Мы с истекшим сроком годности - Стейси Крамер

– Зачем ты сюда приехал? – робко спрашиваю я.

– Я все знаю, Джина. Знаю про обследование, знаю про истинную причину твоего отъезда.

– Эдриан… это уже ничего не меняет. Я не смогу быть с тобой, – говорю я, глядя в его глаза и испытывая невероятное чувство счастья. Господи, как же я счастлива, что он здесь. Даже если это сон. Это самый лучший сон за всю мою жизнь.

– Из-за чего? Из-за слов врача? Из-за возможных или невозможных последствий?! Это же абсурд! Джина, люди рак побеждают. Неужели ты до сих пор не поняла, что со всем в жизни можно справиться?

– Поняла! – В горле застревает ком, по онемевшим щекам ползут слезы.

– Ты же любишь меня? – улыбаясь, спрашивает он.

– Люблю. Именно это все усугубляет. Я не хочу портить тебе жизнь, я… не хочу, чтобы ты был моей сиделкой, – внезапно вспоминаю разговор с Эстер и чувствую болезненный укол в груди.

Эдриан подходит ко мне, все так же улыбаясь, обхватывает своими холодными руками мои щеки и смотрит мне в глаза.

– Джина, я приехал сюда, потому что люблю тебя. И я готов отправиться за тобой куда угодно: в другой город, страну, на любой континент, лишь бы быть рядом с тобой, слышать твой голос, видеть твою улыбку, как сияют твои глаза. Черт возьми, это самые прекрасные глаза в мире, когда я смотрю в них, мое сердце хочет вырваться из груди и лично признаться тебе в любви.

Я смеюсь и плачу одновременно, как маленькая девчушка, не сводя с него глаз и не теряя этого всепоглощающего чувства блаженства, удовлетворенности. Великое счастье осознавать, что он рядом со мной.

– Я люблю тебя, Джина. И я хочу пройти с тобой через все трудности. Их будет немало, но мы справимся. Да что я с тобой церемонюсь? – Эдриан высвобождает мое тело из объятий кресла, крепко обхватывает меня руками и целует. Я обнимаю его, стараясь согреть его замерзшее тело. Мы слились в одно целое, неделимое, нам безразличен весь остальной мир, потому что в такие минуты кажется, что в нем кроме нас и нашей любви больше ничего нет.

– Теперь ты от меня точно никуда не денешься, – шепчет он.

Нашу идиллию прерывает скрип двери.

– Вирджиния? – в недоумении спрашивает мама.

– Здравствуйте, миссис Абрамс, – улыбается Эдриан.

Сейчас я искренне завидую Эдриану с его непоколебимым спокойствием. Меня вся неловкость сложившейся ситуации накрывает с головой. По моим пылающим щекам можно об этом сразу догадаться.

– Мам, это Эдриан – мой психотерапевт… бывший, и парень… нынешний.

Мама начинает смеяться, затем ее смех подхватываем мы с Эдрианом.

– Ну что ж, «парень нынешний», проходите, будем знакомиться.

Хотела бы я закончить свою историю рассказом про свое чудесное исцеление. Как однажды проснувшись утром, я обнаружила, что могу шевелить пальцами и ощущать прикосновение руки. Поверьте, мне очень хочется, чтобы так и было, но, увы, это неправда.

Целый год мы с Эдрианом проводим в реабилитационном центре Миннеаполиса. Эдриан устроился туда психотерапевтом и уже успел завоевать симпатию множества пациентов, с которыми проводил сеансы. После завершения реабилитации я поступила в колледж. Да, это, конечно, не предел моих мечтаний, но другого выхода у меня не было. Для тех высот, на которые я себя настроила, к сожалению, я уже непригодна. Травма мозга дает о себе знать каждый день, из-за нее я продолжаю пить множество лекарственных препаратов, чтобы отдалить от себя те страшные последствия, которые рано или поздно меня настигнут.

Сегодня особенный день. Утренним рейсом я и Эдриан прибываем в Рехобот-бич. Мы являемся гостями одного радостного события – свадьбы Андреа и Тома! Год назад Дэлмар вынес вердикт, что Андреа выйдет замуж. И добавил, что он никогда не ошибается. И вот буквально неделю назад я обнаружила в своем почтовом ящике конверт с двумя пригласительными внутри. Я воспарила до небес, когда узнала о грядущем событии. Черт возьми, Андреа, моя Андреа выходит замуж!

Свадьбу решили отметить в самом центре. В этот день сюда съехалось огромное количество людей, которые заполонили практически весь парк. Я узнаю в толпе Мардж и Дэлмара, Ксавье и Марин, Софию. Я так рада видеть их после долгой разлуки.

Встречаю Филиппа. Я даже сначала не узнаю его, настолько он изменился за год жизни вне центра. Прибавил в весе, сменил прическу, стал более уверенным и еще красивее. Фелис мне проговорилась, что у Фила появилась подружка. С ней он познакомился в том самом колледже, в который так мечтал поступить.

Я знакомлюсь с родителями Томаса и Андреа. Их мамы не сдерживают слез радости за своих детей, а отцы все еще стараются держаться мужественно.

– Девочки, как же я волнуюсь, – говорит Андреа.

Я, Фелис и пара стилистов кружим над невестой. Пока девочки закрепляют прическу и проверяют, как сидит платье на ее миниатюрном, парализованном теле, я держу Андреа за руку и пытаюсь ее успокоить. Хотя у самой сердце вздрагивает от одной только мысли, что уже через несколько минут моя подруга произнесет клятву у алтаря.

– Не волнуйся. Ты такая красивая! – говорит Фелис.

– Я так боялась, что ты не приедешь, – признается мне Андреа. – Ты же теперь студентка, вся в учебе, – улыбается она.

– Учеба меня будет сопровождать всегда, а свадьба подруги случается всего один раз в жизни.

Перед самой церемонией мне и Брису удалось перехватить Тома, который волнуется не меньше своей будущей жены.

– А вдруг я забуду клятву? Господи, вдруг я забуду клятву?! Что тогда будет?

– Успокойся, парень, – смеется Брис. – Ты ведешь себя хуже законченной истерички.

– Ага, посмотрю я на тебя, когда буду на твоей свадьбе. Вот тогда я посмеюсь от души.

– Томас, – стараюсь как можно нежнее говорить я, – все будет хорошо. Совсем скоро ты увидишь Андреа. Она просто ослепительная в своем платье.

– Я начал представлять ее в белом платье еще с первой нашей встречи.

Я дотрагиваюсь до его плеча и ловлю себя на мысли, как же ему идет костюм. Черный, элегантный фрак придает ему мужественности, статности. Томас так повзрослел, возмужал за этот год. Несмотря на то что он сам в инвалидном кресле, я верю в то, что Том станет надежной опорой для Андреа.

– Что бы ни произошло у алтаря, знай, что она будет с тобой несмотря ни на что.

И вот наступает долгожданный, волнительный момент. Гости занимают места у алтаря церквушки, Том стоит рядом со священником в ожидании своей невесты. Распахивается дверь, каждый присутствующий, затаив дыхание, приковывает свое внимание к Андреа и ее отцу. Они медленно движутся к алтарю, Андреа встречается взглядом с Томом, тот не сводит своих глаз с нее. Его взгляд выдает все его эмоции и чувства – он пленен, очарован ею, и кажется, волнение отскочило на второй план, стоило ему увидеть ее.