Тринадцатая редакция - Ольга Лукас

– Прямо с куста… Да нет, не пиши. Ну, не знаю я. Это Виталик вредничает, я тебе о нём рассказывала. Да, хорошо, спрошу. Но не рассчитывай на него особо. Я тебе потом звякну, ага.

– Это кому ты про меня рассказывала? – перегнулся через конторку Виталик. – Фамилия, возраст, особые приметы? Как предпочитает проводить вечера?

– Одной подруге. Она учится на курсах парикмахерского искусства, и ей для выпускного экзамена нужна голова. Неухоженная, проблемная, чтобы волосы торчали во все стороны, – ну, короче, как у тебя.

– Вот спасибо! – растерялся Виталик и отступил на шаг назад.

– Но это же правда, посмотри на себя в зеркало! А она совершенно бесплатно тебя причешет, подстрижет, покрасит и сделает стайлинг.

– Пусть на меня не рассчитывает! У меня прекрасная причёска! Лучше, чем у всех! – заявил Виталик. У него было отличное настроение – он точно знал, что надо делать с Гумиром, чтобы его желание осуществилось само собой. Оставалась самая малость.

– Кстати, тебя искал Константин Петрович, – сообщила Виталику Наташа. – Он на тебя очень злится, лучше бы вам не пересекаться. Магнитные бури. Шурика он уже довёл. Зато Марине с Галиной ты нужен по какому-то срочному делу, и они пока ещё не сердятся. С утра ещё Лёва о тебе вспоминал, но потом решил, что справится сам.

– Вот к нему-то я и нагряну! Погляжу, что он там без меня натворил! – потёр руки Виталик, покидая приёмную. Но до Лёвы ему добраться так и не удалось – едва только беспечный Техник завернул за угол, как на него налетел Константин Петрович.

– Привет, отлично выглядишь! – с ходу заявил Техник, пытаясь по стеночке, по стеночке уйти от опасного собеседника, но Цианид неожиданно проворно раскинул руки в стороны, перегораживая таким образом коридор. Виталик отшатнулся назад, но был схвачен за свою «проблемную причёску», после чего сдался на милость победителя.

– Сдаюсь на милость победителя! – быстро сказал он и приготовился к худшему.

– Пока тебя не было, у нас опять полетела Сеть, – скорбно сказал Константин Петрович, глядя в потолок. Он всегда глядел в потолок, когда хотел подчеркнуть весь непоправимый ужас ситуации.

– Ну, я же не балду пинал, да? – огрызнулся Виталик. – Сеть-то наладить – плёвое дело.

– Вообще-то тебя брали на работу – я нарочно поднял все трудовые соглашения – именно в качестве сисадмина. Это уже потом ты подмял под себя дизайн, потом – ну, то, чем ты сейчас занимался, назовём это связями с общественностью, потом…

– Предлагаешь мне отказаться от связей с общественностью? – ехидно поинтересовался Виталик.

– Предлагаю тебе внимательнее относиться ко всем своим служебным обязанностям, а не только к тем, которые тебе нравятся. Расставляй приоритеты! Веди ежедневник!

Виталик постепенно начал уменьшатся в размерах, сдуваться, как резиновая лодка, напоровшаяся на внезапную акулу.

– Устыдился? – похлопал его по плечу Константин Петрович. – Это хорошо. Это правильно. Собственно, я вот о чём. Пора тебе повысить зарплату да и нанять какого-нибудь помощника. Подешевле. Пусть сидит где-нибудь в уголке, лучше – в подвале, и поднимает Сеть, когда это необходимо. Но пусть, блин, всегда будет под рукой! За тобой – найти такого человека, я верю, ты это сможешь.

Экспрессивное выражение «блин» в устах Константина Петровича подействовало на Техника, как разряд тока. Он ещё не успел прийти в себя после дружеского похлопывания по плечу и предложения о повышении зарплаты, поэтому в его голове внезапно что-то щёлкнуло, хрустнуло, сложилось пополам и приняло, наконец, правильные очертания.

– Я знаю такого человека, – выдохнул Виталик, не смея верить в то, что дела решились сами собой, без малейшего напряжения. – Он будет жить в подвале и вылезать оттуда только для того, чтобы наладить Сеть и решить прочие компьютерные проблемы. А поскольку он гений, то проблем не будет почти никогда.

– Очень разумно, прекрасный подход! Сисадмину платят за то, что он ничего не делает, а всё само собой работает. Всё-таки я не ошибся, когда поднял вопрос о твоём повышении, – важно кивнул Цианид. – Но что этот гений хочет взамен?

– Взамен он хочет, чтобы его оставили в покое и дали работать, – на память процитировал Виталик. – И ещё еды.

– С завтрашнего дня! – подпрыгнул Цианид. – Вот прямо с утра! Ради того, чтобы этот дивный ангел сидел в подвале и работал, я даже сам готов его кормить, с ложечки! А сейчас пойду набросаю приказ о его назначении! А ты пока изволь разобраться с сеткой, чтобы я, не откладывая, утвердил нового сотрудника в Москве.

Маша послушно среагировала на звонок своего персонального вампира – быстро собралась и отправилась в очередную кофейню, в которой он назначил ей встречу. На этот раз Дмитрий Олегович выбрал нечто незнакомое, наверняка очень солидное и дорогое, но какая разница, если этот человек способен создать уют даже во дворце Снежной королевы.

– Мужик позвонил – и она понеслась! – крикнула вслед мать. – Ни стыда, ни гордости! Хоть бы раз отказала!

«И это был бы последний раз, когда бы он меня куда-либо позвал», – мысленно ответила девушка, проворно спускаясь по ступенькам вниз. На улице опять что-то моросило в фоновом режиме, но за зонтиком возвращаться не хотелось, потому что у милой мамы наверняка есть ещё несколько напутственных тёплых слов.

Маша не льстила себе и не воображала, что Дмитрий Олегович относится к ней серьёзно, – она скромно полагала, что этот шикарный мужчина находит её забавной и ленится заводить в городе ещё какие-то знакомства: зачем, если, стоит ему свистнуть, как появляется она? И она будет приходить, снова и снова, хотя прекрасно понимает, что рано или поздно он уедет и забудет о ней.

Вчера всё чуть не пропало – Дмитрий Олегович почти догадался о её чувствах, но тут вовремя подвернулся Шурик, и Маша попыталась перевести разговор на своего обаятельного и славного редактора. Ей показалось, что вышло довольно грубо, но господин Маркин уцепился за предложенную тему и весь вечер то и дело возвращался к разговору о «милом юноше из ресторана».

– Добрый день, принцесса! Или для вас ещё – доброе утро? – приветливо кивнул Дмитрий Олегович. Он выбрал уютный столик в зале для некурящих, в укромной нише в стене. На столике лежали какие-то бумаги, скорее всего – деловые, но разглядеть их не представлялось возможным – обзору мешал журнал, небрежно брошенный поверх документов.

– У меня, наверное, утро. А у вас уже разгар рабочего дня? Я вас отвлекаю? – с надеждой спросила Маша. Каждый раз она провоцировала его на грубый ответ – мол, да, отвлекаешь, ещё как отвлекаешь, и вообще, убирайся отсюда вон, и чтобы я больше никогда тебя не видел, дурёха! Но господин Маркин лишь улыбался в ответ, и магнетическая сила этой улыбки заставляла Машу поверить в то, что её в самом деле ждали с нетерпением.

Она вовсе не хотела убедиться в том, что все мужчины – негодяи, как утверждает её мать. Просто делала всё возможное для того, чтобы её роман с вампиром поскорее превратился в сказку, в которой уже не надо участвовать, каждое мгновение опасаясь непоправимо всё испортить. Такую сказку можно будет записать на память и время от времени перечитывать особо приятные моменты, пропуская те, что не слишком удались. Потому что кто его, этого Дмитрия Олеговича, знает – вдруг он и в самом деле вампир, нарочно вот откармливает бедную девушку сладким, чтобы потом попить вволю её вкусной кровушки.