Мир под кайфом. Вся правда о международном наркобизнесе - Нико Воробьев

В итоге так и вышло. В 2008 году испанская полиция арестовала на Майорке бывшего боксера Геннадия Петрова, лидера конкурирующей группировки. Петров переехал в Испанию в 1998 году и жил в роскошном особняке, украшенном каменными львами, римскими колоннами и бесценными православными иконами. С помощью прослушки удалось установить, что он поддерживал контакты с высокопоставленными чиновниками, включая самого Аулова, которому он звонил 78 раз в течение одного года. Два года спустя разразился скандал: тогда на WikiLeaks опубликовали документы испанской прокуратуры, в которых говорилось, что преступные синдикаты были интегрированы в официальную иерархию по модели так называемого мафиозного государства. Правительственные агентства обеспечивали организованным преступным группировкам защиту в обмен на грязную работу — контрабанду оружия и политические убийства ^[82].

ФСКН была широко известна своей продажностью. В одном из самых громких дел отставной полковник российской армии, его жена, дочь и ее тетя получили по восемь лет за распространение опиума — хотя они всего лишь выпекали булочки с маком в семейной пекарне. Помимо абсурдного предположения, что наркоманы обжираются маковыми булочками в поисках кайфа, поводом для обвинения послужило то, что незадолго до этого агенты ФСКН потребовали у этой семьи 50 000 рублей в месяц за защиту их бизнеса — а те отказались платить. А случаев, когда агентов ловили с целыми брикетами героина, просто не сосчитать.

В 2016 году испанцы выписали ордер на арест Аулова. Иванов заявил, что Аулов использовал Петрова как информатора, но скандал был слишком громкий даже по меркам Москвы, поэтому в итоге ФСКН закрыли, а ее полномочия и служащие перешли к МВД.

Важно не слишком увлекаться теорией мафиозного государства, потому что так и до шапочек из фольги недолго дойти. В конечном счете в октябре 2018 года испанский суд оправдал большинство чиновников, связанных с делом Петрова, хотя имелись все причины признать их виновными (Петров сбежал из-под залога, а ордер на арест Аулова все еще действует). Кремль, разумеется, все отрицает и настаивает на том, что Россия — совершенно нормальная страна. Ну да, коррупция имеется, но где ее нет? Самое белое пальто у Великобритании: притворяется чистой и невинной, хотя половина грязных денег всего мира проходит через Лондон — в том числе те, что приходят из России. Но это другой вид коррупции: ни один дилер из тех, кого я знал, не отстегивал деньги МИ-5.

Главная ошибка, которую допускают непосвященные, — это вера в то, что в России медведь в лесу не может пукнуть без разрешения Путина. Он ведь не всевидящий кукловод. Считайте, что это как король и его двор. Король правит безраздельно, а его лорды лезут друг другу через голову. Сегодня выше оказалось Министерство внутренних дел, завтра ФСБ. Один из агентов ФСКН, переведенных в другое ведомство после упразднения этой службы, — Юрий. Я познакомился с ним через общего друга, мы встретились в кафе, где любят бывать сотрудники милиции.

«Раньше мы были под ФСКН, но потом нас перевели, — рассказал он, внимательно разглядывая меня, пока я таращился на пистолет под его кожаной курткой. — Но у нас теперь гораздо меньше влияния, чем раньше. Если случается важное расследование, ФСБ постоянно перебегает нам дорожку».

Эти войны за влияние между различными агентствами и службами заменили бандитские разборки прошлого — все борются за место под солнцем. Я спросил Юрия, как они развлекаются.

«Ну, иногда мы куда-то ходим, выпивка, там, женщины, — сказал он. — Но сам я не пью, не курю, меня только качалка вставляет. Мы, опера, никогда не знаем, кому доверять, кто с кем повязан, — повсюду сплошная коррупция. Есть круг из трех-четырех людей, но вообще нельзя никого к себе подпускать».

Теневой мир теперь существует при свете дня. Не удивительно, что Юрия мучает паранойя.

Когда война в Чечне закончилась, Кремль выбрал самого влиятельного военачальника, Рамзана Кадырова, и уговорил его сменить сторону. С тех пор он правит в Чечне железной рукой и законами шариата. В 2017 году появились сообщения о сотнях гомосексуалов, которых сгоняют в концентрационные лагеря и подвергают пыткам. Есть и погибшие.

«Если бы в Чечне были такие люди, у правоохранительных органов не было бы никаких забот с ними, поскольку сами родственники отправили бы их по адресу, откуда не возвращаются», — заявил пресс-секретарь Кадырова, отрицая наличие геев в республике.

А через несколько месяцев спустя подобную операцию провели против наркопотребителей. Однако Кадыров правит только одним регионом. Представьте, что было бы, окажись в его руках власть над целой страной…