Лабиринт призраков - Карлос Руис Сафон

– Здравствуйте, – произнес Варгас официальным тоном, показывая удостоверение. – Я хотел бы поговорить с директором.

Секретарша посмотрела на него с удивлением. Скорее всего, в этой компании привыкли принимать персон более высокого ранга.

– Вы имеете в виду сеньора Санчиса?

Он ограничился кивком и шагнул в холл, зал со стенами, обитыми синим бархатом, украшенным россыпью прекрасных акварелей с изображением фасадов и зданий, знаковых для Барселоны. Варгас сдержал улыбку, узнав манеру уличного живописца.

– Могу я выяснить цель вашего визита, агент? – спросила секретарша.

– Капитан, – поправил Варгас, не оборачиваясь.

Она кашлянула, но, не получив более развернутого ответа, вздохнула:

– В настоящий момент сеньор Санчис находится на совещании. Если хотите…

Варгас резко развернулся и смерил ее ледяным взглядом.

– Я немедленно доложу о вас, капитан.

Он раздраженно кивнул. Секретарша стремительно удалилась в надежде найти подкрепление. Последовал каскад звуков: торопливая приглушенная речь, шум открывавшихся и закрывавшихся дверей, беглые шаги в коридорах. Через минуту она вернулась и с улыбкой пригласила его пройти в контору.

– Если не возражаете, сеньор директор примет вас в конференц-зале.

Варгас прошел по длинному коридору. Помпезные кабинеты по обе его стороны оккупировала команда вальяжных адвокатов в хороших костюмах-тройках, выполнявших свои рутинные обязанности с серьезным видом опытных комиссионеров. Изысканные скульптуры, картины и ковры услаждали взор по пути в просторный зал, переходивший в застекленную лоджию, откуда открывался панорамный вид на бульвар Грасиа с высоты птичьего полета. Центральное место в интерьере занимал великолепный большой стол для совещаний, дополненный мягкими стульями, витринами и красивыми резными панелями.

– Сеньор Санчис выйдет к вам через минуту. Могу я пока вам что-нибудь предложить? Кофе?

Варгас отказался. Секретарша быстро исчезла, оставив посетителя в одиночестве. Детектив оценил мизансцену. От помещений штаб-квартиры «Метробарны» пахло, если не сказать несло, деньгами. Стоимость ковра под ногами, наверное, превышала его заработок за несколько лет. Варгас обошел стол, слегка касаясь полированного дуба и вдыхая аромат кичливой роскоши, витавший в воздухе. Обстановка создавала гнетущую атмосферу привилегированности, свойственную учреждениям, занятым извлечением золота из камня. Каждую секунду тут напоминали гостю: вопреки иллюзиям, что его приняли в святая святых империи денег, он навсегда останется аутсайдером, кому позволено лишь заглядывать с улицы в виртуальное окно.

Зал украшало множество портретов, отличавшихся размерами и техникой исполнения. Преобладали фотографии, но также встречались работы маслом и тушью, подписанные избранными – официальными портретистами, признанными мэтрами последних десятилетий. Варгас осмотрел коллекцию. Изображения на портретах принадлежали одной персоне. Седовласый господин патрицианской внешности позировал фотографу или художнику с невозмутимой улыбкой и холодом в глазах. Прототип главного персонажа портретной галереи явно умел преподнести себя в наилучшем свете и правильно выбрать окружение. Варгас наклонился, чтобы рассмотреть вблизи фотографию, где человек с ледяным взглядом находился в компании известных государственных деятелей. Все были в охотничьих костюмах и сердечно улыбались, как добрые старые друзья, собравшись тесной группой вокруг генерала Франко, который выглядел намного моложе, чем теперь. Варгас внимательно изучал лица высокопоставленных чиновников и выделил одного из участников охоты. Тот стоял во втором ряду и улыбался во весь рот, словно старался выделиться в этой мизансцене.

– Вальс, – пробормотал он.

Дверь зала у него за спиной открылась, и, повернувшись, Варгас оказался лицом к лицу с мужчиной средних лет, болезненно худощавым, с редкими светлыми волосами, тонкими, как пушок на голове ребенка. Шерстяной костюм отличался безупречным покроем, и серые глаза в тон были спокойными и проницательными. Директор любезно улыбнулся и протянул Варгасу руку.

– Добрый день. Меня зовут Игнасио Санчис, я генеральный директор компании. Со слов Марии-Луисы я понял, что вы хотите со мной поговорить. Прошу прощения, что заставил вас ждать. Мы готовимся к ежегодному собранию акционеров, и у нас голова кругом идет. Чем я могу помочь, капитан?

Санчис проявлял напускное дружелюбие и профессионализм высшей пробы. Властный взгляд лучился теплотой, одновременно оценивая посетителя, внимательно и дотошно. Варгас нисколько не сомневался, что Санчис, еще не договорив первой фразы, уже точно знал, какая фирма произвела его ботинки и сколько лет сравнительно недорогому костюму.

– Мне знакомо это лицо, – произнес он, указав на одно из масляных полотен, оживлявших зал.

– Дон Мигель Анхель Убач, – пояснил Санчис, снисходительно улыбнувшись невежеству или наивности собеседника. – Наш основатель.

– Банковское объединение Убач? Пороховой банкир?

Санчис ответил едва заметной вежливой улыбкой, но в глазах мелькнул холодок.

– Дону Мигелю Анхелю очень не нравилось это прозвище, и, с вашего позволения, оно совсем не соотносится с масштабом его личности.

– Я слышал, что так его называл сам генералиссимус в знак признания оказанных услуг, – произнес Варгас.

– Боюсь, история не соответствует действительности, – возразил Санчис. – Подобными прозвищами награждали дона Мигеля Анхеля в красных газетах во время войны. Банковское объединение Убач вместе с рядом других компаний помогало финансировать национально-освободительную кампанию. Выдающийся человек, которому Испания многим обязана.

– Что, без сомнения, хорошо окупилось, – пробормотал Варгас.

Санчис пропустил мимо ушей последнее замечание, и его приветливая улыбка не померкла.

– Какое отношение имеет дон Мигель Анхель к вашей компании? – поинтересовался Варгас.

Санчис откашлялся и принялся терпеливо объяснять, не избежав наставительных ноток в голосе:

– После смерти дона Мигеля Анхеля в 1948 году Банковское объединение Убач разделилось на три акционерных общества. Одним из них явился «Ипотечный и индустриальный банк Каталонии», затем он – теперь уже восемь лет назад – стал частью «Кредитного испано-американского банка». «Метробарна» была создана в то время для управления недвижимым капиталом, находившимся на балансе банка.

Санчис произнес короткую речь без запинки, будто повторял ее много раз, с видом скучающего гида в музее, который проводит навязшую на зубах экскурсию для туристов, искоса поглядывая на часы.

– Однако я полагаю, что история компании не представляет для вас большого интереса, – заключил он. – Так чем я могу вам помочь, капитан?

– Возникла небольшая проблема. Вероятно, это лишь недоразумение, сеньор Санчис, но, как вы понимаете, мы обязаны соблюсти формальности. Необходимо кое-что уточнить.