Хирург "на районе" - Дмитрий Правдин

— И сено, и на картошку ездили! Все было. Как советская власть рухнула, еще года три поездили, а потом все!

— Анастасия Романовна, а как же больные, бросали больницу?

— Почему бросали? Раньше все ставки были заняты, у нас врачей девять человек только работало на отделении, кого-то оставляли, а остальные — на покос! Леонтий Михайлович там ух как руководил! Ты — сюда, ты — туда! Никто не бездельничал! И сам работал — не угнаться! Весело было! Домой не ездили, ночевать там оставались, в здании старой школы нам место выделили, речка рядом — купались, загорали, а вечером — танцы. Ох, время было! Вы Рябова-то порасспрашивайте, если интересуетесь, он вам расскажет. Да, есть что нам вспомнить, лучшие годы в работе нашего отделения были.

— А сейчас что, худшие?

— Ну, не худшие, но и не самые лучшие. Врачей вон всего четверо, вы с Санычем, лор да Иван.

— Почему четверо, а Трошин? Вы его в расчет не берете? — напомнил я о нашем втором анестезиологе.

— Хм, Трошин — больной человек, по полгода на больничных проводит, а в этом году ему шестьдесят пять стукнет — может, вовсе на пенсию уйдет.

— Ну, уйдет, значит, уйдет. Раз мы по полгода без него справляемся — думаю, переживем. Ладно, вернемся к нашим баранам. Что нам следует сделать с санитарками?

— Ну что с ними делать? Пусть объяснительные напишут, да с Настей надо как-то вопрос уладить, чтоб заявление из милиции забрала. Я, правда, не представляю пока, как это сделать. Это надо же, догадались человека экскрементами облить! От дуры! Но я это возьму на себя, а вы поговорите с Тамаркой и Наташкой, только построже! Как заведующий! Орать не надо, девкам и без того стыдно, протрезвели, но приструнить просто необходимо! Справитесь или мне поприсутствовать?

— Думаю, справлюсь, — решил я. — А где они сейчас?

— Дома, где ж им еще быть. Я уже девчонок за ними послала, скоро будут. Построже, Дмитрий Андреевич! — напомнила старшая сестра. — Чтобы все знали, кто в доме хозяин! Леонтий Михайлович, бывало, только глянет, у них уже поджилки трястись начинают, и орать не надо! Вам, наверное, главный сказал, что дает время?

— Да, сказал! Говорит, полгода на адаптацию даю, а затем уже по полной спрашивать буду!

— Ну, и хорошо, через полгода у вас уже все отлично будет.

«Да, вот они, подводные камни должности заведующего отделением — тряпки, швабры, пьяные санитарки! — думал я. — Этому тоже в институте не учат, на месте приходится вникать. Жаль, я Ермакова не расспросил… Леонтий Михайлович был настоящим хозяином отделения, но и он, наверное, не с ходу им стал. Да, круто судьба завернула, не было печали, как говорится».

Если бы не отъезд Ермакова, я ни за что не согласился бы на такой пост. Но Саныча главный врач ни в какую не хотел видеть руководителем, несмотря на солидный хирургический стаж. И теперь я должен был не только оперировать, но и заниматься черт-те знает чем!

Пришли понурые санитарки: двадцатилетние девчонки с опухшими, мятыми, но не потерявшими природной привлекательности лицами.

— Ну, что, красавицы, весело вам вчера было? Что молчите, носы повесили?

— А что говорить? — за двоих, без энтузиазма ответила Наташа.

— Ты вот, Наталья, сколько у нас уже работаешь?

— Два года почти.

— А ты, Тамара?

— И я столько же, мы вместе пришли.

— Два года работали, и все нормально было, да? Пока значит, Ермаков у руля был? А как я стал заведующим, то можно на ушах стоять? Можно ходить и людей фекалиями обливать?

— Да нет! Дмитрий Андреевич, — начала Наташа, — мы вас тоже сильно уважаем, просто так получилось!

— Мы не специально, — промямлила Тамара.

— О как! Не специально облили мочой! Нечаянно дерьмом измазали! Да?

— Ну, примерно так. Мы на самом деле не хотели! Просто напились вчера, а тут в окно смотрим, а эта сука Настя с терапии с Мишкой Ковалевым стоит, обнимается во дворе больницы, у всего народа на глазах, и ей даже не стыдно, а он мой парень был, мой! Понимаете?

— Понимаю, Тамара, ты успокойся и рассказывай все по порядку, не сбивайся и не уходи в сторону!

— Да не могу я успокоиться! Мы же с Мишкой пожениться собирались, уже заявление в ЗАГС подали, у нас через неделю свадьба должна была быть, а тут эта влезла!

— Как влезла?

— Ну, Мишка с ней до меня ходил, а потом они поругались, и он ко мне стал клинья подбивать. Мы год с ним встречались, год! Этой шалавы ни слуху, ни духу не было, а тут вот нарисовалась!

— Так что ее не было в поселке?

— Не было, куда-то завербовалась на год, говорят, в Чечню ездила по контракту. А тут перед самой свадьбой приехала и к Мишке прибежала: «Прости, Мишенька, не могу без тебя!»

— А он что?

— Снова с ней снюхался! А эта гадина специально к нам в больницу устроилась, специально! Мол, посмотри на меня, я медсестра, а ты санитарка занюханная! А мы, между прочим, с Натахой в юридическом на заочном учимся, уже на третий курс перешли. Думаете, мы всю жизнь санитарить будем?

— Нет, я так не думаю, — покачал головой я. — Вы как будущие юристы знаете, где вы будете, если продолжите в том же духе.

— Дмитрий Андреевич, это я Настю облила, Наташа тут ни при чем, она просто рядом стояла.

— Ну, ладно, одна делала. А без этого нельзя было обойтись?

— Да как-то так само собой получилось. Мы же когда Леонтия Михайловича провожали, почти и не пили, а когда все разошлись, мы посуду домыли и тоже собрались уходить, тут я Мишку с Настькой и увидела. Это я предложила пойти водки купить!

— Для храбрости жахнуть?

— Да, для храбрости! Вот, накатили мы и пошли в терапию, я знала, что она вчера дежурила. Я ей все объяснила мирно, чтоб она от Мишки отстала, что у нас свадьба скоро, а она не понимает, давай убегать, хотела в туалете спрятаться. Ну, в туалет я за ней забежала, она поскользнулась, упала на пол, я вижу, там «утки» полные стоят, ну и вылила на нее, — объяснила Тамара.

— И все?

— Ну, там сказала ей еще пару ласковых, но это уже не интересно. А Натаха даже пальцем ее не трогала.

— Да, и это будущие юристы! Боюсь, если вы конфликт не уладите, то вообще ими не станете.

— Как это?

— А вот так! Настя на вас заявление в милицию накатала и, думаю, краски не забыла сгустить, а Мишка тот вообще убить обещал.

— Кто, Мишка? — ухмыльнулась Тамара. — Да он тряпка половая, я еще и его в дерьме вывожу, пусть только сунется!

— Что ж, ты за тряпку замуж-то собиралась?

— Как что? Самый подходящий вариант, всю жизнь кофе в постель носил бы! Он и стирать, и готовить может, и прибираться.

— И к другой уйти, если та поманит, — кивнул я. — Не слишком-то выгодный муж. Ладно, пишите объяснительные, а там видно будет, что с вами делать.