Тайна Анри Пика - Давид Фонкинос

1

Через несколько дней Дельфина и Фредерик снова наведались в библиотеку. Их захватило чтение всех этих несуразных текстов. Некоторые названия вызывали у них неудержимый хохот, но бывали и волнующие минуты, когда им попадались мемуары – конечно, скверно написанные, но все-таки дышавшие искренними чувствами автора.

Они провели там целый день, совсем забыв о времени. К вечеру мать Дельфины, обеспокоившись, вышла в сад и наконец увидела возвращавшуюся молодую пару. Солнце уже почти скрылось за горизонтом, но их можно было заметить издали по свету велосипедных фар. Фабьенн тотчас признала дочь по ее уверенной манере езды, о чем свидетельствовал прямой луч света. Зато луч фары Фредерика вел себя куда более нервно: его велосипед то и дело вихлял туда-сюда, сбиваясь с дороги. Похоже было, что он и не смотрит, куда едет. И Фабьенн подумала, что они составляют удачную пару – союз конкретного мышления одной с романтическим духом другого.

– Прости, мама, у нас телефоны разрядились. И вообще кое-что задержало.

– Что же?

– О, нечто совершенно необыкновенное.

– Да что же такое стряслось?

– Давай сперва позовем папу, вы оба должны это услышать.

Последние слова Дельфина произнесла особо торжественно.

2

Спустя несколько минут, за аперитивом, Дельфина и Фредерик рассказывали, как они провели день в библиотеке. И каждый из них поочередно дополнял историю, начатую другим. Чувствовалось, что они нарочно тянут время, не желая с ходу посвящать слушателей в свое главное открытие. Они вспоминали, как их развеселили некоторые рукописи, особенно самые бесстыдные или экстравагантные, например «Мастурбация и суши» – эротическая ода сырой рыбе. Родители поторапливали их, желая сократить повествование, но тщетно, – в этих словесных странствиях молодые то и дело сворачивали на окольные тропы, останавливались, чтобы насладиться пейзажем, превращали свое путешествие в медленную, сладостную одиссею. И наконец подошли к развязке.

– Мы раскопали настоящий шедевр! – объявила Дельфина.

– Неужели?!

– Да! Сперва я подумала: вот несколько удачных страниц, почему бы не почитать дальше, а потом эта история захватила меня так, что я не смогла оторваться. Я проглотила весь текст за два часа. И была совершенно потрясена. Главное, книга написана в очень странной манере, одновременно и просто и возвышенно. Я ее дочитала и передала Фредерику; никогда еще я не видела его таким – он был буквально ошарашен.

– Да, именно так, – подтвердил Фредерик; казалось, он до сих пор не оправился от шока.

– Но о чем же она, эта книга?

– Мы привезли рукопись с собой, я дам тебе ее.

– Ты что же, взяла ее без разрешения?

– Да, и уверяю тебя, этого никто даже не заметит.

– Но все-таки, какой у нее сюжет?

– Она называется «Последние часы любовного романа». Это потрясающе! Там описана страсть, которой суждено умереть. По самым разным причинам двое молодых людей больше не могут продолжать любить друг друга. И книга повествует о последних часах их романа. Но самое фантастическое в этой истории то, что параллельно автор рассказывает об агонии Пушкина!

– Да-да, Пушкин был ранен на дуэли, – подхватил Фредерик, – и перенес адские мучения в те часы, что предшествовали его смерти. Вы только подумайте, какой необыкновенный замысел – свести воедино конец любовной страсти юной пары и страдания великого русского поэта!

– Кстати, книга начинается такой фразой: «Тому, кто не читал Пушкина, никогда не понять Россию», – добавила Дельфина.

– Мне не терпится ее прочесть! – объявил Жерар.

– Тебе? Мне казалось, ты не очень-то любишь чтение, – возразила Фабьенн.

– Да, но такую книгу пропустить нельзя.

Дельфина пристально взглянула на отца. Сейчас она смотрела на него не как дочь, а как издательница. Ей сразу стало ясно, что этот роман имеет все шансы заинтересовать читающую публику. Ну и конечно, сама история находки тоже станет прекрасной рекламой для «Грассе».

– А кто автор? – спросила мать.

– Не знаю. Какой-то Анри Пик. На обложке написано, что он родом из Крозона. Наверно, его легко будет найти.

– Это имя мне что-то говорит… – промолвил отец. – Уж не тот ли это человек, который долгие годы держал там пиццерию?

Молодые люди пристально смотрели на Жерара. Он высказывался только в тех случаях, когда был уверен в своей правоте. Его гипотеза казалась невероятной, но разве вся эта история не была таковой?!

На следующий день мать Дельфины тоже прочла роман. Она сказала, что история красивая и написана вполне доходчиво, потом добавила, обращаясь к дочери:

– Ты права, от нее исходит трагическая сила, благодаря параллели с агонией Пушкина. А я и не знала о том, как он погиб.