Горизонт в огне - Пьер Леметр

– Я приехала к вам по поручению мужа.

Дитрих развернулся, отдал приказ молодому человеку, который остался стоять у него за спиной. Затем он обратился к Мадлен:

– Прошу вас следовать за мной…

Он указал в сторону лестницы. Бок о бок они поднялись по ступенькам.

– Какая погода была вчера в Париже, госпожа Жубер?

Они знали, когда она приехала и, конечно, где остановилась… Осталось ли что-то, чего они еще не знали о ней?

– Очень приятная, майор.

Широкий коридор, потом другой. Здесь шумели голоса, быстро стучали пишущие машинки, кто-то нервно мерил шагами каменный пол. Просторный кабинет включал в себя уголок гостиной, и майор указал ей на диван.

– Не стану наносить француженке оскорбление, предлагая ей чай или кофе, которые делают у нас в министерстве… Но может быть, стакан воды?

Мадлен жестом отказалась. Дитрих устроился на стуле напротив нее, даже сидя, он на две головы возвышался над ней. Он изобразил фальшивое раскаяние.

– Итак, госпожа Жубер, это провал?

– Можно сказать и так, майор. Мой муж держался, сколько мог, но…

– Какая жалость! Прекрасный проект!

Мадлен демонстративно скрестила руки на папке, лежащей у нее на коленях:

– Да. И уже достаточно разработанный…

– Хотя последние испытания не были слишком убедительными…

Его тон был неестественно шутливым.

– Муж часто говорил мне, что испытания служат для того, чтобы… испытывать. Неудачи сделали возможными впечатляющие достижения в разработке модели турбореактивного двигателя. Требовалось только, чтобы заказчики еще немного запаслись терпением и даже, осмелюсь сказать, проявили некую храбрость.

– И вашему мужу претит мысль о том, что плод его труда выброшен на помойку… И он желает, чтобы его исследования продолжались…

– В интересах научного сообщества!

Дитрих кивнул, он понимал благородство таких намерений. Он указал на папку, лежащую на коленях Мадлен:

– Это…

– Да, оно.

– Хорошо, хорошо, хорошо. И ваш муж остается, в рамках этой операции, совершенно незаинтересованным лицом…

– Абсолютно, майор! – смущенно ответила Мадлен. – Интеллектуальный труд во Франции не банальный товар. У нас творчество не продается!

– На каких же условиях в таком случае ваш муж собирается принести пользу… научному сообществу результатами своих исследований?

– Ну конечно же безвозмездно, майор, безвозмездно! За исключением некоторых второстепенных расходов, конечно же.

– Расходов порядка…

– Муж оценивает их в шестьсот тысяч швейцарских франков. Я ему сказала: «Гюстав, это неблагоразумно. Ты столько потратил, это бесспорно, но люди в конце концов подумают, что ты корыстен». И аргумент подействовал! Он сделал перерасчет, ведь я была права: всего пятьсот тысяч швейцарских франков.

– Это большие расходы…

– Да, майор, исследования сегодня стоят страшно дорого.

– Я хочу сказать, что это слишком большая сумма.

Мадлен кивнула: я понимаю. Она встала:

– Честно говоря, майор, я предпочла приехать в Берлин, а не пересекать Атлантический океан, как просил меня муж, потому что я и морские путешествия… Спасибо, что приняли меня, очень любезно с вашей стороны.

Она сделала три шага по направлению к двери.

– Все зависит… от важности данных бумаг.

Мадлен повернулась к Дитриху:

– Скажите, майор… Как у вас самих, я имею в виду – у славной авиации рейха, обстоят дела с турбореактивными двигателями?

– Ну… мы продвигаемся немного на ощупь, правда.

Мадлен постучала по своей папке:

– Вот что позволит вам перейти от продвижения на ощупь к самым современным разработкам. Не будет же великий рейх показывать миру авиацию, которая двигается на ощупь, майор!

– Я понимаю… Но это, знаете ли, решение деликатное. И важное. Принимая в расчет расходы…

Мадлен протянула ему папку:

– Вот несколько выдержек. Чертежи, планы, результаты кое-каких тестов и четыре страницы последнего отчета с рекомендациями. Я вам честно скажу, если бы вы избавили меня от путешествия на корабле до Нью-Йорка…

Она сделала вид, что обмахивается рукой, как будто на нее напала морская болезнь.

– Надо провести экспертизу всего этого…

– Например, до понедельника?

Мадлен замолчала. Дитрих улыбнулся.

– Значит, в то же самое время? Да, вот еще что… Не стоит приходить за документами ко мне в отель и воображать, что вы сможете меня потревожить… Все находится в надежном месте и…

И действительно, оставшиеся бумаги, все самое главное, находилось в Гранд-отеле «Эспланад» в номере Поля и Влади.

– Госпожа Жубер, это не методы Третьего рейха! Мы люди цивилизованные.

– В таком случае в понедельник я охотно рискну выпить у вас министерского чайку…