Вид с больничной койки - Николай Плахотный

Процитирую 16-й абзац судебного документа: «Ссылка истца на то обстоятельство, что акции не принесли ему достойных дивидендов, несостоятельна и не основана на законе, поскольку истец добровольно распорядился своим ваучером, стал акционером АВТОВАЗа».

Сказанное следует разуметь так: любые действия одиночки-акционера обречены на неудачу. Очень это напоминает забавную песенку о туземцах некоего заколдованного острова. Речь, помнится, шла о том, что они прогневили небо, — с тех пор все валится у них из рук. «Что они ни делают, не идут дела. Видно, в понедельник их мама родила». Напрашивается аналогия. Ведь 19 августа девяносто первого года пришлось аккурат на понедельник.

Хотелось, но не стал я подавать апелляцию. Потратить еще год на мытарства, на хождения по судебным коридорам, — в мои-то годы непозволительная роскошь. Лучше лишний раз побродить по заповедным рощам и вырубкам вокруг Боровска. В апреле на южных склонах Протвы после зимней спячки вылезают сказочного вида сморчки. Однако до той поры надо было еще дожить.

От чтива казенных бумаг у меня возникли вопросы. Захотелось с судьей пообщаться. Набрал по памяти знакомый номер телефона.

— Это Мария?

— Вы ошиблись.

— Тогда значит Жанна?

— Тоже нет.

— Что ж, пусть возьмет трубку другая Мария или Сергей.

— Всех, кого перечислили, уже нет… Уволены. А кто спрашивает?

Я назвался полным именем.

— А-а-а, знаем… По всем вопросам теперь обращайтесь, пожалуйста, к другому судье.

Без препирательств назвали имя новой служительницы Фемиды, теперь в ее руках бумаги по моему делу. Фамилия воспреемницы — Михайлова Л. B. Через ее помощников быстро обо всем договорились. В процессе телефонного общения чувствовал я доброжелательность и человечность в житейском понимании, не предусмотренные нормами действующего арбитражного процессуального кодекса.

На доброту я отзывчив. Всегда готов понять обидчика. В данной же ситуации мог без лишних слов простить ОАО всю сумму по выигранному иску, кабы был уверен, что 256 руб. 90 коп. будут бухгалтерски оприходованы, попадут в честные руки, помогут трудовому коллективу в решении актуальных производственных задач. Однако, боюсь, моя «капля» погубит накренившийся на один борт дредноут отечественной индустрии. Это не гротеск и не парадокс — печальное реалите нашей действительности.

Оглянемся окрест. Вспомним дурацкие, вместе с тем и трагические 1991–1993 годы. АВТОВАЗ собирал ваучеры, чуть ли не тоннами. При этом суля доверчивым совкам и лохам сказочное благополучие американского образца. На моем регистрационном свидетельстве зафиксирован № 172 040 040. А ведь я прибыл в Тольятти в самый разгар скупочной кампании. Значит, общее число сдатчиков могло удвоиться, а то и утроиться.

Обналичив темно-голубые фантики от Чубайса в реальные госзнаки, новые Гобсеки, Рябушинские, Морозовы, Демидовы по предприимчивости, по широте творческого размаха явно уступали своим предшественникам. Вместо того, чтобы по умному распорядиться чудом, попавшим в руки баснословным народным капиталом, ударились в примитивное ростовщичество; стали прятать денежки по темным углам, как тогда назывались полукриминальные офшорные банки. Между тем автозавод в Тольятти в начале 90-х годов нуждался в серьезной модернизации производственных мощностей. Конструктивно, качественно его продукция уже не соответствовала уровню мирового машиностроения. Тогда уже воочию выявились кризисные симптомы опасной болезни, которые в итоге и довели АВТОВАЗ до ручки.

Руководство, менеджеры думали: так будет всегда. В чаду ажиотажа и рвачества никто не желал довольствоваться малым. Загребали изо всех сил. Рвали и метали…

6

В судебный репортаж просится еще одно действующее лицо: не свидетель, не соучастник, не детектив и не соответчик. Ни разу имя его не прозвучало ни по ходу судебного действа, ни в кулуарах, в протоколах не значится, между тем образ его незримо присутствовал в зале заседания. Как говорят поэты, витал!

Автогигантом в Тольятти фактически рулил москвич, выходец из НИИ нечеткого профиля. Говорят, тот господин научную степень имел, защитил диссертацию по теоретической теме. Обладал незаурядными математическими способностями — по скорости счета соперничал с компьютерами второго поколения. Свалившийся будто с неба залетка (под кодовым именем БАБ) приглянулся местным обывателям с первого взгляда столичными манерами, обходительностью, галантностью. При том лично для себя особо ничего не требовал, ни на что не претендовал. Чуть ли не схимник! Поселился в стандартном номере заводской гостиницы. Ходил по улицам без охраны. Сам за все платил.

…Однажды в кругу доверенных лиц Борис Абрамович — в перерыве между подачами вторых блюд — изложил перспективный план развития завода малолитражек. Он не жалел красок, накладывал их жирными мазками, — в основном розовое и голубое. Под конец вырисовались довольно четкие контуры… Через какие-то пять-семь лет АВТОВАЗ должен стать лидером автомобилестроения в планетарном, разумеется, масштабе. Причем не потребуются от инвесторов ни баксы, ни дензнаки российского происхождения. Достаточно будет народной валюты — ваучеров. Свои расчеты ученый математик тут же промодулировал на обратной стороне бумажной салфетки, с помощью знаменитой формулы Марфи.

Летучка в банкетном зале санатория «Утес» оказалась счастливой как для тостующего, так и для тостуемых. Хотя, как сказано было выше, московский гость лично дли себя ничего не просил. Хозяева сами предложили ему исполнять ответственные функции представительства от завода в столице, со скромным денежным вознаграждением. БАБ поднял брови, удивился, но тут же благородно, не торгуясь, согласился. Вскоре на Новокузнецкой улице, в цокольном этаже барского особняка, возникла невзрачная контора, увенчанная бронзовой вывеской глубокого литья: ЛОГОВАЗ. Что сие слово значит, какой таит в себе смысл, подтекст — до сих пор не расшифровано. Языковеды путаются в догадках. Молчат и словари. У Оксаны Сидоровой спрашивал. Юрист-девица изящно ушла от ответа, посоветовала обратиться в БИЗНЕССОФТ. Подумав, добавила: эта информация обойдется как минимум в полторы тысячи рэ.

Вознамерился я удовлетворить любопытство халявным образом: позвонил в газету «Коммерсант». Экономический обозреватель Дмитрий Бутрин неохотно признался: этимологии этого слова он не знает.

Да что с молодежи возьмешь! В девяносто первом и в девяносто третьем они пешком под столом ходили. Позже учителя в школе, потом преподаватели в вузе (в соответствии с утвержденной министерством программой) малость подкорректировали новейшую истории. Переход от социализма к капитализму объяснили влиянием музыки Битлзов… Под ее завыванье и буханье народ в едином порыве как бы поднялся против ненавистной диктатуры сталинистов, возжелав реальных демократических ценностей. Что оно такое? Конкретно сформулировать невозможно. Неудобоваримое пустопорожнее политиканы-демагоги, морщась, переводили на язык толпы… Будто это Советский Союз затеял Вторую мировую войну, что подтверждается тайными протоколами Молотова — Риббентропа. По недоразумению мы фашистов одолели. Да и нужна ль была народу та победа без… демократических ценностей?! В это высокое понятие козлы от политики вкладывают сугубо базарный смысл… Чтобы всякий чувак имел возможность щеголять в модных джинсах американского покроя; чтобы не было проблем со жвачкой, с фастфудами, кока-колой, пепси, пивом; чтобы отменили армейскую обязаловку и прочие социалистические прелести. Тогда-то по наущению Гайдара «преподобный царь» Борис пустил в житейский оборот принцип уголовников: «Разрешено все, что не запрещено!». Немного погодя в городе Тольятти и объявился БАБ, аки бес из табакерки. С опущенным ниц взором ученый математик предложил трудовому коллективу ВАЗа интеллектуальные услуги. Фактически «за бесплатно»: в виде представительских, плюс командировочные расходы. Но с одной оговоркой… Пятьдесят процентов поступлений от реализации сошедших с конвейера «Жигулей», «Нив»««Лад» должны перечислять без посредников, напрямую ЛОГОВАЗу.