Хижина в лесу - Роберт Динсдейл

Между деревьями двигалась тень.

— Взгляни не него.

— Это он, мама?

— Да, это твой дед.

— Что он задумал?

— Хочет войти в здание. Я пытаюсь удержать его на расстоянии, но надолго моих сил не хватит. Сейчас, как видишь, он вполне может обходиться без деревьев. Он несет лес с собой. — Она помолчала. — Малыш, ты должен проснуться. Просыпайся и беги из школы так быстро, как только сможешь!

— Почему, мама?

— Да потому…

Мальчик ощутил, что некая сила вырывает его из маминых рук. Его завертело в воздухе и швырнуло вниз…

Глаза мальчика открылись. Над ним склонился учитель Навицкий. За его спиной маячила директриса.

Мальчик приподнялся, понял, что запутался в одеяле, и начал выкарабкиваться из него, как стал бы вырываться из удушающих рук. Учитель придержал его за плечи. На лице мальчика был испуг.

— Все хорошо, — сказал учитель. — Ты задремал, Алик, и вдруг начал разговаривать во сне.

Мальчик успокоился.

— Алик, ты меня слышишь?

Он кивнул.

— Я хочу пить.

Учитель повернулся к директрисе. Та направилась к столу и пару секунд спустя вернулась со стаканом воды. Учитель поднес его к губам мальчика.

— Полегчало?

Частично вода полилась по подбородку, но все равно освежила мальчику горло.

— Алик, тебе что-то снилось? Ты метался во сне. Ты помнишь, что тебе снилось?

Он прекрасно все помнил. Сделав еще один глоток, мальчик кивнул.

— Итак, Алик, — начал Навицкий, — что все это значит?

— Я…

— Ты кричал одно и то же, Алик.

Вода ледяным потоком бежала по горлу. Мальчик похолодел.

— Что я кричал?

Учитель поднялся на ноги.

— Довольно странно… Ты ворочался с боку на бок, твои руки словно что-то сжимали, ноги подрагивали… И ты все время говорил… — Учитель переглянулся с директрисой и продолжил: — «Он выходит из леса». Ты все время повторял это, Алик.

* * *

Лес… Тропинка… Давно брошенная машина со следами ударов топором…

Старик брел, оставляя за собой борозду в подмерзшем снегу.

Темная лента дороги в тусклом зимнем свете… Мимо прогромыхала одинокая машина. Водитель прокричал ему что-то и погрозил из окна кулаком. Дикарь крикнул что-то в ответ.

Сидящие на ветках деревьев голодные грачи… Сбитая на дороге рысь…

Одна здоровая нога, вторая бесполезно тянется позади. Он выставил вперед костыль и сделал очередной шаг.

* * *

Звонок возвестил о начале большой перемены. Мальчик сидел в учительской. Снег валил не переставая. Совсем не та погода, чтобы играть во дворе, и дети, должно быть, сидят сейчас по классам, в зале, в библиотеке и в других укромных уголках, какие только смогли найти. В учительской педагоги тоже жаловались на непогоду.

Наконец в помещении почти никого не осталось. Учитель Навицкий присел перед мальчиком на корточки.

— Алик, тут один человек хочет с тобой побеседовать.

— А кто он?

— Мужчина, милиционер. Он занимается поиском пропавших людей.

— Но я же не пропал, я здесь, перед вами, — шепотом возразил мальчик.

— Алик, я заявил в милицию о твоем исчезновении после того, как ты перестал ходить в школу.

— Я не думал…

— Я не знал, что делать, Алик. Милиционер задаст тебе несколько вопросов. Его интересует, что случилось с тобой и с твоим дедом. Кстати, он жив?

Мальчик не ответил, и учитель продолжил:

— Думаю, эту ночь ты проведешь у меня дома.

Мальчик растерялся и вдруг почувствовал себя предателем. Он не собирался возвращаться в город. Он просто хотел остановить Лену, а потом, как говорится, «шмыгнуть в кусты». В лесу остался костер, его нужно поддерживать. И дедушка, который лежит на снегу. Надо накрыть его сосновыми ветками и одеялом, чтобы ночью лес не забрал его к себе.

Учитель хотел взять его за руку, но мальчику показалось, что это тоже будет предательством. Выдернув руку, он поднялся на ноги.

В классе дети ужасно шумели, но при виде учителя сразу же прекратили свои игры, включая опрокидывание стульев и перебрасывание скатанными из бумаги шариками. Учитель провел мальчика к его прежнему месту за задней партой. Юра окинул его озадаченным взглядом и, когда Алик уселся, взял карандаш, лежавший на углу парты, и протянул приятелю. Мальчик взял карандаш, не очень помня, как им писать. Лицо Юры расплылось в улыбке.

— Ты придешь поиграть со мной после школы? — спросил он с таким видом, словно Алик никуда на год не исчезал.

Тем временем начался урок. Сегодня они не читали книжек и не решали задач. Учитель нарисовал на доске гору и начал рассказывать об альпинистах, попавших в снежную ловушку, и о времени, которое понадобится, чтобы до них добраться. Мальчик чувствовал себя словно в тумане. Пробежав взглядом по лицам детей, он увидел Лену. Девочка сидела в другом конце класса, покачиваясь на задних ножках стула и улыбаясь. Иногда ручка падала из ее руки на пол. И каждый раз другой мальчик, который не сводил с Лены восхищенного взгляда, поднимал ручку и передавал ей.

— Лена! — обратился к девочке учитель. — О чем ты думаешь?

Она едва не упала со стула.

— Что?

— Ты меня слушаешь?

— Да. Извините.

Навицкий тяжело вздохнул, словно подражая ее отцу.

— Будь внимательнее…

Учитель заговорил с классом, стараясь вовлечь в обсуждение как можно больше учеников, а Лена почти сразу же снова принялась качаться. Но на этот раз она, похоже, слишком увлеклась, не удержалась и, взмахнув руками, упала на пол. Все загалдели, а лежащая на полу Лена улыбнулась. Ей, видимо, приятно было оказаться в центре внимания.

Никого не стесняясь, Алик вскочил с места и в несколько секунд очутился у парты Лены. Учитель Навицкий призвал всех к тишине, но поступок мальчика привел класс в полный восторг.

— Ты не ушиблась? — спросил мальчик.

— Я часто падаю.

Сжав ее плечо, он прошептал:

— Ты рассказала, Лена?

— Алик…

— Рассказала?

Девочка попыталась высвободиться, но мальчик не отпускал ее до тех пор, пока она не ответила:

— Нет, Алик, но тебе надо обо всем рассказать взрослым. Они должны знать…

Учитель подошел к ним. Опираясь на плечо мальчика, Лена встала. Наклонившись, Алик поднял стул. Когда он выпрямился, девочка смотрела в окно. Мальчик слегка подтолкнул ее локтем, желая придвинуть стул к парте, но девочка никак не отреагировала.