Выбор, или Герой не нашего времени - Серж Середа

– Вот так, мама. Вот что делают деньги с людьми. Так что я била, и била её на совесть. А потом многие детали я уже и не помню. Я когда услышала в записи, что она рекомендует задушить моего ребёнка подушкой… наверное, я потеряла рассудок в этот момент. Володя знает, что было со мной на самом деле.

– Но как вы догадались не обращаться в милицию? – вмешался Борис Борисович.

– Папа, нам Валерий Петрович Черняев подсказал и предложил помощь. Милиция полностью коррумпирована. Если бы мы с ними связались, то Андрея точно живым больше не увидели. Но, слава богу, у меня такой муж, который и с двумя дюжинами справится. А там, в квартире, было всего-то четыре парня.

– Да, Володя виртуоз в своём деле. Я тут, дочка, смотрел документальный фильм о покушении на президента США Рональда Рейгана. Преступник успел сделать аж шесть выстрелов. И тут я невольно подумал, что если бы наш Володя был телохранителем Рейгана, то преступник не успел бы даже достать пистолет.

– Я согласна с тобой, папа. Реакция у Володи феноменальна. Андрей мне рассказал, что успел сосчитать только до семи или восьми после того, как Володя вошёл в квартиру. И все, кто оказал ему сопротивление, в считанные секунды валялись на полу с разбитыми физиономиями.

– Дочка, а как с Андреем? Всё было в порядке? Они его не били?

– Мама, они, к их счастью, вообще его не трогали. Я первым делом осмотрела его на месте. Он так съёжился, стеснялся. Сказал: «Мама, всё у меня хорошо… может, не надо».

– Он стеснительный и даже застенчивый, дочка, как и его отец, – произнесла Ольга Ивановна.

– Он даже трусы стеснялся снять. А я сказала ему, что я не мама здесь, а врач. Он ведь у нас, мама, уже юноша. И потом, – продолжила Ирина, – он какое-то время сидел на привязи и, бедный, описался даже. Но я, как знала, взяла ему чистое бельё ещё дома. И там же на квартире вымыла его под душем и переодела. Вот такие были дела.

– А нам вы так ничего и не сказали, дочка, – произнёс Борис Борисович. – Мы бы всё отдали за его спасение. Продали бы загородную дачу и всё… что только можно.

– Папа, Володя не велел вас расстраивать. Сказал, что в самый последний момент только на это решится. Он за Андрея и за любого из нас, не задумываясь, свою жизнь бы отдал. Они с приятелем вдвоём пошли в бандитскую квартиру вызволять Андрея, а я сидела внизу в машине у подъезда, ждала его сигнала и тряслась вся от страха.

– Ой, Ириша, слава богу, что всё это позади, – произнесла Ольга Ивановна.

– Надеюсь, мама. Мы сразу с Володей уехали в Ставрополь. Всё бросили к чёрту на десять дней. И там только я немного отошла от всего этого. За детьми присмотрел мой ассистент, хирург, замечательный парень, и его семья помогала. Я тебе как-то раньше о нём рассказывала.

– Я помню, дочка. Его Павлом зовут. А как Володя?

– Володя умеет собраться в критическую минуту. Все знают, какой он спокойный. Но в этот раз я увидела в первые минуты в его глазах смятение. Однако он быстро взял себя в руки и действовал уже наверняка. Нервы у него стальные. А вот когда всё закончилось, я вновь увидела своего романтичного мужа и нежного отца, мама.

– Чем же он тебе сразу напомнил себя самого?

– Вечером уже, когда все собрались дома, он подозвал Андрея к себе. Потом Андрей подсел к нему, а Володя прижал к своей груди его голову. Андрей обхватил Володю руками за спиной. Они сидели минут десять молча, а Володя, не переставая, гладил его по голове и спине.

– И что дальше, дочка?

– И тут только я поняла, что Володя наконец отошёл от этого коллапса. У него увлажнились глаза. Андрей словно прилип к своему папе, прижавшись всем своим существом. Как он любит своего отца!

– И как Андрюша сейчас?

– Ходит очень гордый за своего папу. Подошел ко мне и сказал: «Мама, какой у меня сильный папа. Он самый сильный на свете». А я ему ответила: «Сынок, все папы должны быть такими, когда их детям грозит опасность».

– Дочка, ну вы хоть сейчас объяснили ребёнку, чтобы он никогда и никому не доверялся более?

– Да, Володя с ним об этом теперь часто говорит. И одновременно усилил его тренировки на предмет самообороны.

– Ну слава богу, что всё закончилась таким образом.

– Мама, Володин друг Серёжа высказал предположение, что не только деньги двигали этой тварью, когда она решилась на это преступление. Она не бедный человек.

– И что может быть, кроме денег, дочка?

– Зависть, мама… элементарная зависть и злоба этой фурии, обращённая в сторону нашего ребёнка. Мама, как тебе наш Андрей сейчас?

– Дочка, я такого красивого юношу в своей жизни не видела никогда. Это просто… какое-то божество! Эти голубые миндалевидные глаза, эти густые волосы, этот греческий нос, необыкновенной красоты губы, которым позавидовала бы любая женщина. А его улыбка просто ошеломляет! Безукоризненное сложение… но это труды Володи, как я понимаю.

– Вот с этим божеством, мама, к нам в дом давно пришла ещё одна проблема, – сказала с улыбкой Ирина. – Представь, что количество его поклонниц, девчонок-малолеток, перемахнуло уже за два, а то и три десятка. И это только в нашем дворе. Исписаны все стены подъезда, и проезжая часть асфальта, и тротуары признаниями ему в любви. Володя уже устал забеливать и закрашивать эти настенные излияния чувств в нашем подъезде. Проходу не дают и открыто предлагают себя Андрюшке.

– Ужас какой, дочка! Разве это девочки? И что же делать?

– Мама, нам всё же придётся уехать. Ты знаешь, что Андрей сделал серьёзную заявку стать учёным физиком-математиком. Он победитель международных олимпиад. Нам уже поступили предложения из Англии и Франции по поводу его дальнейшего обучения. Его ждёт блестящее научное будущее.

– Так это же прекрасно, дочка. Он уедет и будет там учиться.

– Мама, я Андрея одного никуда не отпущу. Это наивный ребёнок. Его просто совратят там всякие мрази или педерасты. Нам надо уезжать всем вместе. Я знаю одно, что ранняя половая жизнь ему не нужна. И мы с Володей делаем всё от нас зависящее, чтобы нашему ребёнку никакая шалава себя не навязала или, хуже того, как это на жаргоне, «пидоры» не пристали.

– Но против природы всё равно не пойдёшь, дочка. А как же любовь?

– Это не про него, мама. Время наступило другое, и прежнее ханжество ушло из нашей жизни. Сейчас большой спектр интимных услуг предлагает индустрия секса для одиноких людей на дому. Это пока можно предложить и Андрею. Володя уже сам с ним занимается половым воспитанием. И поэтому наш парень не будет бегать за каждой юбкой, вытаращив глаза. Повторяю: его призвание совсем другое.

– Но он всё же мужчина, дочка. Природа всё равно когда-то возьмёт своё.

– Да, я это понимаю. Но когда он достигнет высот в своей научной биографии, с его экзотической красотой… его будут добиваться дочери королей и президентов.