Дейзи Фэй и чудеса - Фэнни Флэгг

Маргарет Пул курила в туалете, и тут дверь распахнула миссис Макклей, чтобы нас позвать. Не успела я понять, что случилось, Маргарет Пул сунула мне в руку сигарету и сказала:

— Я готова, миссис Макклей.

Миссис Макклей огляделась, увидела меня и подняла скандал. Она сказала:

— Фрэнсис Харпер, что ты делаешь с сигаретой? Ты в публичном месте. — Потом вырвала у меня сигарету, подбежала и бросила в унитаз, не успела я и рта открыть. И говорит: — Как ты посмела позорить конкурс «Мисс Миссисипи»! Сегодня ты отсюда не выйдешь. Я с тобой позже разберусь, мисс!

От удивления я так и осталась стоять где стояла. Когда они выходили, я услышала, что Маргарет Пул говорит:

— Я предупреждала ее, что не надо курить, миссис Макклей.

Кей Боб Бенсон, которая все видела, заржала как ненормальная и вышла из туалета со своим жезлом. Не зная, что делать, я тоже вышла и стала смотреть, как народ выступает. Когда до меня дошла очередь, миссис Макклей пропустила мое имя и назвала следующее.

Когда все отвыступались, миссис Макклей сказала в микрофон:

— Леди и джентльмены, должна с сожалением сообщить, что в этом году мы последний раз смотрим выступление четырех наших любимых конкурсанток, и нам будет не хватать этих юных леди, которые так долго украшали нашу сцену своей красотой и талантами. Однако девушки сказали, что хотели бы на прощанье подарить нам небольшой специальный номер. Уверена, он нам понравится. — Она прочитала карточку, которую дала ей Дарси, и произнесла: — Итак, леди и джентльмены, с большим удовольствием представляю вам «Квартет Простушек».

Мэри вышла с гавайской гитарой, и Дарси с барабаном. Мэри сказала: «Раз, два, раз-два-три», и вот какую песню они исполнили на мотив «Индюшки в соломе»:[112]

Она прегромко пукнула и на пол насрала,

О ручку двери вытерлась, такие, брат, дела.

Она валандалась без сна в тоске, в одном носке,

И полуголая луна сверкала на соске.

И в скважину замочную смотрела — вот ништяк! —

Коленкой забинтованной опершись о косяк.

Задранная юбочка и спущены трусы,

А задница — прекрасная, как попка колбасы!

Достойна песня ваших ушек!

Квартет простушек-потаскушек.

Мэри и Пенни потратили два дня на создание самой грязной песни, какую только можно придумать. Они допели, согнулись в глубоком поклоне и убежали. Зрители онемели.

Хохоча и взвизгивая, Дарси и Мэри схватили меня за руки и крикнули:

— Бежим, девчонка!

Мы выскочили из дверей, прыгнули в мое такси и помчались к ним в отель выпить. Они сказали, что ждали этого три года.

9 августа 1959

Нынче утром весь персонал и конкурсантки были созваны на незапланированное собрание. У миссис Макклей был вид восставшей из гроба. Наверное, она не ложилась, потому что на ее вчерашнем платье болтался все тот же, но мертвецки обмякший букет, а на голове у нее черт-те что творилось, какое-то воронье гнездо. Она сообщила, что, к сожалению, в связи со сложившимися обстоятельствами мисс Дарси Льюис, мисс Джо Эллен Фили, мисс Мэри Кадсворт и мисс Пенни Рэймонд не будут выступать в театре «Стейт». Они останутся за кулисами и выйдут только для получения стипендии.

Потом сказала со слезой:

— Я хочу пожелать вам всем сегодня удачи. — И высморкалась. — И еще одно напутственное слово будущей победительнице — кто бы ею ни стал. Не помните розы, они бархатные.

После этого все поехали в театр репетировать. Меня пока не вычеркнули из списка выступающих. После того, что натворили Дарси и компания, видимо, она сообразила, что курение по сравнению с этим — мелочь.

После репетиции нам велели вернуться в шесть тридцать и быть готовыми к выходу в семь тридцать. Я раздобыла билет на шоу для своего таксиста. Заехал он за мной в костюме и галстуке, и я порадовалась, что среди зрителей будет хоть одно знакомое лицо. Перед выступлением, когда мы все стояли за кулисами, ко мне подошли трое пожилых рабочих сцены и пожелали удачи.

Даже не думала, что буду так нервничать, но театр рассчитан на две тысячи зрителей, и в зале негде яблоку упасть. Заиграл орган Хаммонда стоимостью в миллион долларов, и конферансье принялся выкликать наши имена. Девушки выходили по очереди. Сердце у меня колотилось жуть как, думала, инфаркт случится. Когда назвали мое имя, девушке, стоявшей сзади, пришлось меня подтолкнуть. Я вылетела на сцену, по глазам полоснул луч прожектора, я ослепла, но сумела улыбнуться, спасибо Бетти Колдуэлл за починенные зубы. Народ громко зааплодировал, кажется, я понравилась. Я удивилась, но времени поразмышлять над этим не оставалось, нужно было спешно переодеваться для конкурса купальников. Слышали бы вы, как орал и свистел зал, когда в свете прожектора засиял мой расшитый блестками купальник. Очень им понравилось. Спасибо мистеру Сесилу и Сесилеткам.

Прожектор был такой яркий, а контактные линзы так резали глаза, что я чуть не свалилась с подиума. Народ продолжал вопить, так их поразил мой купальный костюм. Сойдя со сцены, я была слепа как крот, слава богу, Дарси отвела меня в гримерную. Коленки у меня еще дрожали.

За какие-то две минуты я переоделась в костюм «Сюси Свитуотер» и сломя голову помчалась вниз, на сцену. Но, как выяснилось, времени у меня было полно. Конферансье только что объявил первый номер: Бетти Ли Хансом, которая играла «Тико, Тико» на электрооргане. Она вышла, села, широко улыбнулась зрителям и ударила по клавишам. Но орган не издал ни звука. Она снова взяла аккорд, с тем же результатом. Она обернулась и крикнула рабочему сцены: что-то не так. Тот вышел и увидел: она колотит по клавишам изо всех сил, а звука нет. Рабочий нашел вилку и воткнул в разъем, но, по всей видимости, произошло короткое замыкание, потому что инструмент издавал совершенно не те ноты, и это было ужасно. Со сцены Бетти Ли унеслась, выкрикивая, что сейчас кого-нибудь убьет. Я и стоявший рядом рабочий сцены предусмотрительно отступили в сторонку.

Следующей выступала Тэппи Лу Норрис, у нее был танец на стихотворение «Деревья». Тэппи Лу прыгала по сцене, но осветитель не успевал за ее прыжками, так что зрители видели только случайно выхваченную из темноты руку или ногу. Я понимаю, каково было осветителю, я и сама однажды так мучилась, но кроме того, прожектор светил настолько слабо, что ее в принципе было невозможно увидеть. То ли где-то замыкание, то ли накрылась вся электрическая система. Меня прошиб холодный пот: как же я-то буду смешить народ в темноте и без звука? Тэппи Лу закончила выступление и, выскочив со сцены, вцепилась в меня и спросила: