Прыгай - Редгрейн Лебовски

– О, чудесно! – Бартошек облокотился обеими руками на стол и впился взглядом в Лукаша. – Будьте любезны, господин Чапек, оставить нас с юной леди наедине.

Судя по виду Лукаша, он явно не желал оставлять своего повара один на один с акулой ресторанной критики. Он уже открыл рот, чтобы возразить, но Хельга опередила его:

– Все в порядке, – заверила она. – Не думаю, что господин Бартошек задержит меня надолго, он наверняка заметил, что у нас сегодня очень много посетителей.

– Безусловно. Обещаю, что займу не больше пяти минут, – ответил тот и одним махом осушил бокал вина.

Лукаш бросил на Бартошека злобный взгляд.

– Пять минут, – отчеканил он и указал на регистрационную стойку, за которой восседала Лидия: – Хельга, я буду рядом. Если понадобится, позови меня, я помогу господину Бартошеку отыскать выход.

– Как пожелаете. – Бартошек пожал плечами и, проводив хозяина заведения взглядом, кивнул на кресло напротив: – Присядьте, пожалуйста.

Поджав губы, Хельга подчинилась.

– Я слушаю, – сухо произнесла она, надеясь покончить с этим всем как можно скорее. – В чем дело? Вам не понравился лосось?

Маркус неторопливо поставил бокал на стол и разгладил скатерть перед собой.

– Нет, все было прекрасно.

– Тогда в чем дело? – удивилась Хельга. Без преувеличения, эти слова были первым и единственным комплиментом в адрес «Pronto!» от господина Бартошека.

– У меня есть для вас предложение, от которого сложно отказаться. В сентябре я открываю свой ресторан и хочу предложить вам место помощника шеф-повара. Несмотря на юный возраст, вы обладаете настоящим талантом к готовке. Грех такому дарованию прозябать в этой дыре. – Откинувшись на спинку кресла, Маркус улыбнулся. – Что скажете?

Хельге пришлось больно закусить губу, чтобы не рассмеяться ему прямо в лицо. Маркус держался так самоуверенно, словно предложил ей три королевства, пони и упаковку фломастеров в придачу. Решив, что причина ее молчания – серьезные размышления насчет того, как лучше выразить согласие, господин Бартошек продолжил:

– У «Pronto!» нет будущего. Это заведение протянет еще год, ну максимум полтора, а дальше у Лукаша абсолютно безрадостные перспективы. Я же предлагаю вам возможность со временем стать одним из лучших шеф-поваров мира и…

– Это все? – перебила его Хельга.

Неожиданный разговор, предложение и прогнозы касательно ресторана заставили ее нервничать, и неприятное покалывание в левой руке тут же напомнило о себе.

Брови Маркуса от удивления поползли вверх.

– А этого разве мало? – с усмешкой спросил он. – Хотя, должен признать, мне по душе ваши амбиции.

– Да, мало, – просто ответила Хельга. – Уже в который раз вы приходите сюда, а потом пишите отвратительную статейку о том, как плох наш ресторанчик. Вы без зазрения совести оскорбляете людей, которые здесь работают, и их труд, в который они вкладывают душу. Вам совершенно наплевать на то, что каждый сотрудник старается обеспечить посетителям максимальный комфорт… Даже вам. Вы и вправду ждете, что я соглашусь работать на такого человека, как вы?

Подобная реакция, похоже, не смутила Бартошека.

– Значит, нет?

– Никаких сомнений.

– Это ваш окончательный ответ?

– Да.

– Жаль. Я надеялся, вы будете сговорчивее. Многие повара готовы душу продать, лишь бы работать у меня. А вы… Ваш талант может принести мировое признание, и только я помогу вам достичь этих вершин. Или вы и вправду надеетесь на старика Чапека? Вы понятие не имеете, от чего отказываетесь! Хотя… Вы еще не знаете меня, Хельга.

– И что вы сделаете? Оставите еще один гадкий отзыв в своем блоге? О, не утруждайтесь, все равно их никто не читает! Иначе здесь бы не было столько посетителей, не так ли? – гневно бросила Хельга и поднялась с кресла.

– Понадобится совсем немного усилий, чтобы раз и навсегда уничтожить «Pronto!», – спокойно сказал Маркус. – Я сотру это название из истории ресторанного бизнеса. Как думаете, что скажет Лукаш, узнав, что это благодаря вам? Дело его жизни развалится, только из-за того, что вы не смогли сделать правильный выбор.

Хельга вспыхнула. У него еще хватает наглости угрожать!

– Разговор окончен. И не советую вам в следующий раз заказывать рыбу. В ней может оказаться много костей.

– Какая мило, но я ждал чего-то более оригинального, – расхохотался Маркус.

Хельге пришлось постараться, чтобы сдержать себя.

– Надеюсь, вы помните, где здесь выход. Всего хорошего.

С этими словами она бросилась прочь из зала. К счастью, Лукаш отвлекся на объявление о том, что заведение закрывается через двадцать минут, и не заметил ее бегства.

Тело дрожало от напряжения, внутри все яростно клокотало, и возвращаться в таком состоянии на кухню не хотелось. Новых заказов сегодня уже не будет, а с остальным вполне справятся Оливер с Виолеттой. Проскользнув мимо приоткрытой двери, Хельга выбежала на задний двор. Лишь на улице она позволила себе выдохнуть и, опершись на холодную стену, обессиленно сползла вниз.

– Тише, – прошептала она, закрыв глаза. – Тише.

Сердце колотилось. Этот идиот Бартошек понятия не имел, насколько его слова потрясли Хельгу. Как она может стать причиной краха милого «Pronto!»? Хельга не была кулинарным гением, но ее необыкновенные способности и мастерство на кухне удивляли многих, учитывая ее возраст. Здесь она нашла свой второй дом и вторую семью; здесь она многому научилась и смогла проявить себя. И она не может все это потерять.

С Маркусом шутки плохи. Полгода назад он поспособствовал закрытию кондитерской в центре Праги. Об этом писали все газеты, превратив событие в крупный скандал. Бартошек якобы отравился там заварным кремом, и заведение атаковали различные проверяющие инстанции, которые уж слишком рьяно поддерживали его позицию. Хотя кондитерская была очень старой и любимой многими горожанами, владельцам пришлось закрыть ее. А Маркус только лишний раз разрекламировал свое имя и подтвердил свой мерзкий имидж… О господи, бедный Лукаш теперь может потерять любимое дело!

Закружилась голова, начало мутить. Хельга неподвижно сидела на земле, обхватив колени руками, и мысленно уговаривала себя успокоиться. Так не может продолжаться… Должно же все вернуться в норму! Ей всегда легко давались и сложные трюки, и быстрый бег. А теперь дыхание перехватывает от боли, стоит ей разволноваться, что говорить о тренировках. Если родители что-то заподозрят, то плотно возьмутся за нее. Они и так не в восторге от увлечений Хельги. Не секрет, что паркур чреват серьезными травмами, в том числе риском свернуть себе шею. Впрочем, Хельга и ее друзья всегда относились к тренировкам ответственно и придерживались техники безопасности. Они подолгу учились, прежде чем исполнить новый трюк, и страховали друг друга. Если неискушенному зрителю паркур кажется бессмысленной гонкой с собственной удачей, то на деле все совсем не так. Каждый шаг, движение, траектория тщательно просчитаны и отрепетированы. Паркур и свободный бег – это искусство. И нужны годы, чтобы научиться ему.