Операция "Выход" - Скарлетт Томас

– Значит, ты не собираешься в Индию? – шепчет Джули. – Совсем-совсем?

Они с Шарлоттой лежат вдвоем на двуспальной кровати. Люк спит под одеялом на выдвижном диване. Они поужинали пиццей, и Шарлотта поведала им свою новость: она не поедет в Индию. Кровать теплая и удобная – почему, собственно, они в нее обе и забрались. Никто не захотел спать на софе, а Люк наотрез отказался расставаться со своим диваном.

– Совсем-совсем, – шепчет Шарлотта в ответ. – Круто, а?

– Да. В смысле раз ты так хочешь.

– На самом деле я просто хотела сбежать от всего. То есть это единственная причина, по которой я вообще собиралась куда-то ехать. Конечно, я по-прежнему хочу сбежать, но у меня это отлично получается и в вашей компании. Я подумала…

– Что?

– Ну, ты же не хочешь возвращаться домой, правда? Может, нам стоит бежать дальше вместе, вот и все. В любом случае, мы должны присматривать за фургоном, пока не вернется Шан. Как в фильме «Приключения оранжевого автобуса» или типа того.

– Но рано или поздно нам придется вернуться в Эссекс, – улыбается Джули.

– Это значит «да»? – Полувзвизги в темноте. – Детка, ты такая клевая.

– Да, только нужно спросить у Люка, что он думает на этот счет. Наверняка он хочет домой.

– Мы просто сделаем большой-большой крюк.

Обе хихикают.

– Однако с этим нам пора завязывать, – говорит Джули.

– С чем?

– С совместным спаньем.

– Почему? Ты приятно пахнешь. Как жвачка с перечной мятой.

– Спасибо. Кстати, во сколько рассвет?

– Без четверти семь или около того. Вэй сказал, что увидится с вами в семь.

– О'кей. Клево. – Джули настраивает будильник на своем мобильнике.

В семь ноль-ноль Люк и Джули стоят у двери номера на втором этаже. На Люке скафандр, а Джули держит в руках одеяло, чтоб закрыть окна Вэя: шторы в этой гостинице тонкие, а солнце уже взошло. Джули усталая и разбитая. Она знает, что Люку тоже плохо спалось: он всю ночь вздыхал и ворочался. Должно быть, ему странно было второй раз подряд спать на незнакомой кровати.

В коридоре тихо и темно. Дверь номера Вэя ничем не отличается от всех остальных. Джули глядит на нее, не в силах поверить, что за ней находится человек, заявивший, что поможет мечте Люка сбыться. Все так тихо и спокойно. Может, они совершают большую ошибку? Руки у нее вспотели. Она знает, что после того, как она постучится в эту дверь, все изменится навсегда.

– О'кей, – говорит она себе. – Смелее.

Она стучится, и сперва ничего не происходит. Потом она слышит, как мужчина говорит: минутку, сейчас открою. От звука его голоса ее пульс учащается, и адреналин неприятно щекочет желудок. К горлу подкатывает тошнота. Это он. Вот оно.

Дверь открывается, и за ней стоит высокий черноволосый человек.

– Здравствуйте, – радушно произносит он. – Эй, мне нравится твой скафандр. Ты, должно быть, Люк. – Он протягивает руку, и Люк неуверенно ее пожимает. – А ты – Джули?

Джули пожимает ему руку.

– Да. А вы, стало быть, Вэй. Спасибо, что согласились встретиться с Люком. Это так…

Вэй улыбается.

– На самом деле, я бы хотел сперва побеседовать с тобой.

– Со мной?

– Угу. Слушай, Люк, можешь вернуться через полчаса?

– О, э-э… – говорит Люк. – Я не знаю дороги к нашему номеру.

– Мне придется его отвести, – говорит Джули. – Вы уверены, что хотите сперва побеседовать со мной?

– Да. Определенно.

– О'кей. Я приду минут через пять. Это нормально?

– Конечно.

Вернувшись, Джули видит, что Вэй оставил дверь приоткрытой.

– Давай, входи, – говорит он с энтузиазмом. – Садись.

Джули входит и садится за маленький столик у окна, куда показывает Вэй. Напротив стоит еще один стул, и Джули спрашивает себя, нарочно ли Вэй все так расставил, готовясь к встрече с Люком. Здесь очень чисто и совсем не пахнет застоявшимся сигаретным дымом, как в номерах наверху. Эта комната пахнет кокосовым маслом и самую чуточку землей. Вэй, кажется, одухотворил свое жилище несколькими легкими штрихами: телевизор накрыт шарфом, а на одну подушку надета другая наволочка, в тонкую пастельную полоску. На стене у кровати висит фотография маленького мальчика – судя по внешности, сына Вэя. Сам Вэй высокий и угловатый; он одет в черный джемпер с высоким воротом и свободные черные штаны. Он выглядит словно поп-звезда или политик и внушает Джули благоговение. В нем нет ничего от «Хрустального шара» – для нее это неожиданность. Она поудобнее устраивается на стуле, после чего Вэй объясняет, что хочет ей помочь и что Люк рассказал ему о ее «проблемах».

– О'кей, – неуверенно произносит она. – Спасибо. Однако не представляю, как вы сможете мне помочь. Я в каком-то смысле безнадежный случай. – Джули нервно смеется. Она этого не ожидала. Она думала, он захочет поговорить про Люка. В конце концов, за этим они сюда и приехали.

– Посмотрим, – говорит Вэй. Садится на стул лицом к ней. – Значит, тебя мучит страх.

Прямо и недвусмысленно. Откуда он знает? Люк, должно быть, много чего ему порассказал. И все же ответ только один.

– Да, – говорит Джули. – Ну, сейчас, может, чуть меньше.

Вэй кладет одну руку на стол.

– Что ж, рад это слышать, – говорит он с улыбкой. – Как прошло путешествие?

Джули смеется.

– Оно получилось мокрым, опасным и трудоемким.

Вэй тоже смеется.

– А оно тебя чему-нибудь научило?

– Я поняла, что люблю воду. И, кажется, во мне стало меньше страха.

– Но он все равно остался?

– Конечно. Ну, если бы путешествие в Уэльс могло излечить от страха, на дорогах были бы такие пробки, что мы бы ни за что сюда не доехали.

Вэй нахмуривается.

– Ты так думаешь? Большинство людей не делают очень простых вещей, какими они могли бы победить свои страхи. Будто на самом деле они эти страхи любят и хотят их холить, нежить и лелеять. – Он пытается скрестить ноги, но, похоже, они не умещаются под столом. Он смотрит на Джули. – Однако я уже вижу, что ты слишком умная. Это первая большая проблема, которую нам нужно решить.