Разносчик порнографии - Виктор Мельников

– А кто тебе ключ отдал бы?

– Олег…

– Ах, да! Твоего друга жена запалила. Она сюда приходила…

– И что он сказал?

– Что я твоя новая знакомая. А ты ушёл в магазин.

– Всё обошлось?

– Для меня – да. Для Олега – не знаю, жена поверила ли? Она не хотела уезжать домой сначала. Сказала, что дождётся тебя. Но Олег уговорил её поехать домой вместе с ним.

– Так он вернётся сюда?

– Не задавай вопросов – ничего я не знаю!

Я бросил полотенце в корзину для грязного белья. Сел за стол. Маша поставила передо мной бутылку водки и салат из морской капусты. На пальце правой руки я заметил обручальное кольцо.

– Это всё, что у тебя было в холодильнике. Не густо, – сказала.

– Не густо, – повторил я и спросил: – Ты замужем?

– Да, но муж в командировке.

– Так почему ж вы не поехали к тебе домой, а напросились ко мне?

– Алексей, – Маша налила в рюмку водки, сама взяла свой бокал с виски, – подумай, что сказали бы соседи, если заметили меня в подъезде с чужим мужчиной?

– Ты права… Ну вы даёте! Разве так можно?

Маша рассмеялась, и мы чокнулись.

– Можно… Даже нужно! Лично я не хочу никаких высоких отношений. Мне достаточно грамотной дружбы с элементами порно. Для меня это и есть идеальные отношения, которым никогда не смогу изменить.

Судя по моей одежде на Маше, я понял, что она никуда не собирается уходить.

Я выпил рюмку водки, позвонил Башарину. Его телефон был отключен. Как всё нелогично происходит. У Олега с Машей ничего не вышло… Того она и злится. Но мне нравилась Маша…

Я налил нам ещё.

Многие из нас видят, что творится. Но не понимают, что делается. В этой ситуации я относил себя ко второй категории.

– Ты хочешь напиться? – Маша остановила меня, когда я взялся за бутылку в очередной раз. – Не пей. Пока не пей.

Я оставил бутылку в покое. Мы сидели молча. Я смотрел на рюмку, потом перевёл взгляд на Машу – она смотрела на бутылку с виски, в которой осталось алкоголя совсем чуть-чуть, на самом дне.

– Ты думаешь, я всё это выпила?

– Нет, иначе бы пьяной валялась, – я улыбнулся.

– Это Олег…

Сорочка на девушке раскрылась, и я увидел неразвитую грудь девушки, опровергавшую моё первое представление о её размере. Я нагло смотрел туда, откуда выглядывал маленький сосок, но вдруг вспомнил, что я с чужой женщиной, мне не принадлежавшей. И я отвернулся, уставившись снова в рюмку.

– Включи музыку. Сидеть в тишине как-то не по мне.

Мы пошли в зал. Я включил музыкальный центр. Заиграла композиция группы System Of A Dawn – «Lonely Day».

– Это тяжёлая музыка для меня.

– Самая лёгкая композиция у этой группы. Другой нет.

– Тогда включи телевизор.

Я выключил музыкальный центр. Нажал на первую попавшуюся кнопку пульта телевизора – шли новости телеканала «Дождь»: «Дорогие единомышленники! Спасибо всем, кто подтвердил готовность присоединиться к коллективным юридическим действиям, направленным на восстановление вещания телеканала „Дождь“ в российских кабельных и спутниковых сетях. Ответным письмом на электронную почту, мы пригласим вас на встречу с юристами и нотариусом, которая предположительно состоится…»

– Переключи.

Я нажал на единичку, вещал «Первый канал», который «я в рот ебал»… Вспомнилась песня, я улыбнулся, сел рядом с Машей на диван.

– Чего смеёшься?

– Не важно…

– Мне кажется, Алексей, ты чего-то не договариваешь… ты ревнуешь меня к Олегу…

– С чего бы это?

– Хочешь меня? Это будет у нас с тобой святое таинство, – Маша скинула с себя сорочку…

Я сглотнул слюну, уставился на грудь, которая могла быть и побольше, мелькнуло в голове. Этим вечером жидкость в бутылке обладает более особой притягательной силой.

– Как я тебе? – снисходительный и слегка насмешливый тон возвратил меня к действительности.

– Оденься, – я подобрал сорочку. – Для меня не существует женщины, если она принадлежит моему другу.

Маша вдруг начала хохотать. Она отодвинулась от меня, но не оделась. Я отвернулся, посмотрел в окно, в котором ничего не увидел – за окном поздний вечер, темно, из освещённой комнаты увидеть ничего было невозможно, но я смотрел именно в окно, я сопротивлялся.

– Похоже на оскорбление, Алексей.

Упрёк пропустил мимо ушей. Позвонил Олегу, снова трубку никто не взял. Моё сопротивление не сломлено.

– А если я скажу, что с Олегом у нас ничего нет, мы даже не любовники?..

– Я не верю… Уходи…

– Ты возьмёшь и вот так просто меня выгонишь?

– У тебя есть муж. Мне на него наплевать, конечно, а вот на Олега я не могу взять – и плюнуть!

Маша надела сорочку, застегнулась на все пуговицы. Красота – она для меня в одной женщине вмещалась. Всё остальное – в том числе и идеал женской красоты – я находил в других лишь малыми частями.

– Я не замужем. Кольцо – бутафория. Да, оно золотое! Но я не замужем. Давно, года четыре. И Олег меня нанял, чтобы соблазнить тебя.

– Не верю я. Для чего всё это?

– Не знаю. Но когда Олег возвратится – он мне заплатит. Аванс уже выдал. Поэтому ты не можешь меня выгнать из дома. Мне нужны деньги.

На кухне я налил себе ещё водки.

– Налей и мне, – сказала Маша.

Мы выпили. Молча, не чокнувшись. Я нервничал. Ситуация эта не нравилась мне. Олег должен был знать, что я не пользуюсь услугами проституток у себя в квартире. Поэтому не верил тому, что говорила Маша. Определённо, здесь была жена Олега. Маша осталась одна, чтобы дождаться меня. Видимо, я ей приглянулся. И она решила, что я, как любой мужик, не смогу устоять… Да, она привлекательная штучка! Но я не верю ей! В любой момент может приехать Олег… Любовница друга – для меня как вторая жена друга! Она неприкосновенна!..

– Что будем делать? – спросил я.

Маша поставила рюмку на столик, обняла меня, попыталась поцеловать, но я увернулся. Тогда она вскочила, метнулась к зеркалу, оглядела себя. Она не верила, что её отвергают. Сделано это было неосознанно, но так мило, мне показалось.

– Поверь мне, – сказал я, – в другой ситуации – всё было по-другому.

– Что именно?

– Ты мне нравишься. Но я не верю, что у тебя нет ничего с Олегом… Я пошёл спать…

Маша остановила меня.

– Хорошо, ты удивил меня, Алексей. Я не ожидала ничего подобного. Но договоримся, что утром, когда приедет Олег, а он приедет, ты скажешь ему, что всё прошло замечательно. Только тогда он отдаст мне деньги. – Она провела рукой по моей небритой щеке. – Я не председатель совета муниципальных образований. А вообще, меня возбуждают элегантная небритость, грубость и белые носки. Причём белые носки – больше всего остального.