услышав его слова, взглянула на свое отражение в зеркале, но через секунду отвернулась, сгорая от стыда. Когда-то мамино мнение действительно очень много для меня значило.

— Ну, не всегда и не во всем, — уклончиво ответила я, ища чистое полотенце.

— А знаешь, что мне всегда нравилось в твоей матери? — задумчиво произнес папа. — Ее настроение легко прочесть по лицу. Не надо строить догадки, искать скрытые намеки и заниматься домыслами. Я с полвзгляда понимал, когда ей грустно. А Хайди…

Вернувшись в комнату, я присела на соседнюю кровать.

— А что Хайди?

— Она очень скрытная, — вздохнул отец. — До поры до времени все держит в себе. Живешь себе счастливо, ни о чем не подозревая, а потом однажды выплескивается в лицо вся накопившаяся желчь. Хайди чувствует себя несчастной, потому что у нас ничего не складывается! Видимо, я не самый лучший из мужей, а более никчемного отца вообще трудно найти!

Выдержав короткую паузу, я осторожно спросила:

— Она так и сказала?

— Конечно, нет! — отрезал отец. — Понимаешь, Оден, в любом скандале всегда кроется подтекст. Дело в том, что в понимании Хайди я подвел и ее, и Фисбу. Наверное, так и случилось с самого первого дня.

— Попытайтесь начать все заново, с чистого листа, — предложила я.

Он печально усмехнулся:

— Все не так просто, дорогая.

— Что тогда остается? Жить в гостинице, одному?

— Ну, пока не знаю. — Он встал с кровати, подошел к окну и спрятал руки в карманы. — Не хочу больше усложнять жизнь, а без меня, возможно, все образуется само собой. Скорее всего, так и произойдет.

Неожиданный спазм сжал желудок.

— Сомневаюсь. Хайди тебя любит.

— Я тоже ее люблю, — признался папа. — Но иногда одной любви недостаточно.