Бриллианты для невесты - Лорен Вайсбергер

— Эмми, я повторяю вам это с вашего первого появления в моем кабинете: у вас много времени.

— Все журналы там говорят совсем о другом! — возразила она, указывая на дверь. — Разве вы не обманываете, заявляя, что у меня полно времени, а затем набиваете приемную статьями, в которых говорится, что мои яичники увядают?

Доктор Ким вздохнула. Это была красивая азиатка, в свои сорок два года выглядевшая лет на пятнадцать моложе, но не это беспокоило Эмми. Хороший врач — при каждом визите Эмми (а иногда и между ними) она заверяла, что та по-прежнему в детородном возрасте, Ким родила трех прекрасных детей, двух мальчиков и девочку, до своего тридцать первого дня рождения. Когда Эмми неоднократно спрашивала, как ей удалось сочетать мужа медицинскую школу, врачебную практику и троих детей в возрасте до пяти лет, работая при этом четыре дня в неделю и дежуря каждую третью ночь и каждые вторые выходные, доктор Ким лишь улыбалась, пожимала плечами и отвечала:

— Просто делаю это. Иногда это кажется невозможным, но все всегда так или иначе устраивается.

Лежа с разведенными ногами на медицинском столе ровно за день до своего тридцатилетия, Эмми была полна решимости снова услышать ободряющую новость.

— Расскажите мне о вашей среднестатистической пациентке, — начала Эмми, не обращая внимания на защищенный перчаткой палец доктора внутри себя. Чувствуя, что та берет мазок, Эмми затаила дыхание, чтобы не дернуться.

— Эмми! Сколько можно. Я уже сто раз вам рассказывала.

— Еще один не повредит.

Доктор Ким вынула палец и, стянув перчатку, вздохнула.

— У меня около двухсот пятидесяти пациенток на этом участке. Средний возраст впервые рожающих женщин тридцать четыре года. Это, разумеется, означает, что…

— Куча их еще старше, — закончила Эмми.

— Совершенно верно. И хотя я не хочу создавать ложное представление — важно, чтобы вы понимали — это Верхий Ист-Сайд и, вероятно, единственное место в стране, если не в мире, где применимы данные показатели, — большинство из них не испытывает никаких трудностей.

— Значит, беременных пациенток до тридцати лет нет? — настаивала Эмми.

Доктор Ким принялась ощупывать ее левую грудь уверенными круговыми движениями. Проделывая это, она сосредоточенно смотрела на стену. Закончив и со второй грудью, врач запахнула на Эмми халат и положила ладонь ей на руку.

— Всего несколько, — сказала она, озабоченно глядя на свою пациентку.

— Несколько! В прошлый раз вы говорили, что «практически ни одной».

— Только очень молодые жены нескольких врачей-мормонов из Юты наблюдаются в медицинском центре Маунт-Синай.

Эмми испустила вздох облегчения.

— Вы по-прежнему довольны своими таблетками? — спросила доктор Ким, делая запись в карте Эмми.

— Вполне. — Эмми пожала плечами и села на столе, вынимая ноги из держателей. — Оказывают магическое действие.

Доктор Ким рассмеялась.

— В этом-то все и дело, да? Я оставлю вам новый рецепт на следующие полгода в регистратуре, хорошо? Результаты анализов мы перешлем вам в течение недели, но не предвижу никаких проблем. Все выглядит абсолютно здоровым. — Она отдала карту медсестре и, убедившись, что Эмми прикрыта, открыла дверь. — Увидимся через полгода. И, дорогая, пожалуйста, успокойтесь. Как ваш врач, уверяю, что вам совершенно не о чем беспокоиться.

«Легко тебе говорить, имея троих детей, — думала Эмми, вежливо улыбаясь и кивая. — И тебе, и Иззи, и всем остальным гинекологам с выводком детей или пока еще с огромными животами советовать мне не волноваться». Сестра должна была родить в любую минуту она уже переходила три дня от назначенной даты, — Но к огорчению Иззи, у нее не было ни единой потуги и шейка матки не раскрылась ни на сантиметр. Эмми нехотя согласилась дождаться, пока Иззи ляжет в больницу, а потом уже прыгать в самолет до Флориды (Иззи уверяла, что первые дети могут задержаться на неделю или даже две, и глупо мчаться к ней, пока не начнется), но она не могла не думать о неминуемой задержке в появлении на свет ее племянника.

Одевшись, Эмми вышла и села на четвертый маршрут подземки до Юнион-сквер. Она хотела быстренько забежать домой и принять душ — что всегда считала необходимым после гинекологических обследований, — но, выйдя из метро на углу Четырнадцатой улицы и Бродвея, поймала себя на том, что шагает прямиком к дому Ли и Адрианы. Учитывая произошедший всего неделю назад разрыв Ли с Расселом и новые обязанности Адрианы, связанные с работой, Эмми надеялась, что хотя бы одна из подруг окажется дома — в мрачном настроении или заваленная писаниной, или то и другое, но консьерж покачал головой.